Шрифт:
Из дверей парадного подъезда одного значительного особняка вышел мужчина лет пятидесяти, в старой, но опрятной коричневой ливрее. Утро было холодным, дул сильный ветер, пробиравший до костей.
«Ох уж эта госпожа! Понадобилось ей в такой день посылать к портному за платьем. Ветер-то вон какой, да того и гляди дождь пойдёт. Говорит, с господином графом ей не страшно, а вчера чуть в обморок при
Рихард сел в небольшую обитую кожей коляску и отправился в город, который был всего в нескольких милях от особняка.
Тем временем в консервативно обставленной столовой за длинным столом завтракали граф Артур и хозяйка дома. По их виду сразу можно было понять, что друг другу они были совершенно чужими и никакие отношения их не связывали. Граф Артур остановился у неё сначала лишь на ночь, так как был большим другом покойного барона и прежде пару раз гостил у него, однако потом остался, узнав о странных событиях в этом доме. Поручение, данное ему по службе, он выполнил, и у него было время заняться другими делами.
– Прошу прощения за тот нелепый случай прошлым вечером, – сказала Софи фон Рейзер.
– Ну что вы, – сказал граф Артур, – вчера вы сильно устали после верховой прогулки. Я ни в чём не могу вас упрекать.
– О нет, – сказала она, – я действительно его видела, он грозил мне пальцем из угла.
– Что же, не могли бы вы описать мне его? – попросил граф.
– О да! Он был ростом с вашу шпагу, в старинном камзоле, чёрном парике, с такой противной улыбкой. Понимаю, вам трудно мне поверить, но прошу, не отворачивайтесь от меня, как это делают другие, прошу вас, помогите!
– Я верю вам, но, к сожалению, не знаю, как помочь, не могли бы вы рассказать мне о ваших
– Видите ли, господин Артур, ещё когда я девочкой приезжала сюда, мне иногда казалось, что в моей комнате кто-то есть. Взрослые мне не верили, а сверстники смеялись надо мной. Порой я слышала его голос и даже видела тень в углу, которая тут же исчезала. Я не могла спать, я убегала из дома и пряталась в саду или на конюшне. У меня было страшное детство! Ко мне приставили кучу нянек и врачей, но всё прекратилось лишь, когда мы уехали. Проведя девять лет в пансионе, я вернулась сюда, и всё началось снова. Теперь он стал не только говорить со мной, но и являться мне. Я думала, что сойду с ума! Отец выручил меня, наняв квартиру в городе, но недавно он умер, и мне пришлось переехать сюда, так как у отца было много долгов, и практически всё его состояние ушло на их погашение. Сейчас я опять схожу с ума, я хочу продать этот особняк, хоть он и дорог мне как память о моих умерших родителях. Понимаю, мне трудно поверить, да и зачем я вам всё это говорю, никто никогда не хотел меня слушать.
– Я понимаю вас, и я верю вам. Думаю, что в вашем случае необходимо разобраться. Позвольте вас спросить, хоть это, должно быть, вам и неприятно, где и в какое примерно время вы видели его?
– Как правило, поздним вечером в коридоре или в своей комнате, а однажды он даже пытался схватить меня за руку, но я вырвалась и убежала. С тех пор я боюсь оставаться одна, у моей двери каждую ночь дежурит либо горничная, либо Рихард.
– Вы знаете здесь всё? – поинтересовался граф Артур.
– Честно говоря, я не была во многих помещениях этого дома, – покраснев, сказала баронесса фон Рейзер.
– Я думаю, что нам надо вместе обойти весь дом, от подвала до чердака, и узнать, где прячется этот надоедливый сморчок. Уверен, что у него есть свои апартаменты, иначе где б ему жить? Надо избавить Вас от страха перед ним.
– Слава Богу, вы согласились мне помочь, я предоставляю вам полную свободу действий в моём доме, – радостно воскликнула баронесса.
– Нет, нет, – возразил ей граф, – гнома будем искать вместе, кроме того, оставаться в одиночестве вам не безопасно. Мне надо знать историю и устройство вашего особняка, да и вам не помешает познакомиться с домом поближе.
– Я не знаю, стоит ли мне ворошить старые воспоминания, – начала было Софи.
Конец ознакомительного фрагмента.