Герцогиня
Шрифт:
Однако она плохо знала Ниссу. Единственной ее целью было удовлетворение собственных желаний. Тревельян говорил, что как верховная священнослужительница пешанцев она имела право лишь на удовольствия, работать ей не приходилось. Что она и делала, причем весьма успешно: веселилась, пела, танцевала, поддразнивала Тревельяна, заставляя его улыбаться, а если надувшаяся Клер готова была выйти из комнаты, начинала дразнить и ее. Нисса спрашивала Клер, не раздражают ли ее настроения Тревельяна. Потом вдруг начинала нахваливать ее волосы, прося разрешения расчесать их.
— Теперь лицо.
Клер стала было возражать, но любопытство пересилило. Она с большим интересом наблюдала за Ниссой: та крыла свой сундучок, порылась там и достала какой-то черный брусочек, напоминающий древесный уголь. Потом она приказала Оману принести жаровню и разожгла угли. Пока они прогорали, Нисса держала над огнем какой-то сосуд. Через несколько минут на дне его образовался черный налет. Тогда она взяла маленькую кисточку из того же сундучка и, смочив слюной, стала помешивать образовавшуюся в сосуде пасту. Перепуганная Клер собралась было воспротивиться, но в следующую минуту Нисса искусными движениями уже наносила черную пасту на брови и ресницы Клер. Затем припудрила и нарумянила лицо, накрасила губы. Когда священнодействие было закончено, она вручила Клер маленькое зеркало.
Девушка была уверена, что будет похожа на клоуна в цирке, но ошиблась. Нисса оказалась просто волшебницей. Клер никогда еще не была так хороша. Она посмотрела на дверь кабинета Тревельяна…
— Иди туда, — сказала Нисса. — Ему понравится. Клер робко направилась в комнату, где Тревельян работал за столом номер пять. За редким исключением, он всегда писал за одним из своих столов.
Клер постояла рядам с ним несколько минут, потом раза три кашлянула, пока он наконец не поднял глаза. Окинув лицо Клер изучающим взглядом, он взял ее за подбородок и повернул голову. Потом сказал Ниссе несколько слов по-пешански, поцеловал Клер и вернулся к работе.
Клер была несколько разочарована, она подошла к Ниссе и спросила шепотом:
— Что он тебе сказал?
— Он сказал, что ты и так хороша. Это мне нужно наводить красоту, а не тебе.
Клер удовлетворенно улыбнулась, вернулась к Тревельяну и поцеловала его. Это удивило его: в действительности он сказал Ниссе, что она наложила слишком много грима на лицо Клер.
Когда Нисса одевала Клер, она попросила разрешения примерить ее американские туалеты. Грудь Жемчужины Луны была слишком мала, так что ей пришлось пойти на некоторые ухищрения, чтобы платье лучше сидело. Закончив, Нисса прошлась перед Тревельяном и Оманом, который открыто восхищался обеими женщинами.
Во время этой демонстрации мод в комнату вошла Отродье. В комнате мгновенно возникло напряжение.
Прелестное лицо Ниссы изменилось. Она перестала улыбаться и уставилась на Отродье. Клер сразу поняла, что Нисса никогда не встречалась
Клер взглянула на Тревельяна: он откинулся на спинку стула и с большим интересом наблюдал за обеими женщинами.
На его лице было такое выражение, будто он собирался запомнить и потом записать эту сцену.
Отродье подошла к Ниссе, пристально посмотрела на нее, сжала руку в кулак и ударила ее по лицу. Нисса растянулась на полу.
— Отродье, ты что! — закричала Клер.
Та глядела на Ниссу, как на заклятого врага. Клер подбежала к Ниссе, чтобы помочь той подняться, и посмотрела на Тревельяна.
— Помоги мне! — Но он не двинулся с места, продолжая улыбаться. Эта сцена явно развлекала его.
— Мне очень жаль, — говорила Клер, помогая Ниссе встать с пола. — Сара Энн, я требую, чтобы ты немедленно извинилась!
Отродье стояла посреди комнаты, лицо ее было суровым. Когда Нисса поднялась, Клер подошла к сестре.
— Или ты извинишься и объяснишь свое поведение, или я накажу тебя так, что ты надолго запомнишь!
За их спинами послышался смех Ниссы. Клер обернулась.
— Просто ей никогда не приходилось встречать женщину, красивее нее, — сказала Нисса.
Отродье упорно молчала, продолжая пристально разглядывать Ниссу.
Клер взглянула на Тревельяна, как бы прося его о помощи. Он пожал плечами.
— У тебя деньги, у твоей сестры красота…
Клер посмотрела на него, как на сумасшедшего.
— Какое это имеет отношение к моим деньгам? Моя сестра ударила человека и…
Она не успела больше ничего сказать: Жемчужина Луны прошла мимо нее и протянула руку Отродью.
— Пойдем, я сделаю тебе такое же лицо, как у сестры, — прошептала она. — У меня есть голубой халат такого же цвета, как твои глаза, и шелковые туфельки с маленькими зеркальцами, вшитыми в носки.
Отродье постояла еще несколько мгновений, не двигаясь, а потом важно проследовала за Ниссой в спальню.
После этой ссоры Нисса и Отродье стали неразлучны. Они не то чтобы нравились друг другу или дружески беседовали, но просто не выпускали друг друга из поля зрения. Клер казалось, что Нисса забавляется, а Отродье относится к происходящему вполне серьезно.
Поначалу враждебность Сары по отношению к Ниссе тревожила Клер, но Тревельян не придавал этому никакого значения.
— Если ситуация забавляет Ниссу — все в порядке.
Клер не совсем понимала, что он имеет в виду, ее удивляло и то, что происходило между Ниссой и Отродьем. Ниссе было девятнадцать лет, но она вела себя, как маленькая девочка. Она часто говорила Клер, что намерена наслаждаться жизнью — и ничего больше.
Как-то Клер попыталась поговорить с Тревельяном о будущем Ниссы, но он лишь отмахнулся. Эта тема бесила его.