Гонщик

Филоненко Вадим Анатольевич

– Не помню.

– Тебя похитили спящего ночью из дома, - продолжает Григ, - доставили в одну из секретных клиник и поставили первый чип.

– Подчинения?
– неуверенно уточняю я.

– Разумеется, нет. Тебе поставили что-то вроде электронной имитации прыжка к Истоку. С помощью этого чипа в тебе надеялись активировать ген маоли. А дальше Игроки заменили врача "Отвязных Стрельцов", внедрив на его место своего человека. Тот обследовал тебя под видом стандартной проверки, и сообщил, что все в порядке - под воздействием чипа ты стал маоли. Правда, сам чип тут же сломался, но это уже не имело значения.

На следующий день тебя снова похитили и поставили второй чип - нечто вроде приемника, а передатчиком являлся я. Вернее, моя память.

– И мысли, - поправляю я.

– Нет. Только память. Они не хотели, чтобы я мог передавать тебе мысли. Для них это равносильно провалу. Ведь, по их замыслу, ты не должен понимать, что происходит, и они не могут допустить, чтобы мы разговаривали между собой.

– Но мы разговариваем!

– Да. В конце концов, мне удалось сделать это, - соглашается Григ.

Он делает паузу, будто переводит дыхание, и я вдруг отчетливо понимаю, каких титанических усилий ему стоит наш разговор.

– Мне удалось вступить с тобой в осознанный контакт, - повторяет он.
– А вначале, честно признаться, я сильно испугался, что мои воспоминания вот-вот действительно перейдут к тебе, и ты выдашь сведения Игрокам. Я пробовал сопротивляться, но от меня почти ничего не зависело. Мои воспоминания утекали к тебе, словно вода из дырявого корыта. Мне приходилось прикладывать колоссальные усилия, чтобы скрывать от тебя самое главное. Код и местонахождение тайника. То есть то, что и нужно Игрокам…

– До сих пор нужно?
– уточняю я.
– Именно это и есть цель Игры?

– Да, - подтверждает Григ.
– Итак, полгода назад между нами произошел первый неосознанный ментальный контакт, и ты получил мое воспоминание о нападении на базу…

– Точно, точно, - перебиваю я.
– Тогда еще пострадал Тимми.

– Было дело… Но слушай дальше. Ты получил одно из моих воспоминаний, а потом вдруг твой ген маоли снова уснул, и передача памяти прервалась. Игроки растерялись, я обрадовался. Они решили выжидать и наблюдать за тобой в надежде, что ген снова проснется. Ген несколько раз и впрямь просыпался, но на очень короткое время, которого не хватало для полноценного ментального контакта. Так прошло несколько месяцев, а потом начальству надоело ждать и оно потребовало результат.
– Григ усмехается.
– Знаешь, Брайан, сколько голов тогда полетело. Причем в самом прямом смысле полетело… У конторы железное правило - проваливший операцию разработчик уничтожается физически… Короче, два месяца назад разработчик был сменен.

– И новым разработчиком стал Паук?
– полуутвердительно говорю я.

– Откуда ты знаешь?
– Григ осекается.
– Это тебе Стин рассказал?

– Да. Кстати, а где он сам?

– То есть как, где?!
– поражается Григ.
– Ты что, не знаешь?!

– Нет. А должен?
– осторожно уточняю я.

– Так ведь… - Григ растеряно замолкает, а мне вдруг становится не по себе. Сильно не по себе.

– Вернемся к Пауку, - желая скрыть неловкость, поспешно предлагаю я.
– Так что он предпринял?

– Он выдвинул гипотезу, что ген маоли активируется в тебе лишь в экстремальных условиях, во время стресса, а потом снова засыпает. И тогда был разработан "Сценарий стресса", в котором предполагалось держать

тебя… Дальше, я думаю, рассказывать нет смысла, ты и так все знаешь не хуже меня.

– Да уж. Стрессов у меня за последнее время хватало… Кстати, Григ, а что за чипы ставили мне несколько дней назад в Сокольничем Парке?

– Паук решил подстраховаться, и еще раз повторить электронную имитацию прыжка. Но чип снова сломался. Нам, маоли, вообще почти невозможно поставить всякие там чипы, организм изо всех сил сопротивляется такому вмешательству.

– Понятно… А теперь, Григ, давай о главном. Где ты находишься? Как мне вытащить тебя?

– Это неглавное!
– отрезает он.

– Тогда что?

– Энергетические карты. Именно они были в компьютере той базы. Они должны попасть в Совет ОНГ или, на худой конец, быть уничтожены. Я сейчас скажу тебе код и местонахождение тайника…

На миг я прикрываю веки. Ну, вот и все. Если бы я был Пауком, я бы сейчас выиграл. Да. Выиграл. Но я не Паук.

– Погоди, Григ, а разве Игроки сейчас не слышат наш разговор?

– Только то, что произносишь ты, ведь ты говоришь вслух, а я передаю тебе свои мысли. Итак, код…

– Нет!
– Мне кажется, что я кричу, хотя на самом деле говорю едва слышно.
– Нет, Григ. Ты что, не понимаешь? Я не должен знать код! Игроки не дадут мне и шагу ступить! Больше того, как только они поймут, что я все знаю, они возьмут меня в такой оборот, что… Они пригрозят смертью Ирэн или Мартину, и я расскажу им все, понимаешь?

Винкс молчит. Я чувствую, что он разочарован и растерян.

– Григ, - говорю, - ответь, где ты находишься?

– Вот этого-то как раз я и не знаю. Вначале меня держали на военной базе на орбите Таруны, а потом перевели в закрытую клинику. И я понятия не имею где это. Не знаю даже на орбите или на планете.

– Да-а… А ты знаешь, под чьей личиной сейчас скрывается Паук?

– Нет. А ты?

И я не знаю. И абсолютно не представляю, как узнать. Пауком может оказаться любой - Билл, Том, Лонг, Мартин, Виктор, Рабиш… Хотя, нет. Единственный, в ком я уверен на все сто - это Рабиш. Он настоящий врач, а Паук не имеет к медицине никакого отношения, и не смог бы занять место дока, ведь для этого кроме соответствующей внешности и актерского мастерства нужно иметь еще и профессиональные навыки. Нет, Рабиш не Игрок. Среди Игроков имеется другой медик, который действует не под гипнозом и не по принуждению, а по своей собственной воле. Это главврач команды "Отвязных Стрельцов". Именно он несколько дней назад проводил мне нанооперацию в Сокольничем Парке и ему ассистировала Ирэн. Я узнал его по голосу. И еще кое-что. Я видел его глазами Грига. Это именно он следил, чтобы палачи не перегнули палку, и "пациент" не помер раньше времени. Григ еще тогда постоянно дразнил его и называл Стикки…

Внезапно Григ вскрикивает, и я ощущаю, как тоненькая ниточка контакта напрягается до предела, она вот-вот порвется.

– Григ, что происходит?

– Игроки… Они пытаются прервать наш контакт… - хрипит он, и я отчетливо чувствую отголоски той чудовищной боли, которую сейчас обрушивают на него.
– Не прыгай в воду, Брайан…

– Почему?

– Ты правильно… догадался… такой шаг… сродни… прыжку к Истоку…

–Значит, я должен прыгнуть! Тогда я стану настоящим маоли!