Горец I
Шрифт:
Он обернулся, но на поляне никого не было.
Только туман подбирался к краям пня и, словно ударяясь о невидимую стену, собирался небольшими клубящимися волнами и откатывался назад в траву, где превращался в серебристую пыль мельчайших первых капель росы, оседающих на тонких зеленых стебельках.
— Кто здесь? — спросил Конан.
— Не бойся, — услышал он в ответ тот же голос и удивился, внезапно сообразив, что не может понять, кто говорит с ним: мужчина или женщина, стар этот человек
— Кто здесь? — Конан вращал головой, пытаясь определить место, откуда исходил звук.
— Ты напуган?
Источник звука не определялся; голос, казалось, звучал отовсюду, даже снизу. Но почему-то Мак-Лауд не испугался. Он поймал себя на странной мысли, что все происходит так, как должно происходить, а значит, бояться нечего. И вообще все, что происходит с человеком — это как восход, одинаковый и разный одновременно, но всегда неожиданный, и поэтому страх бессмыслен и празден.
— Нет, — ответил Конан.
— Тогда почему у тебя так часто бьется сердце?
— Я удивлен.
— Хм… — согласился голос, — бывает.
— Рамирес, выходи, — позвал вполголоса Конан, не надеясь, однако, увидеть испанца. — Зачем прятаться?
— Я не Рамирес. Ты же и сам это знаешь. Понимаешь, друг, меня не видно. Я здесь, но невидим. Извини, если это невежливо, но я хочу просто поговорить с тобой.
— Ну-у, — смутился Конан, — понимаешь ли… Я просто не привык разговаривать с… — он старательно подбирал слова, стараясь не обидеть собеседника, — не видя, с кем разговариваю.
— Хорошо. Давай сделаем так. Если тебе важно на что-нибудь смотреть, то смотри в туман. Он иногда бывает похож на то, что тебе хотелось бы увидеть.
— Может быть, — проговорил Мак-Лауд.
— Да, еще, — смущенно попросил незнакомец, — пожалуйста, не кричи… Ты просто думай. То, что хочешь сказать, проговори про себя, а я услышу. Ладно?
Не очень веря в успех этого предприятия, Конан подумал: «Ты эльф?».
И тут же услышал ответ:
— Нет.
«Тогда гном или тролль?»
— Нет.
«Демон?»
— Нет. Не надо пустых перечислений. Не все ли равно, кто я — ведь ты меня не видишь. Может быть, меня вообще нет.
— То есть как нет? Я же тебя слышу?
— А может быть, и тебя нет, — огрызнулся голос. — И вообще, чего ты пристал? Я ничего не могу сказать, потому что у меня нет названия. На твоем языке меня просто нет, так что можешь звать меня, как захочешь.
— Кажется, я понял, кто ты, — изрек Конан. Ты дьявол, который являлся Господу и смущал его своими речами.
— Ну и самомнение у тебя, — восхищенно заметил голос и, немного помолчав, спросил: — А ты что, смущен?
— Нет, почему я должен быть смущен? Я добрый христианин и твои дурацкие…
— Ладно, ладно, успокойся. Думай обо мне все,
— А о чем ты хочешь со мной поговорить? — спросил Конан.
Он закрыл уши ладонями, пытаясь определить, звучит ли голос снаружи или в его собственной голове. Откуда у Конана возникла такая странная мысль, он сам, наверное, ответить бы не смог.
— Обо всем, — голос звучал изнутри. — Представь себе, что мы просто два странника, которые встретились на дороге. Расскажи мне о себе. Кто ты и зачем оказался здесь. Расскажи…
— Нет, сначала расскажи ты.
— Ладно. Я изучаю вас.
— Кого это вас?
— Всех вас, людей.
— Шотландцев?
— Пусть так.
— Так, значит, ты шпион? Шпионишь для англичан? — разочарованно заметил Конан.
— Нет. Англичан я тоже изучаю. И других людей тоже. Скажем так: я изучаю всех людей, всех государств и народностей. И поэтому я сейчас разговариваю с тобой.
— И только для этого ты пришел сюда?
— Я сюда не пришел.
— То есть как? Ты же здесь.
— И да и нет. Я везде.
— Послушай-ка, — раздраженно проговорил Мак-Лауд, — перестань говорить загадками!
— Не кипятись! Сейчас я тебе все объясню. Я из другого мира, и на вашей земле никто обо мне ничего не знает.
— Значит, ты лазутчик, которого еще не обнаружили. Шпион какого-то вражеского государства, которое хочет захватить Шотландию, но боится признаться в этом. Ты, конечно, солжешь…
— Ты глуп, Конан. Рамирес прав.
— Откуда ты знаешь испанца? Ты следил и за ним тоже?
— Я тебе уже объяснял, что я из другого мира. И мне наплевать на вашу междоусобную ерунду. Меня здесь вообще нет, и мне нечего делить с вашим народом!
— Тогда почему же я тебя слышу? — немного успокоившись, спросил Конан.
— Ты меня не слышишь. Ты же только что сам убедился в этом. Ты меня думаешь, точно так же, как и я думаю тебя. Понятно?
— Нет. Не понятно, — Конан разочарованно покачал головой, но почему-то успокоился окончательно.
В конце концов, если «его» нет, то чем «он» может угрожать? И поэтому Конан спросил:
— Тогда объясни мне все-таки, что тебе нужно?
— Давай отвлечемся от этой темы, — предложил собеседник. — Расскажи лучше ты мне, что тебе здесь нужно, что ты здесь делаешь?
— Я здесь становлюсь воином, — гордо проговорил Мак-Лауд.
— Как это?
— Меня оставил здесь мой учитель. Он спросил, что я вижу вокруг себя, а потом ушел. Поэтому я и принял тебя за него. Так что я сижу здесь, смотрю… Только ничего не вижу. Ты вот пришел, то есть, извини, не пришел, то есть… Ну, ты понял.