Главбухша
Шрифт:
Стас заказал почти те же закуски, что и в прошлый раз, когда они были здесь с Вальтером: жареный бамбук, маринованный папоротник, кусочки мяса в тесте, пельмешки, бутылку вишневого ликера. Марта выпила пару рюмок крепкого душистого напитка, порозовела, и,глаза ее заблестели.
Генеральный передал ей в конверте сорок тысяч долларов.
— Может, переиграем? Пашем мы одинаково. Ты даже больше: Давай делить прибыль фифти-фифти? — предложил он.
Марта на мгновение задумалась. В этом был свой резон. За то время, что они стали партнерами, она
фирма, все переговоры с Дицем, таможня, касса, балансы, а теперь и Гриневич — все лежало на ней, она сама хваталась за любое дело, выполняла быстро, тол-ково, и сотрудники по любому вопросу обращались fк ней, а не к Стасу, и постепенно все проблемы, начиная с кадровых и заканчивая финансовыми стала
решать она. Когда требовалось что-то срочно предпринять, а ее не было на месте, Ровенский начинал нервничать и всем без исключения отвечал: «Подождите, вот-вот появится Марта Сергеевна, мы с ней посоветуемся и дадим ответ».
— А без нее нельзя? — Без нее нельзя. Мы партнеры!
Стас понимал,что если она уйдет то другого такого главбуха он не найдет. Оказывается, есть незаменимые люди.
Ну так что, Марта Сергеевна, по рукам? Отныне все фифти-фифти!
– Нет! — снова отказалась Марта. — Я пока к этому не готова.
– Почему!-удивился Ровенский.
– Впервые встречаю человека, которому предлагают платить соответственно его вкладу, а он не соглашается и просит меньше.
Старосоветский пережиток. Директор обязан получать на двадцать процентов больше, чем главный бухгалтер. Так было, так я привыкла и ничего не могу с собой поделать.
— У меня тут возникали некоторые проблемы... —сменил тему Стас.
— Что за проблемы?
— Я как-то говорил, что мы с Ритой знакомы с детства, наши семьи дружили и она любимица моей матери. Рита как бы случайно с ней встретилась, рассказала, что я влюбился, погибаю и меня надо спасать. Моя маман женщина решительная, войти в горящую
избу — для нее раз плюнуть, а уж коли сын гибнет, то тут и раздумывать нечего. Она устроила такую феерию, что у меня волосы дыбом встали, подняла на ноги дядьку, словом, начался цирк. Я несколько месяцев выдерживал осаду, она рвалась поговорить с тобой, с твоим мужем, и никакие мои угрозы полного разрыва отношений с ней не действовали. Я живо представил себе, какая битва титанов получится из этой встречи, а потому, оберегая тебя, наши отношения и все миролюбивое человечество, решил пойти на компромисс: сходил с Ритой на выставку, а потом в кафе.
— А вы, оказывается, скрытный человек, Станислав Эдуардович, — усмехнулась Марта.
— Приходится. Но я хочу сказать...
— Не надо! — прервала его главбухша.
— Но ты же не знаешь, о чем я хотел сказать! — покраснел он.
— Знаю.
— И о чем же? — Он пригубил третью рюмку.
— Если ты хочешь отвезти меня домой, то две рюмки предел, а третья
Они чокнулись. Стас поставил рюмку на место.
— Я тебя отвезу. Я ж все равно не могу здесь ма-шину бросит Поэтому хоть домой ехать, хоть к тебе, все одно... Может быть, еще пельмешек заказать?
— Нет, я больше не хочу!
Она сама не понимала, из-за чего начинала злиться. Точно бес сидел внутри, заставляя все делать наперекор. И пельмешек бы она еще съела, так они ей понравились, и на метро ехать домой не хотелось.
Стас подозвал официанта:
— Принесите нам еще пельменей.
Официант поклонился и ушел. Стас улыбнулся, глядя на нее, и она улыбнулась в ответ. Они поседели еще полчаса. Стас говорил о том, как он рад, что их тандем начал приносить результаты. Это были хорошие слова, Марте они нравились, «А он не такой уж олух царя небесного, — подумала Земская. — Сегодня я бы даже согласилась поехать к нему и остаться там ночевать. Если б только он догадался пригласить меня».
Но он не предложил, не догадался, и это ее опять разозлило. На работе, прокручивая дед а, Стас проявлял порой невиданные отвагу и мужество, в отношениях же с женщинами оказывался робким и застенчивым. Эта раздвоенность его натуры уже давно ее удивляла. Она не понимала, как это может уживаться в одном человеке. Получалось, что как директор он ей нравился, а как мужчина оставлял равнодушной. Совместить в себе эти две разные половинки Марта никак не могла. И объяснить ему тоже.
– Джаник объявился, — неожиданно сказал oн.
Марта бросила на директора тревожный взгляд.. После западни, которую Стас
устроил банде Джаника, он некоторое время нервничал, боясь мести. Расул оказался прав: арестовали всех, кроме Джаника,тот исчез вместе с документами, и ни одной из фирм,сотрудничавших с ним, не удалось предъявить никаких обвинений. По информации дяди Ровенского, в тот же день, когда его люди угодили в ловушку, Джаник успел выскочить за границу, скорее всего, на Кипр, паспорт с визами он всегда держал наготове.
— Он звонил тебе? — спросила Марта.
Стас кивнул.
— И что хочет?
— Хочет, чтоб дело закрыли.
— А ты тут при чем?!
— Он знает о моем дяде и считает, что милиция и прочие все службы продаются.
— И что ты ему сказал?
— Сказал, что сомневаюсь, но попробую узнать.
— А может, он из-за бугра звонил?
Ровенский отрицательно покачал головой.
— Он откуда-то узнал, что я приложил руку к задержанию его ребят.
— Откуда он мог узнать?
Стас пожал плечами, помолчал.
— Я составил на всякий случай завещание, фирму, все ее имущество я оставляю тебе и хочу, чтоб ты знала об этом.
— Я надеюсь, что никогда этим завещанием не воспользуюсь!
Стас отвез ее домой, не проронив по дороге ни слова. Он подкатил прямо к дверям подъезда, выключил мотор.