Гонщик
Шрифт:
Влетаю за последний поворот "каскада" и едва не "целуюсь" со злополучным эрроу Мрака. Похоже, меня ждут. Вот только Мрак был уверен, что я, как и все, иду ниже. Завидев меня, он резко тянет свой мобиль вверх, стараясь оказаться прямо надо мной, но, как известно катет короче гипотенузы, и я проскакиваю под его брюхом прежде, чем он успевает сбросить мне на крышу активированный гравитационный якорь. Теперь понятно, как Мрак расправился с "новичком" - гравитационный якорь практически мгновенно притянул бедолагу к земле с ускорением в двадцать g! Понятно, что при падении с такой высоты и с такой скоростью удар о землю был ужасен - тут даже взрыва уже не надо. Но со мной этот фокус не пройдет. И вообще, такие игры стоят Мраку скорости - он остается позади, а я вырываюсь на очередную
Теперь перед нами почти обычный участок трассы - таких полно в официальных "низких" гонках. Конечно, здесь до хрена поворотов, петель, изгибов и расположенных на разной высоте мостов, но в целом путь не так уж и сложен… э… если проходить его днем или хотя бы с прибором ночного видения. И без напалма. А так, как сейчас - аварий не избежать. Ну, так и есть! Один из трех идущих впереди мобилей не вписывается в поворот и с размаху врезается в стену.
Взрыв! Огонь выплескивается роскошным салютом. Пилот идущей следом машины не успевает увернуться и влетает прямиком в пылающий ад.
Грохочет так, что у меня закладывает в ушах, мой сантвилл подпрыгивает на воздушной волне, а из пробитого мобилями здания вырываются яростные клубы огня. Сбоку огонь не обойти - слишком узок проход, уйти вниз нельзя - на голову могут рухнуть горящие обломки, а для покрытой напалмом машины достаточно одной единственной искры. Остается один путь - наверх, и то если успею - меня уже почти втащило в пожар.
Резко вырубаю горизонтальные двигатели, одновременно включаю вертикальный на полную мощность, и рву штурвал на себя так, что нос сантвилла практически задирается к небу. При таком положении машина сразу теряет устойчивость - ее мотает, как горошину в пустой банке, но зато горизонтальная инерция перенаправляется, и я перепрыгиваю пожар.
Уф! Перевожу дыхание, выравниваю машину, немного спускаюсь вниз и снова врубаю горизонтальные двигатели. Бросаю взгляд на экран заднего обзора - благо от огня светло, как днем - и вижу, что следующие за мной две машины, одна из которых Мрака, а вторая Джордана Бинга, успевают сбросить скорость, и теперь осторожно, будто на цыпочках, пробираются сквозь дым мимо покореженных взрывом стен.
Ладно, пусть их, а мне пора дальше. Насколько я помню, сейчас будет "адская мельница". Ну, точно! Приближаюсь к огромной - метров десять в поперечнике и километров пять длиной - трубе. Труба не прямая. Мне отсюда виден, по крайней мере, один, к счастью, не очень крутой изгиб. Впрочем, Дик предупреждал, что поворотов в "адской мельнице" хватает, причем этим ее сюрпризы не ограничиваются. Главная пакость заключается в другом. В "адской мельнице" стены вращаются и чем дальше от входа, тем быстрее, а развешенные по стенам спиральные гирлянды огоньков только усугубляют эффект воронки. Больше того, направление вращения то и дело меняется на противоположное, и тогда начинает казаться, что тебя несет назад, и ориентация окончательно теряется. В таких условиях очень трудно даже просто двигаться по прямой, а уж правильно входить в повороты вообще задача архисложная. Именно поэтому перед "адской мельницей" все гонщики дружно сбрасывают скорость, а по самой трубе ползут медленно-медленно - будто на ощупь. Что ж, похоже, Дик был прав - кто быстрее проскочит "мельницу", тот и победил. Вот он - мой шанс!
Рискую почти не сбавлять скорость, уповая на свою хваленую реакцию и везение. Заскакиваю во чрево трубы, сразу оказываясь внутри яркого вращающегося "барабана". В первый момент свет больно бьет по глазам, но тут срабатывает забрало-хамелеон моего шлема, приглушая яркость до приемлемого уровня.
Внезапно мне кажется, что мой мобиль начинает круто заваливаться вправо и, того и гляди, перекувыркнется через лже-крыло стабилизатора. Поспешно дергаю штурвал, пытаясь выровнять машину, но теперь уже на самом деле заваливаюсь влево и чуть не врезаюсь в стенку туннеля. Резко торможу, ощущая, как холодеют ладони. Зависаю неподвижно, а мимо меня тихонько ползут мобили соперников, и их всех мотает и крутит, словно пьяных.
Чувствую, как у меня начинает кружиться голова, я уже плохо понимаю,
На ощупь включаю динамики радара. В салоне тотчас воцаряется писк, извещающий о наличии вокруг меня всевозможных равномерно распределенных объектов, то есть стен, причем нижний и левый динамики пищат громче остальных - значит, я слишком близко от пола и левого края трубы. Завожу двигатели и корректирую свое положение в пространстве. Писк выравнивается - теперь все динамики издают одинаковые по мощности звуки. Так, условная центральная ось туннеля установлена. Внезапно писк левого динамика переходит в вой. Открываю глаза - мимо меня ползет мобиль соперника. Вот и звуковая шкала определена, значит, пора отправляться вперед.
Усиливаю горизонтальную тягу в двигателях и с закрытыми глазами начинаю разгон. Звук в правом динамике усиливается - значит, стена (или мобиль соперника) слишком близко, надо забирать влево. Писк выравнивается. Отлично! Похоже, я понял правила. Наращиваю скорость, и тотчас в лицо мне "бросается" рев. Открываю глаза. Поворот. Резко ухожу влево. Проскакиваю возле самой стены, едва не срывая крылом стабилизатора сияющую гирлянду огоньков, выхожу на условную ось в центре туннеля и снова опускаю веки, пытаясь унять бешеное мелькание пятен перед глазами. Моя скорость растет. И вот уже большинство соперников позади, впрочем, как и поворотов, и мой радар ревет все реже и реже. Осмеливаюсь приоткрыть глаза и вижу впереди прямо в центре сверкающей вращающейся воронки четкий черный круг. Машинально прибавляю скорость и вываливаюсь из "адской мельницы" в ночь.
В первый момент темнота оглушает, но я не сбрасываю скорость, а продолжаю мчаться вперед, ориентируясь на маячащие впереди огоньки на мобилях соперников. Их, в смысле соперников, осталось передо мной всего трое. Первым, разумеется, чешет Башня - похоже, он так с самого старта и возглавляет гонку. Ему в затылок дышит Мрак, а сзади их подпирает сантвилл с пятью красными огоньками - тоже завсегдатай гонки, но Дик не называл его в числе опасных. Странно, что он прорвался в лидирующую группу, наверное, просто повезло на старте. Я почти догоняю его - мой нос идет вровень с его стабилизаторами, а на моем хвосте, в свою очередь, плотно сидит таинственный мистер Бинг.
Впереди поворот. "Красный" автоматически притормаживает, а я рискую проскочить на всем скаку и выигрываю - соперник остается далеко позади. Упорный мистер Бинг в точности повторяет мой маневр и словно тень по-прежнему висит у меня за плечами.
Теперь я иду нос в нос с Мраком, а до финала уже рукой подать - пара поворотов и финишная прямая.
Внезапно боковое стекло эрроу опускается. Машинально поворачиваю голову и смотрю на Мрака. Он зажег подсветку своего шлема и поднял забрало так, что я отлично вижу его лицо и торчащую изо рта сигару. Ну, пижон! Он еще умудряется курить во время гонки!
Мрак делает мне знак, который я расцениваю, как требование уступить, пропустить его вперед. Какой наглый мальчик! Вместо ответа прибавляю скорость, но в отрыв мне уйти не удается - наши с ним стабилизаторы по-прежнему почти касаются друг друга.
Мрак коротко гудит, вновь привлекая мое внимание. Замечаю у него в руке зажженный прикуриватель. Мрак подносит яркий огонек к кончику сигары, раскуривает ее, а потом резко отбрасывает прикуриватель в мою сторону, попадая точно на мой левый стабилизатор. Покрытое сухим напалмом лже-крыло мгновенно вспыхивает, а Мрак улыбается, делает мне прощально-оскорбительный жест рукой и поднимает стекло. Он уверен - со мной покончено. В его глазах я уже труп. Да так оно и есть - огонь вот-вот охватит машину целиком. Мой единственный шанс на спасение - срочно начать посадку. Если очень повезет, я сумею покинуть машину до взрыва. Правда, тогда о гипноизлучателе можно будет забыть, и Ирэн… Да, она погибнет. Ну и что с того? Если я сейчас сгорю, то все равно ничем не смогу помочь ей.