Герцогиня
Шрифт:
Подскочив к одной фигуре в платке с такой же расцветкой, как и у меня, я шепотом попросил занять на пару минут одного «противника» и глазами указал на Нирану. Кивнув, что понял, соратник схватил ближайшую подушку и мощным ударом снес мою сестрицу с траектории следования. Я же, схватив картину погабаритнее, с удовольствием надел ее Кэнтару на голову и, дернув за раму на себя, заставил его наклониться.
— Вот это бешеное нечто, на тебя нападающее, — твоя любимая женушка. А ну покажи ей, где раки зимуют, — быстро и шепотом проговорил
Сняв с шеи раму и надев ее кому-то пробегающему мимо, король, повертев головой по сторонам, заметил несущуюся к нему Нирану. Судя по блестящим и сузившимся глазам, он улыбался. Схватив подушку, Кэнтар начал усиленно выбивать ее об наскакивающую коршуном жену.
Решив не мешать королевской чете развлекаться, я осмотрелся. Чуть в стороне стояла мелкая фигурка в почти чистом костюме и хлопала глазами.
О! А вот это, похоже, принцесса! Потому народ ее упорно и избегал, не рискуя нападать, видимо, боялись повредить или расстроить.
— Та-а-ак! Это надо срочно исправить, — фыркнул я и, схватив графин с вином, подбежал сзади и вылил его на голову Сонэте.
Взвизгнув, она подскочила и, резко развернувшись, попыталась стукнуть меня небольшой статуэткой, которую уже давно держала в руках, не решаясь воспользоваться.
Увернувшись, я перехватил летящую мимо меня диванную подушку и со всей силы врезал принцессе. Не удержавшись на ногах, Сонэта отправилась в полет, по дороге сшибая кого-то, стоящего на ее пути. Когда эти двое почти достигли пола, еще один отступающий рухнул сверху, затем еще кто-то не смог обойти это препятствие. Испугавшись, что принцессу совсем задавят, я дал сигнал остановить сражение и, бросившись к куче, начал ее разбирать, стараясь поскорее освободить Сонэту. К моему огромному облегчению, она радостно смеялась, блестя глазками.
— Еще хочу, — радостно прошептала она.
Пожав плечами, типа, нет проблем, я дал сигнал продолжать получать удовольствие. Через полчаса все выползали из комнаты грязные, как никогда, и очень довольные. Недаром в крупных японских компаниях имеются комнаты для расслабления, в которых выставлены манекены, похожие на начальство. Достало тебя все, идешь в эту комнату и бьешь своему начальнику морду, пока сам не свалишься. Говорят, это здорово успокаивает.
Идя по двору в глубокой задумчивости, не глядя по сторонам, я почувствовал, как кто-то схватил меня за руку.
— Ты кто такая? И на каком основании здесь находишься? — резануло по ушам от окрика.
От неожиданности я обалдел. Это еще что за придурок, который меня не знает? Тренировочная форма моей одежды, конечно, далека от той, какую носят аристократки, но я здесь уже не первый день в таком виде появляюсь. Обычно народ старался не попадаться мне на глаза, а тут… Прямо нет слов…
Повернув голову, я разглядел на этом самоубийце форму королевского стражника. Пока я приходил в себя, подошел еще один полоумный.
— А она ничего так.
А вот этого я не люблю. О-о-очень не люблю. Тут и так жизнь не в радость. Жизнь в женском теле достала по самое не хочу, и терпеть еще всяких… хамов не намерен. Ой как не намерен. Время от времени и мне, как тем японцам, требуется сбросить излишнее напряжение. И сейчас японский метод меня вполне устроит.
Врезав пяткой по голени державшему меня солдату, я, крутнувшись, выдернул руку из захвата. Затем, поднырнув под руками у второго, ребром ладони врезал ему по почкам.
Через минуту самоубийцы уже валялись на земле. Попинав их немного для собственного успокоения, я огляделся, отслеживая обстановку. При моей комплекции мне не выстоять и против одного противника. В драках мне всегда приходилось полагаться на внезапность атаки и эффект неожиданности. В том смысле, что от меня, такой мелкой, никто не ожидает нападения. В случае, когда противников больше, то полагаться на силу не приходится, тут уж надо задействовать навыки гипноза или, если по-местному, магию.
— Капита-а-ана ко мне! Срочно! — заорал я, ударом ноги добавляя спокойствия пытавшемуся подняться недоумку.
Посмотрев по сторонам с мыслью, что бы еще такого плохого сделать, я заметил слугу с двумя ведрами воды и, подозвав его, приказал вылить по ведру на каждого. Судорожно сглотнув, слуга побледнел и с испугом взглянул сначала на меня, а затем на лежащих на земле гвардейцев, как будто не мог решить, кого ему следует бояться больше. Не дожидаясь, пока он решит этот вопрос, я схватил одно ведро и вылил на близлежащего идиота. Отбросив пустое ведро, схватил другое и повторил процедуру со вторым гвардейцем.
Из казармы вышел капитан и быстрым шагом направился в мою сторону. Увидев двоих гвардейцев, валявшихся на земле, он сердито поджал губы и почти строевым шагом подошел ко мне.
— Почему ваши солдаты кидаются на людей? — холодно поинтересовался я.
— Прошу простить их. Они из пополнения. Только три дня как в казармах, — ответил их непосредственный начальник.
— Уже три дня, и до сих пор не научены, как себя вести, и не знают начальство в лицо? — Все еще не успокоившись, я сердито глядел на медленно поднимающихся мокрых гвардейцев.
До них уже дошло, что сделали они нечто если и совместимое с жизнью, то, вполне возможно, не совместимое с должностью, а то и со свободой.
— Это все новенькие или есть еще? — Мне пришла в голову интересная мысль.
— Еще десять человек! — отрапортовал капитан.
Я приказал их построить, что и сделали достаточно быстро. Пройдясь пару раз перед строем, я остановился возле провинившихся.
— Принимая во внимание короткий срок вашего пребывания в замке, слишком строго наказывать вас не будем. — Сделав паузу, я с усмешкой посмотрел на капитана.