Головорез
Шрифт:
— Его прислал отец.
— Ты шутишь? Зачем?
— Поговорить с Грейс. Постараться убедить ее, чтобы она от нас отстала. Помочь тебе.
— Тогда почему он врезал мне? Черт, ему следовало бы врезать ей.
— Не говори глупостей, Майк.
— Эй…
— Врезать ей? Ты спятил? Если бы я там был, я бы тоже врезал тебе.
— Как бы там ни было, — холодно произнес Майкл. — Я не собираюсь спокойно сносить побои наемного служащего.
— Тут мы с тобой заодно, — сказал
— Уф! Страшно подумать, как прореагирует отец, когда ему донесут, что я бил Грейс по…
— Соломон, вероятно, ему сейчас звонит. Нам важно повернуть дело в твою пользу. Мы можем сказать, что она набросилась на тебя. Что Соломон неправильно оценил ситуацию.
— Этот ублюдок ударил меня — и точка. Три раза. Это нападение и побои. Я мог бы вызвать полицию.
— Никакой полиции, — быстро сказал Крис. — Ты хочешь, чтобы завтра твой портрет появился на первых страницах газет? «Наследник Шеффилда обвиняется в домашнем насилии»?
— Да ладно, Крис. Никто не поверит…
— Ты ее поранил?
Майкл умолк.
— Так я и думал, — сказал Крис. — Как раз сейчас ее проклятая адвокатша, вероятно, фотографирует Грейс, чтобы передать снимки в «Кроникл». О чем ты думал?
Майкл уставился в пол.
Крис нажал кнопку интеркома. На звонок ответил Барт Логан:
— Да, сэр?
— Зайди ко мне, Барт.
Майкл упал в кресло напротив стола Криса.
— Барт? Зачем он нам нужен?
— Его люди следят за Соломоном. Я надеялся, что Соломон каким-нибудь образом проколется. Может, это и есть тот случай. Может, Барт предоставит нам больше информации.
— Сколько еще нам нужно? Я же говорю тебе — этот тип меня ударил.
— Что он делал после этого? Возится ли он еще с Грейс? Пытается ли перехватить отца, прежде чем тот уедет в Приют Головореза? Может, люди Барта смогут тебя выгородить? Кто-нибудь еще видел, как он тебя ударил?
— Только Грейс.
— Может, нам удастся представить другого свидетеля. И мы наконец-то убедим отца избавиться от Соломона.
Майкл потрогал нывшую челюсть.
— А нельзя, чтобы Барт или кто-нибудь другой пришил его? Легче убить этого сукина сына. Удалить его из нашей жизни раз и навсегда.
Крис покачал головой. Иногда его брат по-прежнему вел себя как тринадцатилетний мальчишка.
В кабинет влетел Логан:
— Что такое, босс?
— Нам кажется, что мы наконец нашли способ избавиться от Соломона Гейджа.
Логан просиял:
— Отлично. Чем я могу помочь?
Глава 32
Дожидаясь автомобиля у особняка в Си-Клиффе, Соломон набрал номер Дона по сотовому телефону. Номер был недоступен. Дональд, вероятно, уже в воздухе, возвращается в Приют Головореза. Оставлять сообщение Соломон не стал. Очень скоро старик позвонит ему.
А пока нужно было кое-что сделать. Он попросил водителя отвезти его через весь город в Финансовый квартал,
Девушка в приемной ожидала его. Это была молодая азиатка, красивая, луноликая и в красном шелковом платье, подчеркивавшем ее стройные ноги. Она улыбнулась Соломону и повела его в комнату заседаний, где дожидался Фрэнклин Д. Прайс. Это был плотный человек лет семидесяти, с редеющими седыми волосами и лицом красных прожилках. Он сидел во главе длинного стола.
Соломон обменялся с Прайсом рукопожатием сел слева от него. Кожаный стул вздохнул под его весом. Прайс подвинул к Соломону стопку бумаг толщиной в дюйм.
— Материалы бракоразводного дела, — пояснил н. — Как вы увидите, они заглянули под каждый камень. Я знал, что Лусинда Крус копает глубоко, но чтобы так! Мы поднимаем финансовые отчеты полгода.
— Мистер Шеффилд не хочет этого, — сказал Соломон.
— У нас может не быть выбора. Она требует предоставления полной информации по финансам. Учитывая, что Майкл — член совета директоров корпорации, его жена имеет право проверить все…
Соломон прервал его, подняв руку:
— Оставьте это для суда.
Прайс вспыхнул. Он явно не привык, чтобы ему затыкали рот.
— Вам следует кое-что знать, — сказал Соломон. — Сегодня утром в доме Майкла произошла домашняя ссора. Миссис Шеффилд получила телесные повреждения.
Прайс открыл рот. По мере осмысления новости его лицо мрачнело.
— Он ее ударил?
— Пару раз. Я это пресек, но на несколько минут опоздал.
Прайс скорбно покачал головой:
— Это только ухудшит дело. Где Майкл сейчас?
— Я отослал его из дома. Он, вероятно, поехал в офис.
— Я попрошу кого-нибудь туда позвонить. Нам понадобится от него заявление.
Соломон кивнул.
Прайс ткнул в пачку бумаг толстым пальцем:
— Это сильно увеличится. И скоро.
— Я знаю.
— Надо скорее браться за дело.
Отодвинув кресло, Прайс встал. Соломон остался сидеть и поблагодарил за документы.
— Это открытые сведения. Нет причин не показать их вам или кому-то другому, кого пришлет Дон. Вы же не юрист, верно?
— Верно.
— Что ж, возможно, вам будет сложновато разобраться, что там к чему. Это все, знаете ли, юридическая заумь.
— Я справлюсь.
Прайс коротко кивнул и с озабоченным лицом вышел из комнаты. Соломон услышал, как он сказал:
— Соедините меня с Майклом Шеффилдом.
Дверь со щелчком закрылась, отсекая звуки из других кабинетов. Компанию Соломону составило только гудение кондиционера. Он подвинул собранную для суда стопку, снял скрепляющую ее красную резинку и начал перебирать запросы.