Головы
Шрифт:
— О-о-о!.. — произнес Вильям, и в его глазах появилось выражение усталости. — Ну, что на этот раз?..
Я лежал в постели, тщетно пытаясь отогнать от себя мысль о бесшумных насосах, больше не властных над моим телом. Поворочавшись с боку на бок, я постепенно стал погружаться в обычную лунную дремоту; уже сквозь сон сравнил два ощущения: то, что я испытал при виде Вильяма, обнимающего Ро, и то, когда оказался в объятиях насосов. Подумав о реакции Вильяма на известие Ро, улыбнулся и заснул окончательно.
Вильяму все это не очень-то понравилось. Вторжение в лабораторию было совершенно некстати.
Ро воздействовала на него той смесью простодушной убежденности и непоколебимой решимости, которая характерна для моей сестры. Я всегда сравнивал сестру с деятелями, пытающимися изменить ход исторического процесса, опираясь на природные силы, с ребятами, которые с иррациональным упрямством поворачивали вспять земные реки. Даже пришедшие им на смену поколения не могли решить, во зло они делали это или во благо.
Конечно же, Вильям уступил. В конце концов он признал, что это не отвлечет его от дела. Сырье поступит из фонда Сандовальской общины, созданного на случай непредвиденных обстоятельств. Возможно, ему удастся выбить из них кое-какое оборудование, годное для использования в обоих проектах, в чем ему прежде отказывали по чисто финансовым соображениям.
— Безусловно, в первую очередь я делаю это ради твоих достопочтимых предков, — сказал Вильям.
Пятью днями позже головы из Порта Инь на челночном корабле доставили к нам. Мы с Ро приняли груз на Четвертой Площадке, ближайшей к входу в Ледяную Впадину. Головы, запакованные в стальные коробки с собственными рефрижераторами, занимали несколько больше места, чем предполагала Ро. Через семь часов после приземления мы на шести тележках погрузили их в лифт для оборудования.
— Я заказала общине Нернст проект хранилища, которое смонтируют арбайтеры Вильяма, — сказала Ро. — Так что еще неделю все сохранится в нынешнем состоянии. — Она постучала по ближайшему ящику и, широко улыбнувшись, принялась рассматривать его через прозрачный шлем.
— Ты могла бы найти что-нибудь подешевле, — проворчал я. В последние несколько лет статус Нернстов неоправданно вырос. Я на месте Ро предпочел бы общину Твиннингов, обладающую теми же возможностями, но более умеренную в ценах.
— Наши прародители получат все самое лучшее, — возразила Ро. — Господи, Мики. Ты только подумай… — Она повернулась к штабелям ящиков, образующим двойное кольцо внутри круглого лифта, с выпирающими изнутри маленькими рефрижераторами. Мы начали спуск в шахту. Я не видел лица Ро, но голос выдавал ее волнение: — Подумай, как это много значит — получить доступ к их памяти…
Я прошелся кругом и между ящиками. Высококачественная, старого образца светлая сталь, прекрасно формованная и сваренная, слегка поблескивала.
— Скопище болтливых старичков, — прокомментировал я.
— Мики… — произнесла Ро с мягким укором Она знала, о чем я думаю.
— А они снабжены бирками? — спросил я.
— Это еще одна проблема, — признала Ро. — У нас есть список имен, соответствующий пронумерованным
— Как такое могло случиться? — Отсутствие профессионализма потрясло меня больше, чем тот очевидный факт, что задача наша значительно усложнялась.
— Не знаю.
— А что, если Стартайм село в галошу и во всем остальном, что, если эти головы на самом деле просто холодное мясо?
Ро пожала плечами с безмятежностью, от которой меня просто передернуло, как будто она вовсе не считала катастрофой потратить впустую столько усилий и в поте лица заработанных сандовальских капиталов.
— В таком случае мы лишились кое-каких денег, — констатировала она. Но я не думаю, что они настолько растяпы.
Пока мы медленно опускались на дно шахты, Ро рассматривала контейнеры, стараясь обнаружить хоть одну скобу. И не нашла ни одной — все контейнеры были запакованы очень умело. — Нернсты говорят, что роботам Вильяма потребуется дня два для монтажа хранилища. Ты мог бы за ними присмотреть? Вильям отказался…
Я освободился от шлема, стряхнул в вакуумное отверстие пыль, приставшую к ботинкам на поверхности, и скривился в страдальческой усмешке:
— Почему бы и нет? Все равно без дела слоняюсь.
Ро положила руки в перчатках мне на плечи.
— Мики, дорогой!..
Я смотрел на ящики все более заинтригованно, сам тому поражаясь. А что, если они там живые и могут по-своему, по-покойницки поведать о своих жизнях? Это станет событием из ряда вон выходящим, даже историческим. Сандовальская община приобретет громадную известность, и это наверняка увеличит ее ценность для Триады.
— Ну хорошо, — сдался я, — но ты свяжешься с Нернстами и уговоришь их прислать сюда человека, а не просто инженера-арбайтера. Это нужно обговорить в проектировочном контракте. Я хочу, чтобы кто-то из них лично следил за работами до самого завершения.
— Об этом не волнуйся, — сказала Ро. Уже без перчаток, но все еще оставаясь в скафандре, она быстро обняла меня. — Вывозим! — Она вкатила первую тележку в складские ворота Ледяной Впадины, туда, где им предстояло храниться Бог знает сколько времени.
Первые признаки надвигающейся беды не заставили себя долго ждать. Шести часов не прошло, как мы выгрузили головы, а к нам уже пожаловала Янис Грейнджер, заместитель Фионы Таск-Фелдер.
Я как-то не удосужился рассказать Ро о перипетиях лунной политики, а она после отлета на Землю совершенно не следила за новостями. Между тем произошло нечто, год назад казавшееся совершенно немыслимым. Фиону Таск-Фелдер выбрали Президентом Совета Сообществ. Янис Грейнджер назначила нам встречу через секретаря Сандовальской общины, аккредитованного в Порте Инь. Я согласился, не имея ни малейшего представления, о чем со мной собираются разговаривать. Еще бы! Попробуйте отказаться от беседы с членом Совета. Через несколько часов ее персональный шаттл приземлился на Третьей Площадке. Я принял высокого гостя в скромно обставленном, но просторном зале для официальных мероприятий, расположенном в одной из штолен фермы, рядом с административно-хозяйственными помещениями.