Глава рода

Ахминеева Нина

Боже, дай мне терпения.

Я молча направилась к рабочему столу. Под напряженными взглядами супругов села в кресло. Посадив тушканчика на колени, устроилась поудобнее. А после ровным тоном сказала:

— Добрый день.

— Почему ты не в монастыре? — недовольно поинтересовался Антон Леонидович и нервно дернул шеей.

Положив руки на столешницу, я нарочито медленно переплела пальцы. Как только взгляды «родственников» уперлись в перстень, ровным тоном сообщила:

— Мне там делать нечего.

— Вздорная девчонка, где ты взяла

эту жалкую подделку? — грозно поинтересовалась боярыня. — Все еще не желаешь расстаться с мечтой стать главой рода? Ты что, не понимаешь, какой позор падет на наш род, когда узнают о твоем мошенничестве? Немедленно сними эту гадость!

— А я тебя предупреждал, — многозначительно бросил Антон Леонидович.

Внезапно он быстро подошел ко мне. Схватив правую руку, вцепился в палец. Однако, едва прикоснулся к кольцу, то конкретно так полыхнуло.

Ничего себе спецэффекты. Буду знать.

Я едва сдержала улыбку, увидев, как «отчима» перекосило. Шустро отпрыгнув от стола, перепуганный мужчина облизнул пересохшие губы.

— Оно не может быть настоящим, — пробормотал он шокировано. Однако на всякий случай попятился.

Как таракан. Такой же усатый, мерзкий и трусливый.

Остановившись у шкафа, Антон Леонидович поправил сбившийся шейный платок. Засунув руки в карманы халата, надменно хмыкнул.

— Анфиса, твоя дочь держит нас за дураков. Ее источник поврежден. За несколько дней его невозможно вылечить! Она не могла пройти испытание. Перстень — фальшивка!

Из приоткрытого окна подул ветер. Громко закаркала ворона.

Опять эта птица. Заняться ей что ли нечем?

Поглаживая зверька, я поймала взгляд «отчима». Тот испуганно сглотнул.

— Вынуждена вас разочаровать, — мило улыбнулась. — Я действительно являюсь главой рода.

— Твою ложь легко опровергнуть, — ледяным тоном информировала боярыня Апраксина.

Подойдя к стойке с телефонным аппаратом, Анфиса Тимофеевна сняла трубку. Монотонный гудок разнесся по комнате.

— Мамочка, я не хотела управлять родом. Даже в мыслях не было, — протяжно завыло привидение. Внезапно полупрозрачная фигурка взмыла в воздух, метнулась ко мне. — Сними этот дурацкий перстень! Прочь! Уходи! Ты чужая!

Совсем с катушек слетела.

Прикрыв глаза, я воссоздала перед внутренним взором картину «морозного узора» и негромко сказала:

— Угомонись.

Вопли мгновенно прекратились. Полупрозрачная девичья фигурка застыла в одной позе.

С тобой, похоже, по-другому нельзя.

— Что?! Да как ты смеешь? — послышался гневный голос опекуна.

Упс. А ведь мое «угомонись» прозвучало двусмысленно.

Ворона на улице вновь душераздирающе закаркала. Быстро сориентировавшись, я удивленно спросила:

— Разве вам не надоела эта птица?

Густо покраснев, мужчина что-то неразборчиво буркнул, торопливо подошел к окну, захлопнул створку. В этот момент на звонок боярыни ответили. Плотно прижав трубку к уху, женщина сухо представилась:

— Боярыня Анфиса Тимофеевна

Апраксина. Я хочу заказать выписку по счету. — Уже через секунду ее лицо начало вытягиваться от изумления. Не попрощавшись с собеседником, Анфиса Тимофеевна вернула трубку на место. Находясь в каком-то заторможенном состоянии, она тихо сказала: — Мой доступ к счетам заблокирован. Теперь он есть только у главы рода. Боярышни Александры Петровны Апраксиной.

— Этого не может быть, — шокировано выдохнул «таракан».

— Тем не менее это так. Теперь перейдем к делу, — произнесла я максимально спокойно. — Скажу прямо. Ваши личные отношения мне глубоко безразличны. Вмешиваться в них не собираюсь.

— Да неужели? — с сарказмом переспросила боярыня Апраксина.

— Вы верно услышали, — не реагируя на провокацию, я сдержанно улыбнулась. — Чем быстрее встречусь с управляющим рода, тем скорее определю вам, Анфиса Тимофеевна, сумму ежемесячного содержания. — Выдержав многозначительную паузу, я невозмутимо продолжила: — Что касается вас, Антон Леонидович. Никаких карманных расходов за счет рода у вас, разумеется, больше не будет. Настоятельно рекомендую прекратить вашу бурную деятельность по поискам покупателей на недвижимость. В ближайшее время продавать я ничего не планирую.

— Слишком много на себя берете, боярышня, — процедил Антон Леонидович. — Да будет вам известно, бизнес рода в упадке. Даже мне, с моим талантом, не удалось выправить дела. Апраксины на грани банкротства! Вы и представить не можете, как долго я уговаривал боярина Силантьева купить убыточный рудник и убогое здание гостиницы. Решили все мои усилия пустить псу под хвост? Нет уж, милая моя, губить репутацию рода я вам не позволю! Все заключенные соглашения вы выполните!

«Книгу на диване забыл он», — прозвучал в моей голове бесстрастный голос ушастика.

«Забыл?!»

«Именно так. Досадная случайность. Умысла на устранение падчерицы у него не было. Слишком труслив. Все, что делал потом — заметал следы. Очень боится потерять доступ к кошельку боярыни».

От сердца как-то разом отлегло. Безусловно, семейка у боярышни еще та. Таких родственников и врагу не пожелаешь. Однако проще жить, когда знаешь, что никто из них не планировал устранять юную дворянку. Моя предшественница действительно просто-напросто… набитая дура!

Неверно расценив мое молчание, альфонс самодовольно усмехнулся в тараканьи усы. И властно приказал:

— Завтра же подпишите документы о продаже.

— Нет, — лаконично ответила я.

Физиономия афериста побагровела. Играя желваками на скулах, Антон Леонидович сжал кулаки.

— Сделка уже заключена. Род Апраксиных обязан ее завершить, — прошипел он ядовитой змеей.

— Все сделки, заключенные в период охлаждения, являются недействительными и не подлежат исполнению. И да, про ограничения опекуна распоряжаться имуществом также знаю, — я встала из-за стола. Поудобнее перехватив тушканчика, направилась к выходу из кабинета.