Герцог-грешник
Шрифт:
– Ты свободна, Гарриет.
– Да, мадам. – Гарриет присела в реверансе и, повернувшись, вышла, оставив их вдвоем.
Несколько секунд оба хранили молчание. Первым инстинктивным желанием Вивьен было броситься к нему в объятия, поцеловать, обнять... Но что-то ее удержало. Она тут же почувствовала разительную перемену, происшедшую в нем; это было заметно по твердой линии губ и отчужденности, проскользнувшей во взгляде.
Такой неожиданный поворот взволновал ее.
– Не желаете ли присесть? – спросила
Герцог кивнул:
– Благодарю вас.
Вивьен молча наблюдала за тем, как гость, повернувшись, обогнул канапе и опустился в кресло, а затем бросил простую белую папку на чайный столик перед ней. Она не сразу догадалась, что в папке содержится копия подписанного Шекспиром сонета, а когда поняла это, ей отчаянно захотелось тут же открыть ее, но она все же сдержалась. Почему-то больше всего Вивьен сейчас заботило то, что чувствовал в этот момент ее гость.
– Не знаю, что и сказать, – заметила она, внимательно изучая его лицо.
Герцог небрежно облокотился о подлокотник кресла.
– Я должен вам кое в чем признаться...
– Признаться? Мне? – Ее глаза слегка расширились.
– Почему бы вам не присесть?
Эта перемена в нем ей откровенно не понравилась, но она не подала виду.
– Что-то случилось, Уилл?
Несколько секунд он обдумывал ее вопрос, затем приказал:
– Садитесь, Вивьен.
У нее бешено застучало сердце. Она не могла придумать ничего, что могло бы рассердить его, да он вроде и не был сердит. Но откуда тогда этот тон, такой официальный...
Вивьен обошла чайный столик и села, аккуратно расправив юбки и сложив руки на коленях.
– Я собираюсь кое-что сообщить, хотя это может вам не понравиться. – Герцог встретился с ней взглядом. – Когда я закончу, надеюсь, вы все мне объясните.
Ее охватило смущение.
– Что я должна объяснить?
Опершись локтями о подлокотники кресла, Уилл сложил руки на животе.
– Вряд ли у вас есть сомнения в том, что с того момента, как вы появились в моем доме несколько недель назад с вашим необычным... предложением, я вынужден защищать себя.
– Защищать себя?
– Да, от любых потенциальных угроз – моему доброму имени, моим финансам, моей собственности.
Вивьен была совершенно сбита с толку.
– Я не уверена, что понимаю вас.
Герцог криво усмехнулся.
– Зато я понимаю и поэтому нанял частного детектива.
Вивьен потребовалось несколько секунд на то, чтобы осознать услышанное, а когда это случилось, ее глаза в ужасе широко раскрылись.
– И он следил за Гилбертом Монтегю?
Герцог продолжал пристально смотреть на Вивьен.
– Не только; и за вами тоже.
Вивьен показалось, что ее сердце остановилось. Глубоко потрясенная, она прошептала:
– Неужели это правда?
– Да, и я кое-что
Ей стало трудно дышать, и она беспомощно посмотрела вокруг себя, боясь, что упадет в обморок. Комната закружилась перед глазами Вивьен, неожиданно ее охватил жар, а он продолжал сидеть напротив, спокойно наблюдая за ней.
Вивьен попыталась подняться, но ноги дрожали, и она не знала, куда идти и что делать. Одно было ей абсолютно ясно: теперь он знает все.
Ее ладонь взлетела ко рту, а глаза наполнились слезами. Она начала любить его как раз тогда, когда все было кончено.
– Почему вы сразу не сказали мне правду?
Продолжая дрожать, Вивьен обошла канапе, по-прежнему прижимая ладонь ко рту. Минуту-другую она пыталась успокоиться и сосредоточиться, затем присела на край канапе спиной к герцогу и обхватила себя руками, словно стараясь защититься от надвигающейся беды.
– И что вы узнали? – наконец резко спросила она, бессмысленно глядя на изящные розовые цветы на обоях.
Герцог пошевелился в кресле.
– Вы все еще замужем, не так ли?
Вивьен закрыла глаза.
– Да, это правда.
– Правда? Вы имеете хоть малейшее представление, что это означает?
Как он мог спрашивать ее об этом?
– Конечно, я знаю, что это означает, Уилл, и полностью осознаю все происходящее. Но есть обстоятельства, которых вы, очевидно, не понимаете.
– Так объясните, – решительно потребовал герцог.
Глаза Вивьен неожиданно открылись, и ее охватило раздражение. Она быстро повернулась и пристально взглянула на герцога.
– Не смейте думать, что вы можете войти в мой дом с требованием объяснить вам вещи, которые вас вовсе не касаются. Я буду говорить вам только то, что сочту нужным.
Он откинулся назад, и этого было достаточно, чтобы понять, как она потрясла его этим резким и бестактным заявлением.
– Ваша правда, дорогая Вивьен, – медленно произнес герцог. – Я не могу. Ведь я не ваш муж, не так ли?
Внезапно Вивьен затрепетала от горячего неосуществимого желания. О, если бы только это было возможно...
Она прижала дрожащую руку ко лбу и снова закрыла глаза.
– Вы единственный знаете, что я никогда не была замужем в полном смысле слова...
– Боюсь, это не относится к делу. – Герцог вскочил с кресла, повернулся и, быстро прошагав к окну, стал смотреть на петунии, росшие в соседнем саду.
– Нет имеет, и самое прямое, – гневно возразила Вивьен. – Я сообщила вам ужасные сведения о моем муже, о наших взаимоотношениях, и все это – правда.
Герцог медленно повернулся к ней.
– Вы замужем, миссис Раэль-Ламонт, и это главное. Но именно этого вы мне так и не сказали. – Он говорил почти шепотом. – Не сказали до того, как позволили любить вас.