Гиперион
Шрифт:
– Поэтому, когда вы изъявили желание отправиться в паломничество к Шрайку, мы согласились. И были весьма огорчены, когда вы вдруг изменили свое решение.
Джонни искренне удивился.
– Я изъявил желание? Когда?
– Восемь дней назад по местному времени, – ответил епископ. – В этой самой комнате.
– А я объяснил, почему хочу отправиться в… паломничество к Шрайку?
– Вы сказали, что это «важно для вашего развития». Да-да, кажется, вы употребили именно это выражение. Если хотите, мы покажем вам запись. Все
– Спасибо, – сказал Джонни.
Епископ повелительно кивнул, и дьякон (или черт его знает кто там он был) тут же исчез в темноте. Минуту спустя он вернулся со стандартным видеочипом в руке. Епископ снова кивнул, и человек, одетый в черное, выступил вперед и вручил чип Джонни. Пока этот парень не вернулся на место, я держала станнер наготове.
– Почему вы послали за нами герильеров? – спросила я. Это были первые слова, произнесенные мною в присутствии епископа. Мой голос прозвучал слишком громко и слишком резко.
Епископ поднял пухлую руку.
– Господин Китс выразил желание присоединиться к нашему священному паломничеству. Для нас это весьма важно, ибо мы верим, что Последнее Искупление близко. Но наши осведомители донесли, что на господина Китса готовится покушение, причем не одно, а несколько. Мало того, неким частным сыщиком – а именно вами, госпожа Ламия – был уничтожен телохранитель-кибрид, приставленный к господину Китсу Техно-Центром.
– Так это был телохранитель? – Теперь настала моя очередь удивляться.
– Конечно, – подтвердил епископ и повернулся к Джонни. – Разве господин с косой, убитый недавно на экскурсионной тропе тамплиеров, не тот самый человек, которого вы неделю назад представили мне как своего телохранителя? Он запечатлен в записи.
Джонни ничего не ответил. Казалось, он изо всех сил пытается что-то вспомнить.
– Во всяком случае, – продолжал епископ, – до конца недели мы должны узнать: отправляетесь вы в паломничество или нет. «Секвойя Семпервиренс» отбывает из Сети через девять дней.
– Но это же тамплиерский звездолет-дерево, – возразил Джонни. – Такие на Гиперион не летают.
Епископ улыбнулся.
– Этот полетит. У нас есть основания предполагать, что данное паломничество окажется последним. Потому мы зафрахтовали тамплиерский корабль, чтобы как можно больше верующих смогли совершить это путешествие. – Епископ взмахнул рукой, и двое мужчин, облаченных в красно-черные одеяния, отступили назад, в темноту. А когда он встал, двое экзорцистов тотчас выступили вперед и сложили его кресло. – Прошу вас как можно скорее сообщить нам о своем решении, – произнес епископ и удалился. Оставшийся экзорцист проводил нас к выходу.
Нуль-Т нам больше не понадобился. Выйдя из ворот Святилища, мы остановились на верхней ступени высокой лестницы, глядя вниз, на центр улья и площадь Мэлл, и вдыхая холодный,
Отцовский пистолет лежал там, где я его оставила, – в ящике. Я убедилась, что магазин полон, загнала его назад и отнесла оружие в кухню, где готовился завтрак. Джонни сидел у длинного стола и глядел через серые окна вниз, на погрузочную площадку. Я принесла омлет и поставила перед ним. Когда я принялась наливать кофе, он поднял голову.
– Ты ему поверил? – спросила я. – В смысле, что ты сам захотел?
– Ты же видела видеозапись.
– Запись можно подделать.
– Да. Но эта – подлинная.
– Тогда почему ты вызвался участвовать в паломничестве? И почему твой телохранитель пытался убить тебя после того, как ты поговорил с епископом Церкви Шрайка и капитаном-тамплиером?
Джонни попробовал омлет, одобрительно кивнул и подцепил на вилку еще кусок.
– Телохранитель совершенно незнаком мне. Должно быть, его приставили как раз в ту неделю, память о которой я потерял. Его задача, очевидно, сводилась к тому, чтобы следить, не обнаружил ли я чего-то важного. А если обнаружу – устранить.
– И где же находится это «что-то важное»? В Сети? Или в киберпространстве?
– Думаю, в Сети.
– Нам необходимо узнать, на кого он… оно работало и почему его приставили к тебе.
– А я знаю, – сказал Джонни. – Я просто спросил. Техно-Центр ответил, что я сам затребовал телохранителя. Этот кибрид управлялся структурами Техно-Центра, которым у вас соответствуют полиция и служба безопасности.
– Тогда спроси, зачем он пытался убить тебя.
– Я спрашивал. Они упорно стоят на том, что подобное невозможно.
– Тогда почему этот так называемый телохранитель крался за тобой неделю спустя после убийства?
– Они заявили, что, поскольку я не обратился в службу охраны после того, как… вышел из строя, органы управления Техно-Центра сами сочли необходимым обеспечить мне защиту.
Я рассмеялась:
– Тоже мне защита! И почему он кинулся бежать, когда я его выследила? Ну, там, у тамплиеров? Джонни, они даже не пытаются выдумать правдоподобную версию.
– Да, действительно.
– А епископ? Он ведь тоже не объяснил, откуда у Церкви Шрайка нуль-канал на Старую Землю… или как вы там называете этот ваш искусственный мир.
– Но мы ведь не спрашивали.
– Да, не спрашивали. Потому что хотели выбраться живыми из этого чертова Святилища.
Джонни, казалось, не слышал меня. Он прихлебывал кофе и глядел куда-то мимо.
– Что с тобой? – спросила я.
Он щелкнул пальцем по губе и посмотрел на меня:
– Ламия, здесь какой-то парадокс.
– Какой?
– Если бы я действительно хотел отправиться на Гиперион… то есть отправить туда своего кибрида, я должен был уйти из Техно-Центра и весь свой интеллект, все сознание передать кибриду.