Главбухша
Шрифт:
— Так, мне все понятно! —рассердилась Марта. Она схватила телефон, набрала номер. — Привет, Миша! Ты еще не въехал на склад «Глобуса»?.. Прекрасно! Разворачивайся и поезжай на наш!..
— Марта! В чем дело?! — подскочив с дивана, где он уже полулежал с актриской, вскричал Марк.
— Сделки не будет! — жестко сказала она одновременно Гриневичу и Стасу, которому позвонила в контору, дабы он слышал, что Марк снова ведет себя отвратительно.
— Хорошо, хорошо,
Стас, слышавший весь диалог с Гриневичем, весело расхохотался.
– Я перезвоню, — буркнула Марта в трубку и оборвала связь.
Она взяла коньячный бокал, сделала глоток, поморщилась.
— Немного резковатый для «Метаксы», — заметила она, усаживаясь в кресло Гриневича.
Актриса с восхищением смотрела на нее.
— Я всегда хотела сыграть такую женщину, как вы! — восторженно заявила она. -
В облезлом свитерке и джинсах, с детским шкодливым личиком и с щуплой девичьей фигуркой, Алла в свои сорок лет не привлекла бы внимание и грузчика из «Глобуса», не будь она узнаваемой актрисой.
— Наверное, женщине сыграть женщину — самое
сложное в вашей профессии? — не без иронии заметила Земская. — Но знаете, мне ведь приходится быть разной. Какую же меня вы хотите сыграть?
— Сильную, мужественную, способную делать большие дела и повелевать даже такими мужчинами, как Марк!
— Марком не так уж сложно повелевать, — усмехнулась Марта.
«А у тебя, дорогуша, силенок не хватит, чтобы изобразить такую стерву, как я!»—добавила она про себя.
— А можно мне с вами встретиться?
Марта удивленно вскинула брови.
Мне нужно это для работы! Я — Алла Клигман.
— Я знаю. Марта Сергеевна Земская, — представилась главбухша, достала визитную карточку и передала актрисе.
— Я обязательно позвоню! — обрадовалась Алла.
Прибежал Гриневич, протянул деньги в бумажном пакете и платежку.
Марта заглянула в пакет и сразу же определила: здесь все сто тысяч, бухгалтерицы Марка заранее все пересчитали и скрепили пачки черными резинками.
— Можно не пересчитывать? — улыбнулась Земская.
— Обижаете, Марта Сергеевна, у нас все, как в сберкассе времен Брежнева! — язвительно проговорил Марк.
— Нельзя сразу было, — упрекнула его главбухша, направляясь к выходу.
— Но, Марта Сергеевна, у нас уговор был: и деньги,и платежка — после разгрузки. Так что прикажите сначала машинам ехать на склад и давайте дождемся разгрузки. Я вам тоже верю на слово, но, как говорят, истина дороже.
Марта по-настоящему набрала номер мобильника Миши, работавшего у
— Миша, ну чего?.. Понятно!.. Скажи Марку!
Миша доложил Гриневичу, что разгрузка обеих фур произведена, накладные у него в руках и они с Артемом, завскладом, на прощание угощаются пивком «Старый мельник».
— Дай-ка ему трубку! — не поверив, попросил Гриневич.
Он тупо выслушал Артема.
— Они что, и не уезжали никуда? — не понял он. — Ну ладно, ладно, молодец, все! — Генеральный «Глобуса» отключил мобильник, передал его Марте.
— Мы-то свое слово всегда держим, Марк Григорьич! И у нас тоже все, как в сберкассе, только времен Андропова!
— Ловкая ты, Марта, прямо завидки берут! И вот кто-то же владеет такой женщиной! — с завистью проговорил Гриневич.
— Господь Бог, — ответила Марта и ушла.
Она вернулась в офис в четыре часа дня, выложила перед Ровенским пакет с долларами, отдала Юле копию платежки "Глобуса" и отправила ее домой, попросив завтра проверить пришли ли деньги на их счет.
Налила себе стакан холодного кофе. Пиццы же,за которой в обед бегали продавцы и кассиры, покупая обычно и на долю Стаса с Мартой, ей не досталось.
— Умираю от голода! — призналась она. — Съела бы барана целиком!
— Может быть, поужинаем? А то крутимся в этой круговерти и света белого не видим! — заглянув' в пакет, улыбнулся Стас. — Кстати, это наша доля, так что половина этих замечательных бумаженций твоя.
— Сорок процентов,— напомнила Марта.
— Но ужином-то я могу вас, Марта Сергеевна, угостить? — насмешливо проговорил генеральный. — Муж вас покинул, все кастрюли дома пустые, разве не так?
— Люблю осведомленных людей.
— Так как? Это же не взятка, а лишьтрадиционная форма ухаживания за дамой!— Ну, если это лишь традиционный способ ухаживания, то я, пожалуй, не против!— Кстати, у нас и повод есть! — вдруг воскликнул Стас.
— Какой повод?
— Полтора года партнерства! Это серьезно!
«Пекин» тихо гудел, и в этом мерном и спокойном гудении была некая важность. Здесь не было той гром- кой разухабистости голосов, как в «Яре» или в клубных ресторанчиках, не было помпезности, царящей в «Метрополе», но не было и простоты, демократичности маленьких частных ресторанчиков, куда можно заявиться в свитере и джинсах. Это ощущалось и в строгом, безупречном поведении официантов, и в дорогой обстановке зала, и в чинности самих посетителей, каковые деликатно приглушали тон веселых разговоров за столом, дабы не мешать соседям.