Гонщик
Шрифт:
Тина прикрыла глаза. Очень похоже на то, что жить ей осталось недолго: как только ее начнут оперировать, сработает система самоуничтожения, заложенная в искусственную часть ее организма тергаронскими хирургами. Впрочем, оно и к лучшему… Силы понемногу восстанавливались, но оба охранника смотрели на Тину во все глаза… а цепи наверняка не поддадутся с первого раза. И кроме того, остается силовой барьер. Через час охранники сменились. Хотелось пить. Кормить ее манокарцы, вероятно, не будут на протяжении всего полета – никто из них просто не осмелится подойти к киборгу, – а значит,
– Извините, ваше превосходительство, когда мы стартуем? – робко спросил Саймон.
– Вы очень болтливы, Раос, – поморщился Шидал, но потом все-таки снизошел до ответа: – Когда побеседуем с Гонщиком. Кедлин до сих пор не вышел на связь, подождем еще… Террористы, Раос, это ценные люди. Они ускоряют разрушение вашего прогнившего мира.
– Ага, я знаю, ваше превосходительство. Но ведь система Раксы официально находится под желийской юрисдикцией, и «Экан Щеранос» всех предупреждает, что на Рошегене звездолеты могут садиться только в космопорте. Понимаете, они боятся, что пираты начнут устраивать здесь свои базы. Если ваш звездолет заметят сверху, начнутся придирки…
Саймон отчаянно трусил. После того как Шидал прикончил проводника (труп валялся снаружи, припорошенный снегом), он стал еще больше бояться своего покровителя, однако попасть за компанию с манокарцами на Дукон, в космическую тюрьму, ему не хотелось. Он должен добраться до Ниара и вручить шефу материал о пленении киборга! Но манокарцы чересчур беспечны.
– Яхту Гонщика до сих пор никто не обнаружил, – холодно напомнил Шидал.
– Потому что Гонщик замаскировал ее, и сверху она выглядит как заснеженный холм, – торопливо начал растолковывать Саймон (как и всякий эксцессер, он умел позаботиться о собственной безопасности и разбирался в таких вещах). – Мы увидели ее потому, что шли на бреющем. А ваш звездолет торчит здесь как на ладони…
Глаза Шидала сузились.
– Вы хотите сказать, Раос, что мы – простаки? Вы думаете о том, что говорите?!
– Простите меня, ваше превосходительство…
– Мы все учли, идиот, – манокарец внезапно усмехнулся. – У нас готова легенда о том, что один из наших людей получил травму и звездолет прибыл в Рисахэи, чтобы срочно взять его на борт.
– А если они захотят убедиться? – пролепетал Саймон.
– Мы и это учли. Я сам раскроил череп и сломал ногу одному бездельнику шестого уровня, сейчас он лежит в медотсеке.
Ловко, подумал Саймон, у них можно кое-чему поучиться!
– Но вдруг этот бездельник пожалуется на вас, когда Космопол придет с проверкой?
– Не забывайтесь, Раос! – Окрик заставил Саймона вздрогнуть. – Это для меня он бездельник, а для вас – манокарский гражданин, представитель великого народа. – Помолчав, Шидал добавил: – Он не пожалуется, потому что знает свое место. У представителей низших уровней есть только одно право – подчиняться. К вам, Раос, это тоже относится.
– Да, ваше превосходительство, – покорно подтвердил Саймон.
– Пошли, – Шидал
Саймон вслед за ним вышел из тесной, похожей на камеру каюты, куда его поместили. На стенах коридора сверкали накладные барельефы из золотистого металла, изображавшие батальные сцены и мирные сельские пейзажи. Изредка попадались светящиеся лозунги: «Твой первый долг – послушание!», «Помни о величии Манокара!» Саймон снимал все подряд: специфический местный колорит, пригодится… Он чувствовал, что этот материал пойдет нарасхват.
– Глаза в пол и молчите! – прошипел вдруг Шидал.
Мимо грациозно проплыли четыре манокарки в вуалях нежных расцветок – Саймон уже видел их, когда вместе с остальными ходил смотреть на прикованного к стене киборга. На всякий случай он почтительно наклонил голову, следуя примеру Шидала.
– Это кроткие и плодородные жены его превосходительства администратора первого уровня господина Мажирава, – шепотом пояснил Шидал, когда те скрылись за поворотом. – На них лежит отблеск величия его превосходительства, поэтому им надлежит оказывать уважение. Сюда, Раос!
Саймон вдруг подумал, что Шидал, пожалуй, не убьет его: резкий, временами жестокий манокарец нуждался в нем, человеке из внешнего мира. Общение с «Родгевом Раосом» позволяло Шидалу ощутить свое превосходство над инопланетянином (причем не только над этим, конкретным, но и над инопланетянами как таковыми). Надо почаще демонстрировать свою слабость и ошибаться, про себя ухмыльнулся Саймон. Он эксцессер, он умеет управлять людьми!
Под очередным барельефом горела надпись: «Его Превосходительство Мудрый и Любимый Президент Пенгав произносит напутственную речь перед чистосердечными гражданами Кестономы». Великолепный антураж… Саймон шел за Шидалом, скромно глядя в пол, и лишь изредка косился на барельефы: все равно аппаратура работает в режиме съемки, ни одна деталь не ускользнет.
– Не забудьте поклониться, растяпа, – проворчал Шидал, остановившись перед дверью, расцвеченной сложным флюоресцирующим орнаментом.
В помещении находились администратор первого уровня Мажирав и несколько офицеров.
– Шидал, вы обязаны наложить на Кедлина взыскание, – строго поглядев на вошедших, распорядился Мажирав. – Он сверх меры испытывает наше терпение!
«Наверное, ждет террориста, который до сих пор не появился. Как ему приказали», – подумал Саймон, замерев у двери в почтительной позе. Бывало, что окружающие упрекали его в «нелогичности», но поглядели бы они на манокарцев – по сравнению с теми даже Саймон Клисс был до противного логичным и разумным сухарем, как компьютер!
Шидал и не подумал спорить с начальством:
– Он ответит за эту задержку, ваше превосходительство. Как прикажете наказать его?
– Пять ударов электроплетью и двое суток гауптвахты, – пожевав губами, изрек Мажирав.
– Будет исполнено, ваше превосходительство.
– Неподалеку отсюда нам пришлось расстрелять из бортовых орудий силарский аэрокар, – уставившись на Шидала своими пустыми холодными глазами, продолжил Мажирав. – Где один негуманоид, там и другие… Нужно, чтобы Кедлин поторопился.