Год обезьяны
Шрифт:
Днем удалось познакомиться с двумя молодыми женщинами, которые торопились на работу, во вторую смену в больнице, и пообещали вечером перезвонить. Огорченный постоянными неудачами, Валера предложил вернуться в отель и поискать спутниц в гостиничном кафе.
— Нарвемся на проституток, — возразил Муслим.
— Если увидим, что их интересуют только деньги, сразу уйдем. Зачем нам такие дамочки? Их можно найти везде, где угодно, — парировал Валера.
Спустя много лет Муслим с улыбкой вспоминал их поиски.
В гостиничном кафе почти никого не было. Они уселись в углу и заказали себе две чашечки кофе. За столиками сидели только две парочки. В углу ужинали несколько иностранцев.
— Нужно куда-нибудь уехать, — предложил Муслим, — и сдать этот «люкс». Зачем мы за него столько платим? Глупо…
— Первый раз в жизни у меня такой облом, — горячился Валера, — когда нужно срочно найти подходящих телок. Так обидно, ты себе не представляешь. Потом два года будем в армии вспоминать о нашем идиотизме.
— Можно подумать, мы идем на службу солдатами, — возразил Муслим, — мы же будем офицерами. У нас наверняка останется больше свободного времени. И вообще не нужно так переживать. Если даже ни с кем не сможем познакомиться. Зато мы с тобой проведем целых три дня и три ночи в таком роскошном «люксе».
— Зачем нам такой «люкс» вдвоем? — разозлился Валера.
В кафе вошла незнакомая женщина, которая прошла к стойке бара и попросила чашку кофе. Она была в строгом сером костюме. В руках была достаточно дорогая сумочка.
— Посмотри, какая красивая женщина, — восхищенно сказал Валера, показывая на незнакомку, — но явно не наш контингент. Такую даму «люксом» не удивишь.
Муслим оглянулся. Увидел женщину, чуть повернувшую голову. Отметил ее стройную фигуру, дорогой наряд.
— Очень красивая женщина, — согласился он, — но ей лет сорок или чуть меньше. Тебе нравятся такие женщины?
— Мне нравятся все красивые женщины, — отмахнулся Валера, — но ты прав, она намного старше. Хотя я бы прямо сейчас начал за ней ухаживать. Ой, посмотри. Кажется, здесь появился уже наш контингент.
В кафе вошли, неловко оглядываясь, две молодые девушки. Им было не больше двадцати. Они смущенно переглядывались, не решаясь войти. Ясно, что вошли сюда впервые. Одна была высокого роста, с несколько тяжеловатым подбородком и длинными каштановыми волосами, заплетенными в косички. Вторая оказалась чуть ниже среднего роста, блондинка с красивым, словно кукольным лицом.
Девушки прошли к соседнему столику и попросили официанта принести им две порции салата и лимонад. Валера торжествующе улыбнулся.
— Они, наверно, провинциалки,
И в этот момент в кафе вошли трое парней. Они явно были навеселе, успев уже где-то принять явно завышенные дозы алкоголя. Двое были достаточно плотными, сильными, коротко остриженными парнями лет двадцати, третий — чуть моложе, высокий и худой, с выпирающим кадыком и лохматыми волосами. Но именно этот казался самым агрессивным и наглым. Сначала они подошли к стойке бара и попросили пива. Самый молодой, увидев стоявшую женщину, хотел пошутить.
— Ой, какая красавица… — начал он.
Женщина повернулась и взглянула на него. От неожиданности он икнул и замолчал. Понял, что с такими дамами нельзя шутить. И вообще нельзя ничего говорить. Тогда, взяв пива и решив каким-то образом выплеснуть свое недовольство, он обратил внимание на двух девочек, сидевших за столом. Наметанным глазом он тоже уловил, что они провинциалки. И поэтому решительно отправился к ним. Оба его подельника пошли следом.
— Здравствуйте, девочки! — громко заявил он, подходя к столику. — Здесь свободно?
— Занято, — сказала высокая подруга, положив свою сумку на свободный стул.
— А я думаю, что свободно. — Он отпихнул сумку и плюхнулся рядом с ней. Остальные уселись напротив.
— Вы откуда приехали, девочки? — спросил этот тип. — Вы, наверно, не местные?
— Мы не хотим с вами разговаривать, — возмутилась вторая, — уйдите, пожалуйста.
— Не нужно так дергаться, — громко попросил наглец. — Вам, наверно, здесь скучно. Давайте поедем с нами. Мы как раз едем на дачу. Будет весело…
— Никуда мы с вами не поедем, — возразила первая с косичками. — И вообще уйдите. Мы хотим поесть.
— Ты нас не гони, — разозлился вожак, — ты кто такая? Это твой личный ресторан? Или твое кафе? Может, это твоя гостиница? И вообще сиди смирно. Или я тебе не нравлюсь? А хочешь, я тебя поцелую?
— Уйди, — крикнула девушка, — я не хочу с тобой сидеть. Пусти меня, мы уходим.
— Какая скотина! — громко сказала женщина, стоявшая у стойки. — Может, вы вызовете милицию? — предложила она бармену. Тот быстро кивнул и схватил трубку телефона.
Муслим поднялся первым. Он видел слезы на глазах обеих перепуганных девушек. И этого было вполне достаточно, чтобы вмешаться…
— Не стоит связываться, — попросил Валера, дергая его за рукав. — Это не наше дело. Пусть сами разбираются.
— Подожди. — Муслим подошел к столику, за которым сидела вся компания. — Ребята, — негромко произнес он, — не нужно так себя вести. Это некрасиво.
— Ты кто такой? — удивился вожак. — Еще какой-то чурка будет здесь в Питере командовать и указывать нам, как себя вести. Пошел отсюда, придурок.