Годы
Шрифт:
Полковой комиссар не пожелал.
Прошло около часа, игра стала азартнее. Уже играли не по рублики, а по трояку, по пятёрке и более. Вновь открылась дверь купе, и… играющих стало пятеро!
— Ладно, вспомним молодые годы…
Новый партнёр сперва выдерживал характер, а потом стал бить по банку. Куча денег росла, одни выигрывали, другие проигрывали. К двум часам ночи полковой комиссар поставил… часы и проиграл. Я тоже проигрался, даже месячное жалование вперёд…
— Все мы люди-человеки! — изрёк Бернштейн с ехидцей, прекращая игру, и положил в карман трофей-часы. Он был везучий. При своих оставался только техник-лейтенант Шилин, который
Перед Воронежем Бернштейн выдал мне сто рублей «на мелкие расходы». А полковому комиссару вернул часы и пятьдесят рублей «на трамвай».
1.3
Управление кадров Юго-Западного направления
В Управлении кадров Юго-Западного направления имелось специальное подразделение — Резерв командного состава. В него входил постоянный (обслуживающий) состав и переменный состав, состоящий из командиров ждущих своего назначения на должность. В этом резерве оказалась и наша четвёрка, но уже раздельно, в зависимости от воинской специальности и служебного положения.
Так распалась наша временная, но дружная и весёлая, немного беспечная, компания.
Я пробыл в резерве не более недели. Один раз был старшим группы по проверки паспортного режима в городе. Разок побывал в Доме Красной Армии, куда прошёл с партнёршей по танцам, стоявшей у входа в ДКА и напросившейся в партнёрши. Хотя я и сказал ей, что не танцую.
Через неделю управление кадров включило меня в группу командиров, командируемых в распоряжение Главнокомандующего Юго-Западным Направлением Маршала Советского Союза С. К. Тимошенко, находившегося с передовой группой управления в городе Сватово. Это было уже поближе к фронту!
Старшим группы назначили полковника Глобина, бывшего преподавателя кафедры тыла одной из академий. В группы, кроме меня, вошли ещё два командира. Майор из запаса Потапенко, бывший инженер Днепропетровского трубопрокатного завода, и капитан Меняйло, бывший агроном.
Майор Потапенко, капитан Меняйло и я быстро нашли общий язык. Потапенко, небольшого роста и с землистым цветом лица, был тёртым калачом, много рассказывал о разных интересных разностях. Меняйло любил петь украинские песни, чаще всего пел «Думы, мои думы» Т. Г. Шевченко.
Полковник Глобин, хотя и не чуждался своих спутников, но был не нашего поля ягодой и по своему возрасту, и по своему положению, и по кругу интересов. Общего разговора у нас с ним не получалось.
А ещё в нами в Сватово ехал подполковник… Его фамилия… Сейчас не помню. Почему-то его фамилию я забываю именно тогда, когда она мне необходима.
1.4
Сватово. Порученец при маршале Тимошенко
Сватово — небольшой и тихий украинский городок. В нём было обилие снега, но люди на улицах почти не встречались. В центре Сватово, у самой базарной площади, в середине которой раскинулись приземистые, дореволюционной постройки, купеческие лабазы, в двухэтажной школе помещалась группа управления при Главнокомандующем Юго-Западного Направления. По утрам, почти каждый день, можно было видеть маршала Тимошенко и Члена Военного Совета Н. С. Хрущёва, гуляющими у школы перед тем как засесть за работу. Иногда к ним присоединялся начальник оперативного управления генерал-майор Баграмян М. Х.
18 января 1942 года войска смежных флангов Юго-Западного и Юго-Восточного фронтов, под руководством маршала Тимошенко перешла в наступление с целью нанести удар в направлении
Маршал Тимошенко, как об этом поведал пока безработным порученцам, авиационный командир из группы управления, несколько раз в день справлялся о данных авиационной разведки. Его интересовал важнейший вопрос о том, не заметили ли авиаразведчики колонны противника, двигающиеся с фронта в сторону Днепра? Главнокомандующий ждал общего отхода противника за Днепр, но так и не дождался. Действия наших войск сковывались упорно сопротивляющимися немцами, и борьба приобрела затяжной характер. Так что первоначальный успех не получил своего развития и в дальнейшем наши войска имели лишь частичные успехи.
Откровенно говоря, мы не представляли себе своё положение в Сватово. Хотя я и слышал от работников управления кадров, что всех нас направят в распоряжение Главнокомандующего для выполнения его поручений, но поручений мы так и не дождались. Весьма возможно потому, что планируемые задачи войсками не были выполнены, и порученцам нечего было поручать.
После полумесячного безделья, мы были вызваны в штаб к Маршалу. Спросив меня, кем и где я работал до госпиталя, он сказал:
— Такому молодому здесь делать нечего, пойдёте воевать!
— Разве я сюда напрашивался? — удивился я, про себя, конечно.
Полковник Глобин получил назначение на должность начальника штаба тыла одной из армий и уехал. Меня, майора Потапенко и капитана Меняйло направили в штаб 57 армии. Как нас информировали, штаб 57-й армии собирался передислоцироваться в Барвенково. Однако отдел кадров армии пока ещё находился под Святогорском.
— Под Святогорском? — обрадовался я. — Знакомые места!
Справка
Барвенковско-Лозовская операция (18–31 января 1942)
Барвенковско-Лозовская операция (18–31 января 1942) — наступательная операция вооружённых сил СССР против войск Германии в ходе Великой Отечественной войны.
Подготовка к Барвенково-Лозовской операции началась с первых дней 1942. Операцию предполагалось проводить силами Юго-Западного и Южного фронтов. В районе Балаклея, Лозовая и Барвенково оборона противника носила не сплошной характер, а была организована в виде ряда опорных пунктов, приспособленных к ведению круговой обороны. План операции заключался в том, чтобы совместным ударом двух фронтов прорвать оборону между Балаклеей и Артёмовском, выйти в тыл донбасско-таганрогской группировки противника, оттеснить её к побережью Азовского моря и уничтожить.
Юго-Западный фронт (командующий — Ф. Я. Костенко). В него входили 6-я (А. М. Городнянский), 38-я (Д. И. Рябышев) армии и 6-й кавалерийский (А. Ф. Бычковский) корпус.
Южный фронт (командующий — Р. Я. Малиновский). В него входили 57-я (К. П. Подлас), 37-я (А. И. Лопатин), 12-я (К. А. Коротеев) и 9-я (Ф. М. Харитонов) армии, 1-й (Ф. А. Пархоменко) и 5-й (А. А. Гречко, будущий министр обороны СССР) кавалерийские корпуса.
Операция началась 18 января 1942. Две недели продолжались ожесточённые бои, в результате которых советским войскам удалось прорвать немецкую оборону на фронте протяжённостью 100 км, продвинуться в западном и юго-западном направлениях на 90—100 км и захватить плацдарм на правом берегу Северного Донца.