Гленнкилл
Шрифт:
— Джош получил свое за каждый стакан и еще сверху… Не хотел бы я, чтоб меня так отметелили.
Потный хихикнул.
— Когда Хэм очнется, он все вспомнит, — пообещал Хриплый. — И все пойдет по новой!
Они замолчали. Может быть, кивнули. А потом разошлись в разные стороны. Страх, улыбаясь, изящным движением развернулся, так что его длинная шерсть коснулась ствола липы, и поспешил за ними.
Липа была очень старой. Раньше она стояла посреди деревни, и люди танцевали вокруг нее. Они приносили ей кровавые жертвы, и липа разрасталась. Она видела и волков, и волкодавов, с которыми новые господа охотились
Моппл не думал ни о тех троих, ни о мяснике. Моппл думал о Страхе. Мужчин он не видел — только запахи и голоса, пробивавшиеся к нему сквозь пышную ароматную листву. Но Страх Моппл видел, видел каждое его движение так ясно, как будто ствол старой липы был прозрачным. Страх был больше овцы и бегал на четырех ногах. Большой, сильный, хищный зверь с шелковистой шерстью и умными глазами. Моппл не испугался Страха, ведь это был не его Страх.
Запела ночная птица. Медленно наступал вечер. Моппл вспомнил об остальных овцах и перестал жевать. Как же он соскучился по своему стаду! В это время обычно кто-нибудь из овец выгрызал колтуны на его загривке — а это куда важнее вопящего мясника. Моппл не забыл дорогу, по которой шел утром в тумане, и уши у него радостно подрагивали, когда он бежал домой.
Моппл вернулся в сумерках. Он был задумчивее, чем обычно, и овцам показалось, что он похудел — он двигался уже совсем по-другому. Несколько овец с радостным блеянием побежали ему навстречу. Только за время его отсутствия им стало ясно, как они его любят. От него хорошо пахло — так пахнет абсолютно здоровый баран с роскошной шерстью. А еще он знал множество историй. Они забросали его вопросами, но Моппл молчал. Такого они за ним еще не замечали. Они стали подозревать, что Моппл просто забыл, что с ним произошло. Но произнести это вслух никто не решился. Моппл прижался к Зоре, и Зора дружелюбно начала обгрызать у него шерсть на загривке.
Стемнело. Но овцы не ушли в сарай. Они ждали Мисс Мапл. А Мисс Мапл все не приходила. Только когда круглая луна уже сияла в высоком небе, со стороны поля показалась маленькая овечья фигурка. Впереди бежала длинная тонкая тень. Это была Мапл. Она выглядела очень уставшей. Клауд дружелюбно лизнула ее в морду.
— В сарай, — выдохнула Мапл.
В сарае все овцы сгрудились вокруг нее. Сквозь узкие щели пробивался лунный свет. Мисс Мапл прильнула к Клауд, устраиваясь поудобнее.
— Где ты была? — нетерпеливо спросила Хайде.
— Проводила расследование, — ответила Мисс Мапл. Овцы знали, что такое расследование, это слово было из детективных романов. Во время расследования детектив сует свой нос в чужие дела и попадает в разные переделки.
Мисс Мапл рассказала, как она добиралась до дома Джорджа, как в центре деревни ее чуть не сшибла машина и как большой рыжий пес преследовал ее. Потом она спряталась под кустом дрока у дома Джорджа и подслушала через раскрытое окно все, что говорилось
— И тебе совсем не было страшно? — спросила Хайде.
— Было, конечно, — призналась Мисс Мапл. — Даже очень. Я потому так и задержалась, что боялась вылезти из кустов. Но я много чего услышала.
— А мне бы страшно не было! — заявила Хайде, косясь в сторону Отелло.
Но всех больше интересовало, что же услышала Мисс Мапл.
Мисс Мапл рассказала, что после полудня к Кейт приходило очень много людей. Маленькими группами или поодиночке. И все говорили одно и то же. Что это ужасно. Что это страшное несчастье. Что Кейт теперь должна быть сильной. Кейт почти не отвечала, только «да», «нет» и «ах», и сморкалась в большой платок. Но потом — уже поздним вечером — пришла Лили. Тут Кейт перестала реветь. «Как ты смеешь!» — закричала она. «Я только хотела сказать тебе, что мне очень жаль», — оправдывалась Лили. «Тебе он, во всяком случае, не достался», — прошипела Кейт и захлопнула дверь перед носом Лили.
— Как злая кошка, — сказала Мисс Мапл. — Точь-в-точь, как злая кошка.
Овцы не удивились. Памелы в романах тоже часто вели себя непонятно и злобно. И вскоре интерес к истории, которая так впечатлила Мисс Мапл, пропал. В конце концов, у них есть заботы поважнее.
— А у вас был удачный день? — со вздохом спросила Мисс Мапл. Она обиделась, заметив, что ее приключения никого больше не интересуют. Морды у овец вытянулись. Они рассказали, что с ними произошло.
— У него был открыт один глаз, — сказала Лейн.
— Мясник лежал на берегу, — добавила Мод.
— А Моппл все время молчит, — ввернула Хайде и сердито посмотрела на Моппла.
— Он был такой плоский, — заметила Сара.
— Мы поссорились, — наябедничала Корделия.
— Сэр Ричфилд нас посчитал, — сказал Рамзес.
— Парни забрали его с собой, — выпалила Зора.
Мисс Мапл вздохнула:
— Пусть лучше Моппл расскажет.
— А Моппла не было, — сказала Корделия.
Мапл удивилась.
— И Отелло не было! — вздохнула Хайде.
Мисс Мапл вопросительно посмотрела на Отелло.
Отелло рассказал о странном саде и о Джордже, которого в ящике зарыли в землю. По стаду пробежал шепот.
— Ямы у них никакой нет, и мертвых они закапывают. В саду. Ну, в общем, это похоже скорее на сад, не на огород, а на сад, и очень аккуратный. И знаете, как этот сад называется? — Отелло обвел всех блестящими глазами. — Сад называется «Божья нива»!
Овцы растерянно посмотрели друг на друга. Сад, в котором сеют мертвых!
— Это он, — пробормотал Ричфилд. Мапл посмотрела на него с беспокойством. Баран выглядел совсем старым, гораздо старше, чем обычно, и казалось, что его винтообразные рога слишком тяжелы для его головы.
— Но не очень-то они опечалились, эти люди, — продолжал Отелло. — Взволнованны были — да, но не огорчены. Нервничали. Черные и болтливые, как вороны, а мы знаем, чем питаются вороны.
Овцы кивнули.
— Мясника там не было, и они всё удивлялись почему. Теперь уже удивляться не будут.
Отелло фыркнул.
— А остальные все были: и Кейт, и Лили с Габриэлем, и Том, и Бесс, и Длинноносый… И еще многие, которых мы не знаем. Тощего мужчину, который приходил к Джорджу с теми тремя, зовут Джош Бакстер. Он трактирщик.