Гитлер против СССР
Шрифт:
Трест торжественно провозгласил о своем возвращении в лоно нации и заново вступил в национальную федерацию австрийской промышленности. Нация называлась теперь Италией. Новый глава компании, инженер Оберэггер, был одним из главарей хеймвера, — секции итальянских чернорубашечников на австрийской почве. А Теплиц уже организовывал в Вене новый крупный австрийский банк «Banca Commerciale d'Austria», большинство акций в котором держал Банка Коммерчиале Итальяна и совет директоров которого был составлен поровну из итальянцев и австрийцев (во главе с «истыми римлянами» — синьорами Роберто Адлером и Чезаре Гольдманом); банк этот должен был олицетворять и проводить великую политику «экономического союза» между Италией и Австрией и рано или поздно сосредоточить в своих руках действительный контроль над Альпийской горной компанией.
В
Такова подоплека 25 июля 1934 г., первого национал-социалистского путча в Австрии, история которого только отражает, но в измененном виде, историю национал-социалистского путча в Германии 31 января 1933 г. В этом и заключается значение этого путча и его урок для тех, кто хочет изучать и понимать современный фашизм. Это всегда одна и та же история, история крови, денег и обмана, смешивающихся в одно грязное целое, называемое фашистской идеологией и политикой. На этот раз Муссолини одержал верх над Гитлером, финансовая олигархия Альп — над финансовой олигархией Рура.
Но что же дальше? Чего следует ожидать после двух лет кажущегося «затишья» в Австрии, после абиссинской эпопеи и нового германо-итальянского договора Чиано — Нейрата? Смягчатся ли германо-итальянские противоречия в пользу новой ориентации, возобновления совместной работы? Почему Гитлер, несмотря ни на что, должен снова «сблизиться» с Муссолини?
Он не может дольше ждать. Имманентное внутреннее противоречие между обеими фашистскими системами — римской и берлинской — остается и должно невидимо все больше углубляться.
Муссолини заложил первый камень своей «империи». Далеко на юге взята Аддис-Абеба; нефтяные источники и золотые рудники абиссинских рабов помогают отчасти реализовать замыслы миланских стратегов, новые позиции на Красном море — у истоков Нила, на озере Тана — дают им оружие против Англии. Но на противоположном конце, на крайнем севере, Вена остается ключом к существованию всей империи. Без железа Штирии, без стратегических путей в Каринтии и на Дунае и без гарантии безопасности на Бреннере все здание империи остается карточным домиком, а новый «цезарь» — явным обманщиком, которому не удастся мистифицировать никого, кто видит глубже поверхности. Он не может отказаться от Австрии больше чем когда-либо.
Но больше чем когда-либо Австрия и мост в Южную Европу нужны другому потенциальному «императору» на Севере. Два года он беспрерывно ждал удобного случая; его время ограничено.
Рука, протянутая к Вене, не разжалась. Напротив: несмотря на разрушение цитадели Альпийской горной компании и падение господина Апольда, национал-социалисты в Австрии за два года реорганизовались, запаслись новым оружием и новой тактикой из Германии; они снова представляют собой готовую к выступлению колонну. Австро-германское соглашение в июле 1936 г. только укрепило их позиции; замаскированные друзья Габихта сидят ныне в венском правительстве. И этому самому правительству снова приходится распускать «пожарные команды» и «лыжные клубы» в различных местах для того, чтобы напасть на след тайных национал-социалистских организаций. Призыв к аншлюссу попрежнему не оставляет в покое студентов, мелких служащих и чиновников, недовольных крестьян.
Австрийский легион под руководством тех же командиров стоит в нескольких километрах от германо-австрийской границы, под Куфштейном и в Рейте, — на двух путях, по которым должно пойти вторжение из Баварии в Австрию. Но теперь этот легион является всего лишь авангардом регулярных германских армий, штабы которых расположены в Мюнхене и Дрездене. Прямая связь ведет оттуда в Линц, в подпольную
А тем временем защита Австрии стала гораздо слабее. Муссолини слишком долго гонялся за африканскими расами. Хеймвер, который в 1934 г. восторжествовал над Габихтом и Ринтеленом, уже не тот. Правитель Штаремберг — диктатор Вены — забыт; он расстрелял сотни австрийских рабочих и все же не стал австрийским дуче. Майор Фей, второй вождь и «Непобедимый», сегодня больше не имеет за собой и тысячи вооруженных приверженцев; и его игра пришла к концу. Шушниг разоружает хеймвер, чтобы предотвратить возможное предательство. Ведь уже был такой случай, когда часть защитников родины — штирийский корпус хеймвера — перешел на сторону национал-социалистов; их вождем был Ринтелен. Новая «фронтовая милиция» (Frontmiliz) бюрократическая правительственная организация, без связи с массами и без активных вождей, не является силой, способной оказать действительное сопротивление.
Шушниг делает следующую лихорадочную попытку: вместе с клерикалами он пробует поставить ставку на Габсбургов. Маленький Отто и его мать Борджиа должны на троне Франца Иосифа снова укрепить оплот против Севера и сделать его на долгое время неприступным. Может ли реставрация монархии в Австрии действительно изменить положение вещей? Габсбурги являются кандидатами международного католического лагеря, более точно — партии «католического действия» отца Ледоховского, генерала ордена иезуитов.
Клерикальная партия все еще представляет собой силу в Европе. Ее политика не направлена ни на поддержку Гитлера, ни полностью на поддержку Муссолини; эта партия не хочет создания ни тевтонской, ни римской империи, ей нужна «священная римская империя» средних веков с центром в Вене — старый извечно несбывающийся сон католических схоластов и владетельных князей, но к этому они стремятся еще до сих пор. Вот чего хотят сегодня доктор Шушниг в Вене, кардинал Фаульгабер в Мюнхене, легитимисты Карольи и Циши в Венгрии, «католический блок» (монсеньер Шрамек) в Чехословакии, «клерикальная группа» в Варшаве, словенские «федералисты» (монсеньер Корошец) в Югославии и другие разветвления всей этой системы; этого хотели в свое время доктор Брюнинг в Германии и отец дон Стурцо, лидер «Пополяри» в Италии.
Эта программа все еще привлекает значительные аграрно-католические клики в дунайской зоне, которые опасаются за сохранность своей земельной собственности и видят в реставрации Габсбургов средство удержаться между динамическими силами на севере и на юге. [35] Но достаточно ли этого? Достаточно ли Шушнигу Габсбургов, даже при итальянской поддержке, чтобы удержать Вену?
Ясно одно. В данный момент Гитлер не может рискнуть на дей—ствительно открытое нападение на Вену, на повторение 25 июля, на этот раз даже при поддержке регулярных германских дивизий, которые на грузовиках могут покрыть расстояние от баварской границы до Вены за шесть часов. Слишком большие силы стоят перед ним на главных фронтах, чтобы он мог открыть свой фланг на юге, в то время как предстоит действительно большой поход в другом направлении. Но если Гитлер пока еще не может силой безраздельно захватить Вену и южноевропейский хинтерланд, то он должен обеспечить себе там позиции путем компромисса. Поэтому блестящий зять Муссолини едет в Берлин. Поэтому снова провозглашается «священный союз» двух фашизмов, протягивающийся через континент, несмотря на то, что они всего за два года перед этим стояли друг перед другом с обнаженным оружием и рано или поздно снова окажутся в такой же позиции. На определенном участке их путь общий.
35
Не случайно, что одним из ближайших личных «советников» и самых доверенных лиц Муссолини был в течение ряда лет отец Такки Вентури, крупный деятель ордена иезуитов.