Глотка
Шрифт:
– Спасибо, – сказал я. Женщина тут же села в машину и вставила ключ в замок зажигания. Я отошел назад, и секунду спустя «хонда» была уже в другом конце улицы.
Понедельник, десятое июня – тот день, когда в номере двести восемнадцать отеля «Сент Элвин» была зверски избита и ранена Эйприл Рэнсом.
Я сел в «понтиак» и поехал в Пигтаун.
11
Седьмая южная улица начиналась от Ливермор-авеню и тянулась кварталов на двадцать к западу. Вдоль улицы стояли в основном скромные двухэтажные бетонные
Дом номер семнадцать стоял в первом квартале справа от Ливермор-авеню, на таком же месте, как и наш бывший дом – пятым от угла. Темно-зеленая краска кое-ще успела облупиться, а в остальных местах потрескаться. Оставив машину незапертой, я поднялся по ступенькам. Пожилая парочка на соседнем крыльце внимательно разглядывала меня поверх своих газет.
Я нажал на кнопку звонка. Первая дверь была обтянута проволочной сеткой, за ней виднелась другая, деревянная. Изнутри дома не доносилось ни звука. Я снова нажал на звонок, потом постучал, затем открыл первую дверь и стал барабанить кулаком по деревянной обшивке второй. Ничего.
– Эй, кто-нибудь есть дома? – заорал я.
– Никого нет, – донесся до меня чей-то голос.
Старик на соседнем крыльце сложил газету у себя на коленях, и теперь он и его жена смотрели на меня безо всякого выражения.
– Вы не знаете, когда вернутся хозяева? – спросил я.
– Вам дали неправильный адрес, – сказал старик. Жена его кивнула.
– Это правильный адрес, – заверил их я. – Вы не знаете людей, которые тут живут?
– Что ж, если вы считаете, что попали, куда нужно, продолжайте орать и стучать.
Я подошел к порогу. Старик и его жена были сейчас примерно в пятнадцати футах от меня. На нем была старая клетчатая рубашка, застегнутая на все пуговицы.
– Вы хотите сказать, что здесь никто не живет?
– Можно сказать и так, – женщина снова кивнула, подтверждая слова мужа.
– Дом пустует?
– Нет. Не думаю, что там пусто.
– Никого нет дома, мистер, – сказала женщина. – Никого никогда нет дома.
Я удивленно поглядел на стариков. Что за головоломка? Дом не пустует, но никого никогда нет дома.
– Могу я подойти и поговорить с вами?
Старик удивленно взглянул на жену.
– Смотря кто вы и о чем собираетесь говорить.
Я назвал свое имя, и на лице старика появилось напряженное выражение – имя казалось ему смутно знакомым.
– Я вырос здесь за углом, на шестой улице. Эл Андерхилл был моим отцом.
– Так вы – мальчик Эла Андерхилла? Тогда проходите.
Когда поднялся на порог, старик встал и протянул мне руку.
– Фрэнк Белнап. Это Ханна – моя жена. Я немного знал вашего отца. Я тридцать
Я сказал, что все в порядке, и прислонился к перилам.
– Как насчет стаканчика лимонада? Эти чертовы политики испортили даже погоду – теперь в июне здесь стоит настоящий август.
Я поблагодарил старика, и Ханна встала, чтобы принести мне лимонад.
– Если ваш отец еще жив, скажите ему – пусть зайдет как-нибудь. Вспомним старые времена. Я никогда не был членом компании из «Часов досуга», но с удовольствием повидаюсь со стариной Элом. – Фрэнк Белнап проработал всю жизнь в шумном фабричном цеху, а теперь вынужден проводить целые дни, сидя на крылечке рядом с женой.
Я сказал, что мой отец умер несколько лет назад. Фрэнк выглядел разочарованным.
– Почти все из этой компании умерли, – сказал он. – Так что же привело тебя в соседний дом?
– Я ищу мужчину, который жил там когда-то.
Ханна вернулась с зеленым пластиковым подносом, на котором стояли три высоких стакана с лимонадом и льдом. Мне показалось, что она хотела подслушать, зачем я сюда пришел. Я взял стакан и сделал большой глоток. Лимонад был холодным и сладким.
– Там жил Думки, – сказала она, передавая поднос мужу.
– Да, Думки, с детьми и двумя братьями.
– Но Думки снимал это жилье, – Ханна снова уселась на свое место. – Вам нравится лимонад?
– Да, он очень хорош.
– Я делаю кувшин каждое утро и держу его весь день в холодильнике.
– Так вам нужен один из Думки? – переспросил старик.
– Я ищу человека, владевшего этим домом. Боба Бандольера. Вы помните его?
Склонив голову набок, Фрэнк внимательно меня разглядывал. Затем, сделав большой глоток лимонада, он немного подержал его во рту, прежде чем проглотить. Он явно не собирался ничего говорить, пока я не дам ему больше информации.
– Бандольер был менеджером в отеле «Сент Элвин» довольно долгое время.
– Да?
Я понимал, что пока не сообщил ему ничего нового.
– Мой отец тоже работал там какое-то время.
Повернув голову, Фрэнк взглянул на жену.
– Эл Андерхилл работал в отеле «Сент Элвин» и знал мистера Бандольера.
– Да, да. Конечно, он должен был его знать.
– Это наверняка было до того, как Эл пришел на фабрику, – сказал Фрэнк, обращаясь ко мне.
– Да. Так вы не знаете, где я мог бы найти Бандольера?
– Не могу вам сказать. Мистер Бандольер не слишком любил разговаривать с соседями.
– Думки снял меблированный дом, – сказала Ханна.
– Значит, мистер Бандольер выехал, оставив всю свою мебель?
– Так он и сделал, – подтвердил Фрэнк. – Мы с Ханной были в это время в отпуске. Это было много лет назад. Кажется, в семьдесят втором. Да, Ханна?
Ханна кивнула.
– Мы как раз приехали из загородного домика и обнаружили здесь семейство Думки. Они тоже были не слишком общительными, но куда общительнее мистера Бандольера. Тот вообще никогда с нами не разговаривал. Этот человек словно смотрел сквозь тебя.