Голод

Вазанов Максим Викторович

— Я - чистокровный грек. Наверно, поэтому.

— Только поэтому? — ухмыльнувшись, задумался худощавый юноша.

— Может, поговорим сначала о цене? — глядя ему прямо в глаза, произнес Тео.

— Она не имеет значения, — отмахнулся его худощавый собеседник.

— Для меня имеет.

— Я не прошу за это деньги — я делаю это…

— «Из любви к искусству»? — ухмыльнулся Тео.

— О, верно подметили, — прикусив губу, кивнул юноша.

— А питаетесь манной небесной, наверно? Да? — глядя

ему прямо в глаза, произнес Теодор. — На кого вы работаете?

— А на кого работают ваши заказчики? Вы знаете? Нет? Ваши заказчики, если я не ошибаюсь — полуправительственная организация, собирающая компромат на любого… по заказу любого… нанимая любого.

— Так на кого работаете вы? — вновь повторил свой вопрос Тео.

— Я представляю интересы небольшой инициативной группы. Мы не просто занимаемся защитой природы, — задумавшись, его собеседник продолжил. — Мы пытаемся кардинально изменить существующие механизмы экологической безопасности нашей страны…

— Много слов, — резко прервав его, покачал головой Трилеев. — Как вас зовут?

— Я стану вашим бесплатным информатором только в том случае, если мое имя останется для вас неизвестным.

— Я заплачу… станете платным информатором, — сжав губы, произнес Теодор.

— Нет, — усмехнулся его собеседник. — Или я стану бесплатным информатором на своих условиях, или просто уйду. Что на это скажете?

— Хорошо, — кивнул Тео. — Поиграем по вашим правилам.

— Давайте пройдемся, — обернувшись, произнес худощавый юноша, а затем кивнул в сторону лабиринта мостиков и переходов, протянувшихся через многочисленные пруды.

Молча согласившись, Трилеев направился вслед за своим собеседником.

— Контора эта называется: «Международный центр изучения эпидемических явлений». Имеет несколько источников финансирования. Во-первых, средства из нашего государственного бюджета. Во-вторых, подачки от Всемирной Организации Здравоохранения. А в-третьих, постоянный приток средств, поступающих от трех фармацевтических концернов. Один — наш, еще один — российский, а остальные — западноевропейский.

— Такой хаос? — полюбопытствовал Тео.

— Балом там правит швейцарский концерн «Братья Дюмон». Они плотно интегрированы в коррупционные схемы. Так они превратили Боровск в «отстойник», в дешевую свалку для биологических отходов… Здесь им удается проводить в жизнь любые грязные проекты: от создания дешевых полулегальных лекарств, до разработок биологического оружия.

— Похоже на сказку, — покачал головой Тео. — Слухи…

— Вы же не видели материалы.

— Их много?

— Все, что я собрал за последние несколько лет.

— Этого мало, — отрезал Тео.

— Думаете, соберете больше? — с ухмылкой спросил юноша.

— «Больше» — не значит «лучше»… Я попытаюсь проверить эту информацию и ее источники.

—

Этот международный центр состоит из нескольких научно-исследовательских и производственных комплексов. В центре города расположены здания их административного аппарата. Там рядом расположен и Боровский медицинский колледж, который находится под их патронатом… С городской научной библиотекой и музеем эпидемий такая же история, — задумавшись, юноша продолжил. — Всякие конференции и съезды они проводят там в центре, или в колледже.

— А где проходят их исследования?

— В западной части города… Они облюбовали немецкий бункер времен войны.

— Бункер? — с сомнением переспросил Теодор.

— Целая подземная крепость, глубиной в шесть уровней, — оглянувшись по сторонам, юноша продолжил. — На уровне земли находятся заводской комплекс концерна «Братья Дюмон». Там производят фармацевтические препараты и медицинское оборудование. Там осваиваются огромные бессмысленные государственные заказы.

— А под землей?

— Уровни от минус первого до минус четвертого — лаборатории. Минус пятый — «зверинец», где содержатся животные, на которых потом проводят испытания препаратов. Минус шестой — хранилище биологических материалов… Ниже минус шестого уровня находятся «капсулы», в которых хранятся наиболее опасные образцы.

— Что с охраной?

— Чужак не сможет пробраться даже в наземный комплекс, — улыбнувшись, юноша добавил. — Но в их административные здания в центре проникнуть можно.

— Там есть что-то интересное? — с любопытством спросил Трилеев.

— Там хранится документация.

— Спешите? — наблюдая за собеседником, спросил Тео.

— Через полчаса я должен быть в другой части города.

— Где они производят захоронения «отходов»?

— Туши животных сжигают в крематории, в западной части Боровска… У них там все схвачено.

— Хорошо. Мне этого достаточно, — задумавшись, кивнул головой Теодор.

Пройдя через весь парк, собеседники вышли к оживленному перекрестку. Не произнеся больше ни слова, Трилеев направился назад. Прошло не более минуты, и Тео скрылся из виду, скрывшись в паутине аллей и узких дорожек.

* * *

— Он опаздывает… — прервав молчание, произнес парень, занятый проверкой оборудования.

— Проблемы в аэропорту, — вздохнула помогавшая ему девушка.

Дверь открылась, и сидевшие в помещении люди повернулись в сторону проема.

— Привет, Скиф, — произнес вошедший в комнату мужчина.

— Для тебя — Ростислав Александрович… Привет, Гвоздь.

Стул, на котором сидел Скиф, располагалось в углу помещения, на платформе, занятой столиком для еды. Воспользовавшись моментом, Ростислав уплетал свой неприхотливый завтрак.