Глотка
Шрифт:
Но когда они поднялись в воздух, Пинкел увидел – представил, что увидел, как ему посоветовали утверждать впоследствии, – нечто, показавшееся ему странным. Примерно в километре от Лэнг Во расположилось другое племя ярдов под командованием человека кавказского происхождения. Что они там делали? Кто это был? Второго офицера, приписанного к Лэнг Во, просто-напросто не существовало. К тому же в маленьком лагере просто не могло быть такого количества вьетнамцев. Увидев вертолет, ярды и их командир предпочли спрятаться.
Пинкел сделал приписку к своему бездарному рапорту.
На следующий день, после
Флетчер Немон из Риденауэра, штат Флорида высказывал предположение, что белый офицер, которого видел с вертолета Фрэнсис Пинкел, был не кто иной, как Франклин Бачелор. Фрэнсис Пинкел и сенатор Клей Берман высказали подобное предположение по возвращении в Вашингтон. Они считали, что Бачелор спустился из своего убежища в горах на подмогу Рэнсому, зная, что тому грозит опасность. Но как мог Бачелор знать то, чего не знали остальные? А если знал, то почему не предупредил командование, как делал во всех других случаях?
В результате, как сказал Пинкел тому самому бармену, в «Шейдоу мастерс» пришли к неблагоприятным выводам относительно происшедшего в Лэнг Во и приказали исключить упоминания об этом из военных сводок. Все, кто погиб в Лэнг Во, считались погибшими при нападении на Лэнг Вей. Пинкела и Бермана призвали молчать во имя национальной безопасности.
Письмо заканчивалось выражением надежды на то, что эта информация заинтересует меня. Конечно, это могла быть всего-навсего история, рассказанная в баре, но если Пинкел видел тогда в джунглях не Бачелора – то кого же?
Я действительно очень заинтересовался этим сообщением. Ведь это было последнее звено в цепи доказательств, ставившее все на свои места. Чтобы скрыть предательство одного из своих любимчиков, армейские чины сфабриковали историю, которую считают правдой до сих пор.
Я ответил своему корреспонденту в Риденауэре, но очень скоро мое письмо вернулась с припиской, что адресата с таким именем во Флориде не существует. Только тогда мне пришло в голову, что фамилия Немон – прочитанное наоборот слово «номен» – никто. Это, однако, нисколько не поколебало моей уверенности в достоверности сообщенных им фактов. Мистер «Немон» принял разумные меры предосторожности, и от этого я только уважаю его еще больше.
11
Франклин Бачелор снова исчез. На этот раз поговаривали, что в Северном Вьетнаме, но и эти слухи также были ложными.
В семьдесят первом году патруль морских десантников в демилитаризованной зоне наткнулся на остатки давно разбомбленного лагеря, буквально усыпанного трупами вьетнамцев. Среди этих тел был обнаружен труп белого мужчины неопределенного возраста. Франклин Бачелор встретил наконец – хотя и слишком поздно – долго гонявшуюся за ним смерть. Останки его были серьезно повреждены шакалами и стервятниками. После безуспешных попыток отыскать его родственников Бачелор был похоронен за счет армии в могиле без имени – появившись ниоткуда, он исчез так же безвестно.
Несмотря на все странности в деле Франклина Бачелора, самое странное было то, что такого человека вообще не существовало. Он был одним из тех, кто идет в
* * *
На этом месте я закрыл книгу и вернулся к своей работе.
Часть девятая
В царстве богов
1
Рэнсомы появились в начале двенадцатого. Они попали на сеанс из двух фильмов – «Двойное проклятие» и «Целуй меня до смерти», а потом зашли к «Джимми» выпить. Пожалуй, я впервые увидел их расслабившимися в обществе друг друга.
– Итак, ты наконец вернулся, – сказал, увидев меня, Джон. – И что же ты делал весь день? Ходил по магазинам?
– Так ты провел весь день в магазинах? – Ральф тяжело плюхнулся рядом со мной на диван. Марджори присела рядом.
– Я встречался и разговаривал кое с кем, – сказал я, перехватывая взгляд Джона. Мне надо было как-то дать ему понять, что я хочу, чтобы он остался со мной, после того, как его родители уйдут спать.
– Предоставь это дело копам, – сказал Ральф. – В конце концов им платят за это деньги. Тебе надо было пойти с нами в кино.
– Честно говоря, – сказала Марджори. – Я не знаю, почему мы досидели до конца.
– Эй! – воскликнул Ральф. – Ты ведь собирался проверить, живет ли еще в отеле старина Гленрой?
– Разве? – удивился Джон.
– Я имел с ним долгую беседу.
– И как поживает старина Гленрой?
– Очень занят – собирается во Францию.
– Зачем? – это явно не укладывалось у Ральфа в голове.
– Он должен играть на джазовом фестивале и записывать пластинку.
– Бедный старик, – Ральф покачал головой, представив себе, как Гленрой Брейкстоун играет перед французами. Потом глаза его вдруг загорелись, и он ткнул в меня указательным пальцем. – Гленрой рассказывал тебе, как представил меня однажды Луи Армстронгу? Это было замечательно! Знаешь, он ведь довольно маленького роста. Не выше самого Гленроя.
Я покачал головой, и Ральф разочарованно махнул рукой.
– Ральф, – сказала Марджори. – Уже поздно, а мы завтра уезжаем.
– Вы уезжаете? – удивился я.
– Да, – кивнул головой Джон.
– Мы решили, что уже сделали здесь все, что могли, – объяснил Ральф. – И нет смысла продолжать стеснять Джона.
Так вот почему они смогли наконец расслабиться в обществе сына.
– Ральф, – снова сказала Марджори и подергала мужа за рукав.
Они встали.
– Ну хорошо, ребята, – сказал Ральф и снова посмотрел на меня. – Знаешь, наверное, все это пустая трата времени. Я если и уволил кого-то, то только одного человека. Этим всегда занимался Боб Бандольер.