Год девственников
Шрифт:
– Ты никогда не любил меня, ведь так? Никогда меня не любил.
Дон сделал усилие, пытаясь произнести хоть слово, но это оказалось невозможно. Он нащупал рукой таблетки, лежавшие на столике возле кровати.
Тогда Уинифред сильным ударом опрокинула столик. Таблетки и микстура почти без шума повалились на ковер.
– Ты умираешь в муках, правда? Ну вот и пострадай сам, раз ты заставил меня так страдать. Да, заставил меня страдать. – Дон как будто хотел возразить ей. – Мне сказали, у тебя есть дочь. Так вот, она незаконнорожденная, так и знай. Незаконнорожденная. И она не твоя. Она от Джо,
Она опять опустила взгляд на сына. Глаза Дона были закрыты, руки безвольно лежали по обе стороны. Уинифред отпрянула от кровати, посмотрела на перекошенное тело Стивена и вышла из комнаты.
Когда она пересекала залу, зазвонил телефон. Как ни в чем не бывало она подняла трубку и спокойно сказала:
– Да?
Голос на другом конце провода спросил:
– Могу я поговорить с мистером Кулсоном?
– Он… он сейчас не может подойти.
– Это очень важно. Не могли бы вы позвать его или кого-нибудь из домашних? А кто говорит?
Она помолчала, а потом ответила:
– Это горничная.
– Попытайтесь найти кого-нибудь из хозяев. Скажите им, что миссис Кулсон сбежала. Мы не знаем куда и как. Ее нет в окрестностях, поэтому надо быть настороже. Вы передадите?
– Да, сейчас же.
Она повесила трубку, с минуту подержала руку на телефонном аппарате. Взглянув на эту трубку, она заскрежетала зубами, вытянула губы, словно в рычании, и повторила:
– Да, сейчас же.
Через залу она тихо вышла в коридор, ведущий на кухню, и остановилась возле комнаты Мэгги. Очень тихо повернула ручку двери. В гостиной было темно, но из спальни просачивался свет и доносился звук голосов. Она приблизилась к приоткрытой двери и сквозь щелку увидела в постели своего мужа и экономку.
Уинифред всегда была легкой на подъем. Но прыжок, который она совершила сейчас, можно было сравнить только с прыжком пантеры. Любовники вскрикнули при виде ужасного привидения над ними. Но было слишком поздно. Удар пришелся Дэниелу по голове. Он почувствовал, как будто ему разорвали ухо. Пытаясь подняться с кровати, он протянул руки к жене, но она ударила его по рукам, не переставая выкрикивать непристойности. Мэгги спрыгнула на пол и, крича, побежала к двери. Удар по шее остановил ее.
Вернувшись к своей главной цели, Уинифред набросилась на Дэниела, который отбивался от нее, лежа на кровати. Его обнаженное тело наклонилось вперед, одной рукой он закрывал окровавленное лицо, другая безжизненно повисла сбоку.
Когда Уинифред двинулась на него, он отнял руку от лица и вцепился жене в шею. Но тут она пустила в ход ноги и колени, и Дэниел съежился на кровати. Она колотила его пропитавшимся кровью поленом, пока он не затих. Грудь ее вздымалась. Стоя над мужем, она перевернула его на спину и скривила губы при виде его наготы. Снова подняв полено,
Она дико оглянулась вокруг себя, как будто искала, куда можно убежать. Секундой позже она уже бежала по гостиной Мэгги, захлопнув за собой дверь, словно желая скрыть содеянное.
Через кухню она выскочила на улицу тем же путем, каким проникла в дом…
Стивен полулежал на нижней ступеньке. Он прекратил звать отца и теперь кричал: „Пэгги! Пэгги!" Затем он переключился на Мэгги. Мысли его путались, но имя Мэгги заставило его подняться с лестницы и, поминутно спотыкаясь, зигзагами отправиться на кухню. Там он склонился над столом, все еще продолжая звать Мэгги. Лицо его было в слезах.
Он хотел было сесть на стул, но остановился. Где папа? Мэгги должна знать.
Стивен вышел из кухни в темный коридор. Тусклый свет сочился из комнаты Мэгги.
– Мэгги, где папа? Мэгги…
Стивен остановился в дверях и уставился на обнаженное, истекающее кровью тело отца и скрюченное тело Мэгги. Он не сделал и шага в их сторону. С губ его сорвался звук, похожий на крик загнанного зверя. Еле волоча ноги, он вышел в холл.
Сейчас Стивену казалось, что если он побежит на чердак и станет будить спящую всегда очень крепким сном Пэгги, то будет уже слишком поздно, чтобы помочь всем. Рядом с собой он заметил телефон. Но он не знал ни одного номера, он никогда и не пробовал кому-либо звонить. Вдруг откуда-то Стивен вспомнил приключенческую историю из передачи „Детский час", где умный мальчик поймал вора, набрав по телефону цифру 9"
Стивен взял трубку в руки. Дрожащим пальцем повернул диск и тоже набрал девятку. Но ничего не случилось. Никто не ответил.
Было ли там „9", спрашивал он себя. Или надо набрать две, а то и три девятки? Он снова взялся за диск и набрал вторую девятку, но все равно ничего не услышал. Почти сердито он схватился за диск в третий раз. Последовала тишина, и наконец мужской голос спросил:
– Чем могу вам помочь?
Отодвинув трубку от лица, Стивен закричал:
– Пусть кто-нибудь приедет. Моя мама была здесь.
Голос сказал:
– Пожалуйста, говорите громче. Чем могу вам помочь?
Стивен поднес трубку ближе ко рту и заорал:
– Мама была здесь. Она их всех убила.
– Скажите мне ваш адрес. Стивен ответил не сразу:
– Усадьба „Усталый лист".
– „Усталый лист"? – переспросил голос. – А где это? По какой дороге?
– Феллбурн.
– Да, но по какой дороге?
– Тут Тэлфорд-роад проходит снизу.
– „Усталый лист", Тэлфорд-роад, – повторил голос. – Не беспокойтесь. Кто-нибудь приедет к вам очень скоро.
Стивен сел на нижнюю ступеньку и уставился на входную дверь. Он знал, что ему придется открыть ее, чтобы впустить их. Но ведь тогда мама может войти снова…
Казалось, он просидел здесь очень долго, хотя на самом деле прошло лишь десять минут, прежде чем он услышал, как к дому подъезжает машина. Но он не пошевелился до тех пор, пока в дверь не постучали.
На пороге стояли двое полицейских. Увидев их, Стивен попятился. Они посмотрели на его перепачканные кровью лицо, руки, и тот, что был повыше, спросил: