Гонщик
Шрифт:
Он бормочет что-то еще, но я перебиваю:
– Так что это, Дик?
– Сухой напалм.
– Чего?!
Дик тяжко вздыхает и молчит. Впрочем, слова здесь и не нужны. Сухой напалм - это бомба замедленного действия. При достаточно сильном ударе машины о стенку, о землю или о другой мобиль, произойдет взрыв. Да-а, похоже, устроителям гонки показалось мало просто зрелища покореженных, разбитых машин - ведь при подобной аварии у гонщика всегда остается шанс выжить. А вот при взрыве такого шанса нет…
Стискиваю зубы до хруста и молча залезаю в брюхо сантвилла. Дик
Пробегаю пальцами по сенсорной клавиатуре и, прежде всего, регулирую под себя страховочные ремни, кресло, штурвал и консоль. Все должно быть предельно удобно, чтобы на трассе я почти не чувствовал своего тела, и мог полностью слиться с машиной. С этим все. Теперь настройки. По экрану блока контроля бежит колонка цифр и слов. Так-так… Исходная вязкость инерционной среды, пожалуй, высоковата, а в остальном машинка что надо - похоже, Лонг и впрямь свое дело знает.
Осталось последнее. Запускаю вертикальный инерционный движитель, постепенно наращивая мощность до максимума. Мобиль вибрирует и трясется в силках гравитационного якоря, словно стремящаяся к небу птица в жестоких руках ловчего, а я запускаю горизонтальные двигатели и секунду слушаю приглушенный вой турбин. Вроде все отлично. Выключаю все двигатели и снова проверяю настройки.
– Ну, как машинка?
– заискивающе спрашивает Дик. Он маячит рядом с мобилем и заглядывает в салон через открытую дверцу.
– В норме, - откликаюсь я.
– Сколько там до старта?
– До самого старта полчаса. Но через пятнадцать минут вырубят свет и дадут команду зажечь "светлячки".
– Дик перехватывает мой непонимающий взгляд и поясняет: - Это такие маленькие белые огоньки. Они будут вешками на трассе, и станут обозначать машины гонщиков. Смотри.
– Он указывает на стоящий справа от меня мобиль соперника. Я замечаю, что вдоль борта и впрямь идет гирлянда не горящих сейчас лампочек.
– Когда дадут команду, нажмешь вот здесь, - учит меня Дик.
– Понял. А еще что-то мне надо знать до начала гонки? Может, ты забыл предупредить о часовых бомбах в мобилях? Типа, кто не успел вовремя на финиш, тому копец, а?
– В моем голосе вполне понятный сарказм и укор.
– Ну, зачем ты так, - бормочет Дик.
– С сухим напалмом это ж не я придумал.
– Ладно, проехали. Так как? Мне надо знать что-то еще?
– Да вроде все. Разве что спецуху гонки, - чешет в затылке Дик.
– Времени, конечно, в обрез, но… Ну что, глянем?
"Спецуха" - спецификация - это план расстановки машин на старте, и список пилотов по номерам, в данном случае "по огонькам".
– А давай, - соглашаюсь я.
– Может, набросаем хотя бы приблизительную
Дик понимающе хмурится. Вообще-то, у гонщиков не принято "нырять" в гонку без подготовки: без знания трассы и соперников, без проработанной заранее тактики, да к тому же на чужой, незнакомой машине, особенно если речь идет о такой экстра экстремальной гонке, как эта. Мы оба понимаем, что мое участие - чистейшей воды авантюра, вот только другого способа заполучить гипноизлучатель, у меня нет.
Дик протягивает лист распечатки спецификации и говорит:
– Смотри, всего вас девятнадцать. Вот этот, этот и эти - шантрапа, "бревна", "лом". Этих двух не знаю, а вот здесь Башня. Он, как правило, лидирует в двух гонках из трех. У него три синих, запомни. Он стартует почти в центре, так что сразу уйдет в отрыв, а тебя перед "горловиной" зажмут, оттиснут назад. Но ты не паникуй, отступи. Ты потом наверстаешь на "адской мельнице". Там все тормознут, а ты рви вперед. Если проскочишь на всем ходу, считай гонка твоя. Если, конечно, тебя Мрак на выходе не зажмет. Он в последний раз именно там меня подстерег. Я уже расслабился, думал все, сюрпризы кончились, до финиша чистая прямая, а тут… - Дик делает выразительный жест.
– Короче, очнулся я уже в реанимации… Говорят, по кусочкам собирали… Правда, тогда у нас еще напалма на мобилях не было. А сейчас Мрак вряд ли рискнет напрямую биться - ведь если что, взорвутся оба. Но лучше все же держись от него подальше - он парень отморозистый, мало ли что ему в башку встрянет.
– А Мрак где стартует?
– Вот, - показывает Дик.
– Он крайний справа, ему тоже со стартом не повезло. Значит, злой будет, по трупам пойдет. Кстати, у него один зеленый, легко запомнить.
– А рядом со мной кто?
– киваю на соседний эрроу.
– Три зеленых… щас глянем… - Дик сверяется со спецификацией и пожимает плечами: - Какой-то Джордан Бинг. Никогда о нем не слыхал. Хрен его знает, что за птица. Погоди-ка, я ему в рожу посмотрю.
Дик идет к эрроу и стучит в закрытое стекло.
– Слышь, братан, у тебя попить нету?
Стекло опускается и высовывается рука с фляжкой. Дик пьет, а потом возвращает флягу и идет ко мне.
– Ну как? Узнал его?
– спрашиваю.
Дик делает в ответ выразительную гримасу и ехидно говорит:
– Может, и узнал бы, если б морду его увидал. Но он, как и ты, с опущенным забралом. Блин! Развели тут секреты, мать вашу!
– Я репутацию свою берегу. Меня за участие в этом отстое по головке не погладят!
– повышаю голос.
– Да, ладно, чего ты. Я ж не про тебя, я ж про него… - Дик мнется, дергает щекой и, заикаясь на каждом слове, говорит: - Слышь, Бра… э… Маоли, тебе и впрямь так нужен… та вещь?
– Любой ценой!
– отрезаю я.
Дик порывается что-то сказать, но тут раздается громкий сигнал предстартовой готовности.
– Ладно, Маоли, - поспешно говорит Дик, - мне надо валить со старта, а тебе удачи!
Он делает жест, словно собирается пожать мне руку или похлопать по плечу, но не решается, и делает вид, что просто поправляет на мне страховочные ремни.