Головоломка
Шрифт:
– В том-то все и дело, что он не отвечает, а дело срочное. Не дадите мне адрес компании?
– Это в Немуре, выезд шестнадцать с А-шесть, двадцать километров на юг отсюда. Компания «Рефрижерум»…
Она повторила название по буквам, и Илан решил воздержаться от дальнейших расспросов, поблагодарил и пошел назад к машине.
С телефона Хлоэ он уточнил адрес, забил его в навигатор, и механический голос сообщил, что до нужного места двадцать минут езды.
– Вперед.
Илан воспрял духом и даже хотел позвонить в полицию и назначить им свидание в Немуре, но решил, что будет правильней встретиться
Илан повернул ключ в зажигании и тут наконец вспомнил, где слышал это сочетание – «Алексис Монтень».
Так звали санитара психиатрической клиники в его сне.
Все тот же проклятый кошмар.
18
Компания «Рефрижерум» располагалась в небольшом бизнес-парке на въезде в город. Черные грузовики с логотипом компании и несколько легковых машин были припаркованы на стоянке, в центре которой располагалось одноэтажное офисное здание с высокими окнами. Илан сразу заметил у входа зеленый «мерседес» Зимлера, но никаких других следов человеческой активности не наблюдалось.
Илан остановился за автобусом и выключил двигатель.
– Останься…
Хлоэ выдернула ключ из зажигания.
– Еще чего! У тебя пушка, а я не хочу, чтобы ты вляпался в дерьмо, поэтому пойду с тобой.
Они вышли из машины и направились к зданию. В одном из окон Илан заметил чей-то силуэт: мужчина ходил по комнате и говорил по мобильному телефону.
– Это он! – воскликнул Илан торжествующе. – Ромуальд Зимлер собственной персоной.
Они прибавили шагу, в мгновение ока оказались у двери – она почему-то была открыта – и вошли. В ближайших комнатах никого не оказалось, Илан подумал, что пустовать может все здание, достал из кармана револьвер, и они пошли, ориентируясь на голос Зимлера. Седой мужчина в маленьких круглых очках как будто совсем не удивился их появлению, распрощался с собеседником, убрал телефон и примиряющим жестом выставил перед собой руки:
– Все будет хорошо, не стоит горячиться. Положите ваш револьвер.
– Ошибаетесь, все будет плохо, – зло бросил Илан. – Думаю, вы меня узнали.
– Конечно.
Пальцы у Илана дрожали – он никогда не стрелял из отцовского оружия, но не сомневался, что сможет убить, если понадобится.
Зимлер взглянул на стенные часы.
– Слава богу, вы наконец добрались, я было начал беспокоиться, – проигнорировав угрозу Илана, сказал Зимлер и улыбнулся.
19
Он выглядел совершенно спокойным.
– Было бы жаль, не успей вы вовремя. Должен признаться, что питаю к вам обоим некоторую слабость. Пара игроков – это всегда интересно. Особенно если люди становятся соперниками в игре. Добавляет остроты.
Зимлер не торопясь подтянул
– Лучше бы вы опустили оружие, господин Дедиссет, а то, не дай бог, раните кого-нибудь.
Зимлер демонстративно медленно нажал на кнопку телефона, показывая, что посетителям ничего не грозит.
– Можете зайти, Анни?
Илан заметил на письменном столе две хрустальные фигурки: лебеди, соединенные клювами и лапками.
– Вы повесили на меня убийство! – выкрикнул он в лицо Зимлеру. – Зачем? Кто вы такой? Чего добиваетесь?
Дверь за его спиной открылась, вошедшая женщина застыла на пороге, испуганно ойкнув. Илан обернулся – и решил, что у него начались глюки.
Перед ним стояла «покойница» с улицы Ренн. Анни Бокур. Живая и здоровая, одетая в элегантный серый костюм. Илан отшатнулся, онемевшая Хлоэ забилась в угол.
– Ни одно пережитое вами событие не было реальным, – сказал седовласый очкарик.
– Что может быть реальней трупа?!
Зимлер достал из ящика отвертку с оранжевой рукояткой и положил ее на стол. Отвертка была упакована в прозрачный пластиковый пакет, красные пятна отмывать не стали.
– Немножко грима, пакетики с кровью – и дело в шляпе. Так ведь, Анни?
Женщина кивнула, не сводя глаз с револьвера.
– Обычная инсценировка, – подтвердила она бесцветным голосом.
– Подобные испытания – часть нашей программы отбора игроков, – продолжил Зимлер. – Ваша реакция мне понятна, и все-таки успокойтесь, пока никто не пострадал.
Илан опустил револьвер. Он тяжело дышал, сердце колотилось, как у загнанного лисой зайца.
– Ромуальд Зимлер и Жеральд Этини – не настоящие имена. Дом, который вы видели, мне не принадлежит. Все это часть воображаемой жизни, которую мы выстроили вокруг вас. С помощью актеров – или статистов, называйте как хотите. Меня зовут Виржиль Гадес, я один из организаторов «Паранойи» и буду заниматься предстоящей партией, которая начинается прямо сейчас и обещает стать крайне увлекательной. – Он повернулся к секретарше. – Полагаю, мы можем отпустить Анни… Вы ее очень напугали.
Илан – он все еще не пришел в себя – нерешительно кивнул, женщина отступила назад, закрыла за собой дверь, и он прислонился к стене, чувствуя, что разваливается на куски.
– Полицейский-альбинос… Охранник с собакой… Они были просто…
– Пешками, – кивнул Гадес. – Как и большинство тех, кого вы встретили на психологическом тестировании. Можно назвать их статистами. Как вы уже наверняка поняли, наша организация располагает колоссальными техническими и финансовыми возможностями.
Илан и Хлоэ переглянулись, и он снова нацелил оружие на Гадеса.
– Вы вломились в мой дом. Украли зашифрованную карту отца. Вы… – Илан отдернул рукав. – Накачали меня какой-то дрянью.
Взгляд Гадеса стал жестким – так он смотрел на «добровольцев» в лаборатории «Эффексор».
– Ничего подобного мы не делали. У игры есть рамки. Наши правила запрещают нарушать границы жилища или намеренно вредить физическому здоровью участников. Сожалею о случившемся, но вы ошиблись.
– Сожалеете? Да я чуть не умер от страха! Украденное письмо навело меня на след Беатрис Портинари, так что не отпирайтесь.