Гладиатор Гора
Шрифт:
— Нет, — ответил он.
— Да, господин, — проговорил я и взглянул на водяные часы. Было немного позже пятнадцати часов.
— Наконец-то, — сказал Веминий, когда леди Кайта в сопровождении двух охранников вошла в лавку.
— Духи готовы? — спросила она.
Турбус Веминий подал ей флакон. Она сняла крошечную крышку и поднесла флакон к лицу, закрытому вуалью, вдохнула осторожно, я видел, как вуаль качнулась.
— Что это значит? — с ужасом воскликнула она. — Без сомнения, это духи
— Нет, — ответил Турбус Веминий, — но по композиции напоминают их.
— Вы ожидаете, что я стану платить за это? — возмутилась она.
— Только если захотите, леди Кайта, — промолвил парфюмер.
Она зло смотрела сквозь вуаль.
— Вы хотели духи, — продолжал Турбус, — чтобы отвлечь вашего свободного спутника от рабынь, не так ли?
— Да, — ответила леди Кайта.
— Эти духи напомнят ему то, что он забыл, — сказал Турбус Веминий. — Что вы — женщина.
Она посмотрела на него и затряслась от ярости.
— Но эти духи сами по себе не смогут исправить ситуацию, — продолжал парфюмер.
— Я не понимаю, — проговорила она.
— Подозреваю, что вы прелестная маленькая женщина, — сказал Турбус Веминий. — Если бы ваш свободный спутник покупал вас нагую и в ошейнике на рынке, он, без сомнения, отдал бы хорошие деньги.
— Турбус! — сердито воскликнула леди Кайта.
— Но как его свободная спутница, вы слишком обыденны, — продолжал Турбус.
— Это правда, — всхлипнула она внезапно.
— Если бы вы хотели немного улучшить ситуацию, — сказал он, — я бы посоветовал вам научиться искусству рабыни для наслаждений и тщательно попрактиковаться в нем.
— И это могло бы исправить положение только немного? — в замешательстве спросила леди Кайта.
— Да, — ответил парфюмер, — потому что вы бы все еще были свободны, а свободная женщина, из-за того что она свободна, не может состязаться за внимание и привязанность мужчины с рабыней.
— Почему?
— Я не знаю, — признался Турбус Веминий. — Может быть, просто потому, что рабыня — это рабыня и ею владеют.
— Что же мне тогда делать? — спросила она.
— Вы можете рискнуть попасть в рабство, — сказал он. — Попробуйте попасть в плен, походите по высоким мостам в позднее время, съездите на пикник в деревню, сходите в языческую таверну одна, отправьтесь в опасное путешествие…
— Но вдруг меня захватят и обратят в рабство? — спросила леди Кайта.
— Тогда вы станете настоящей рабыней, — ответил Турбус Веминий, — и вас, несомненно, научат так, как вы и не надеялись бы научиться, будучи свободной женщиной, искусству рабыни.
— Но я могу никогда больше не попасть к моему свободному спутнику, — сказала она.
— Возможно и так, — ответил парфюмер, — но вы попадете во власть другого мужчины,
— Я отдала большую часть состояния своему свободному спутнику, — произнесла она. — Может быть, он хотел моих денег, а не меня?
— Не знаю, — пожал плечами Турбус.
— Так и есть, — с горечью произнесла леди Кайта. — Так и есть.
— Тогда, возможно, будет только справедливо, если вы не попадете в его власть, — с сочувствием произнес Турбус.
Она опустила голову.
— Девушка, которую выбирают на рынке из десятка других, — объяснил Турбус, — знает, что хотят только ее, вы понимаете?
— Да, Турбус, я понимаю, — ответила она.
— Я заберу духи назад, — сказал парфюмер, — очевидно, вам они не понадобятся.
— Нет, — она быстро подняла голову, — я возьму эти духи.
— Цена высока, золотой тарн.
— Я заплачу, — ответила леди Кайта, доставая монету из маленького, украшенного стеклярусом кошелька, который она зажимала в руке. Затем, повернувшись, чтобы уйти, вновь посмотрела ему в лицо.
— Да? — спросил Турбус Веминий.
— Вы можете изготовить духи для рабынь, настоящие духи для рабынь? — задала она вопрос.
— Мы не продаем духи для рабынь, — строго ответил он.
— Простите меня, Турбус.
— Попробуйте спросить в лавке стальных браслетов, — улыбнулся он. — Это недалеко от дома Хассана, на улице Клейм.
— Спасибо, Турбус, — сказала она, идя к выходу.
— И не давайте им обмануть вас, — крикнул он ей вслед, — пять больших флаконов должны стоить не больше чем медный тарск!
— Спасибо, Турбус.
Она остановилась в дверях, но не обернулась.
— Желаю вам всего хорошего, Турбус.
— Я тоже желаю вам всего хорошего, леди Кайта, — ответил он.
Она бросила взгляд на одного из своих охранников, стоявшего позади нее. Затем опустила голову. Он смотрел на нее с любопытством и интересом, что, должно быть, смутило ее и леди поспешила прочь из лавки в сопровождении телохранителей.
Турбус взглянул на меня.
— Подойди, раб, — приказал он. — Опусти голову.
Я поспешил к нему с поникшей головой. Парфюмер снял мешочек, висевший на кожаной петле на моей шее.
— Ты Джейсон? — спросил он. — Раб леди Флоренс из Вонда?
Он смотрел на записку, вынутую из мешочка.
— Да, господин, — ответил я.
— Ее духи были готовы еще вчера.
Турбус направился к одному из стеклянных шкафчиков. Из мешочка он достал монеты. Там было пять серебряных тарсков. Он положил их в ящик и затем написал что-то на записке. После этого положил записку и флакон в мешочек. Я снова нагнул голову, и он надел мешочек мне на шею.