Гейзер. Дилогия

Дудко Олег Викторович

— Я вошел на первый этаж через левую дверь, — предупредил он всех.

Обстановка помещения говорила о том, что в доме главной была хозяйка, и она при этом была очень состоятельной. Вся мебель была XIX века, кругом различный антиквариат, на стенах висели картины знаменитых художников, вполне возможно, что и подлинные. И это все было на первом этаже, а значит, на втором можно было увидеть еще более дорогой интерьер.

Гейзер прошел вперед и уперся в закрытую дверь. Прощупав пространство за ней, он понял, что там находится противник. Поменяв рожок автомата, он половину его расстрелял прямо в дверь, после чего открыв ее, обнаружил труп застреленного солдата.

— Я внутри дома, с центрального, — донесся голос Дмитрия.

Пока

все складывалось хорошо, но кому как не ему было известно, что маятник любой ситуации обязательно полетит обратно, и чем больше времени занимает решение поставленной задачи, тем чаще маятник будет возвращаться. Вся эта идея штурмовать здание малыми силами против неизвестного количества противника была похожа на утопию, но говорят, что смелость города берет, если ей не помешает глупость.

За следующей дверью фон сканировался плохо, но рядом с входом Гейзер не чувствовал наличия людей и поэтому решил войти, там был полумрак, но это его никогда не смущало. Открылся довольно большой зал, края которого тонули в полутьме. Настораживало то, что все звуки заглушал идущий из глубины звук зуммера, причем звук оказывал разрушающий эффект на обычного человека. Поняв это, Гейзер ушел полностью в свою энергетическую систему, теперь вредные воздействия зуммера обтекали его тело, не причиняя вреда.

С другой стороны это сыграло с ним злую шутку. Зуммер его успокоил, так как находиться в этом помещении обычные люди долго не могли. Смогли бы только сильные энергетики, которых на острове быть не должно, а значит можно было не ожидать сильного соперника.

— Это Петр, мы готовы нанести удар по любой цели.

Гейзер стал аккуратно продвигаться вперед, никого не наблюдая. Входная дверь резко закрылась, и все погрузилось в полный мрак. Ему пришлось перейти на внутреннее зрение, и тут он сразу почувствовал перед собой довольно крупного человека, который уже проводил удар в направлении его лица. Это был человек без ауры, это был японец, именно поэтому он раньше не смог засечь его своим сканированием.

Гейзер подсел под размашистый удар и врезал ему в поддых. Японец даже не согнулся, а только отошел на два шага и опять пошел вперед. Слева от себя он засек еще одного, который бил ногой в район груди. Гейзер отскочил вправо, намериваясь расстрелять их из автомата, но нарвался еще на одного и, на грани интуиции, успел отскочить назад. Одновременно с прыжком, он вскинул автомат, но выстрелить не успел, еще не приземлившись, он понял, что подставился под удар еще одного японца. В следующее мгновение он получил жесткий удар в челюсть и полетел в какой-то угол, автомат же полетел совсем в другую сторону.

— Попался как последний лох, — проговорил он в полете.

Сгруппировавшись в падении, он хотел сразу вскочить, но, приземлившись, вдруг налетел на чье-то тело.

— Это я, — произнес Дмитрий, — но мне плохо, психика отключается. Помочь вряд ли смогу.

Бой глазами Дмитрия.

Капитан спускался прямо к центральным воротам, где рядом с калиткой стояла застекленная будка охраны.

— Ник, зачисть будку и ворота, — отдал он приказ.

Когда он добежал до ворот, все еще было тихо, заглянув в будку, он увидел там два трупа солдат. Вытащив их, Дмитрий сам расположился в будке, откуда хорошо просматривался двор. Долго ждать не пришлось, слева, где продвигался Гейзер, была открыта интенсивная автоматная стрельба. Дмитрий не спеша стал ловить в прицел военных, мелькавших в разных местах, и периодически нажимал на курок автомата. Когда он выстрелил в пятый раз, вдруг из окна дома на втором этаже по нему открыли огонь. Он еле успел упасть под стол, пули расстреливали будку как карточный домик, потом автоматический огонь также неожиданно прекратился.

Капитан выглянул в окно и, никого не обнаружив, двинулся к дому. Он быстро добежал до входной двери и открыл ее ударом ноги, внутри никого не было видно. Дмитрий осторожно пошел по правой стене к лестнице

ведущей наверх, но только он показался в проеме, как сверху открыли стрельбу. На втором этаже расположились не менее двух солдат от души нажимавших на курки, стреляли не точно, но много.

«Здесь точно не пройдешь, попробуем с другой стороны», — решил для себя Дмитрий.

Продвигаясь в обратную сторону, капитан вышел к двери, ведущей внутрь какого-то большого зала. За дверью было какое-то движение, потом она распахнулась, и из нее выскочили двое солдат. Капитан ожидал их и стрелять начал первым, пули попали первому бежавшему в район груди, он споткнулся и стал падать вперед. Второй успел открыть стрельбу, но так как ему мешал еще не упавший напарник, то все пули прошли значительно левее Дмитрия. Капитан, в свою очередь, переместил огонь на него, не боясь задеть первого солдата, а точнее простреливая его плечо на вылет. Когда рожок закончился, перед ним лежали два изрешеченных трупа, перезарядив автомат, капитан заглянул в большой зал. Все выглядело совсем невинно, только в дальнем углу он заметил лежащего человека в знакомой униформе.

— Серж, — екнуло сердце.

Дмитрий подбежал к бойцу и перевернул тело. Серж был ранен в плечо, из которого сочилась кровь.

— Сейчас перевяжу, и все будет хорошо, — сказал капитан открывшему глаза бойцу.

— Это ловушка, — прохрипел Серж.

Дмитрий вскинул автомат и обернулся, но было поздно. Жалюзи на окнах стали опускаться, закрывая их своей сталью, а через двери с разных сторон стали заходить японцы. После чего двери закрылись, и воцарилась непроглядная тьма.

Капитан надел очки ночного видения, японцы вышли на центр зала, но дальше не пошли, по всей видимости, кого-то ждали. Это мог быть только Гейзер. Дмитрий начал перевязывать Сержа и тут включили противный звуковой сигнал. Он очень плохо действовал на организм: стала пропадать четкость мышления, внимание рассеялось до того, что трудно было завязать узлом концы бинта, да и мутить стало. Дмитрий отполз от раненого, чтобы того не зацепили при перестрелке, если она будет.

Все-таки его энергетические способности позволили ему адаптироваться к непонятному зуммеру, но для ведения боевых действий он явно был не готов. Дмитрий просто решил подождать.

Через какое-то время открылась дверь, и в зале образовался полумрак, японцы встали в темную зону в шахматном порядке. В зал вошел Гейзер, после чего закрыли дверь. Дальше все происходило настолько быстро, что ни криком, ни выстрелом Дмитрий помочь не успел.

Гейзер, уходя от японцев и их ударов, все ближе смещался в его сторону. Уворачиваясь от очередного телохранителя, Гейзер сделал прыжок назад, как раз под удар еще одного поджидавшего японца.

«Не успеет!» — пронеслась мысль.

Так и получилось, получив удар, Гейзер полетел на капитана и упал прямо на него.

— Это я, — произнес Дмитрий, — но мне плохо, психика отключается. Помочь вряд ли смогу.

Бой глазами Сержа.

Общая задача, поставленная всем, очень устраивала Сергея, он мог самостоятельно принимать решения и воплощать их в дело. Если ему удастся ликвидировать Еву, это не останется незамеченным, и ему присвоят звание лейтенанта, а значит, дадут в подчинение целую группу.

Спустился он с правой стороны дома и вышел к сплошному забору, ни калитки, ни ворот здесь не было, а значит, надо будет перелезать через эту громаду. В трех местах были закреплены видеокамеры, не позволяющие подойти с этой стороны к дому незамеченным. Серж достал свой усовершенствованный Кольт и накрутил на него глушитель, затем, тремя выстрелами, по очереди расстрелял все камеры.

Немного выждав, Сергей подошел к забору и, подпрыгнув, ловко взобрался наверх. Толщина забора сверху была пятнадцать сантиметров, что позволило ему там закрепиться. Он увидел недалеко от себя отделение солдат, которые проверяли свои автоматы и магазины к ним, прыгать вниз было бессмысленно, пришлось ждать.