Горец
Шрифт:
– До свидания, дядь Василь! До свидания, Санек!
Андрей сел в машину, и дядька Петя, которого Дементьев знал с детства, повел свой старый «Москвич» по разбитой грунтовке к трассе. Медленно, где-то пробуксовывая, застревая, но автомобиль выехал на шоссе и направился к Переславу. Андрей взглянул на часы, купленные при отъезде. Стрелки показывали 15 часов 20 минут. Время в деревне, где Андрей узнал страшную весть, пролетело быстро. Ему не хотелось домой, в городскую двухкомнатную квартиру, но и оставаться здесь, в Ухарево, где все напоминало о матери, он не мог. И ехал в Переслав, совершенно не представляя, что будет делать вечером.
Глава 12
Вернувшись на квартиру, Дементьев заставил себя навести порядок в жилище. Протер пыль, сделал влажную уборку. Сходил в магазин, купил продуктов. Захватил и бутылку водки. Около шести часов за стеной, звукоизоляция в доме была никакой, раздались веселые голоса, затем зазвучала музыка. Видимо, соседи решили что-то отпраздновать. Они, конечно, имели на это право, но радость других, когда его постигло горе, Андрей слышать просто не мог. Не мог оставаться дома. Поэтому, одевшись, вышел на улицу. Прогулялся по парку. Настроение ухудшилось. Он вспомнил, что в парке есть тихое кафе. Правда, в последнее время оно пользовалось дурной славой, как, впрочем, и сам парк, ставший вместо зоны отдыха, где раньше гуляло допоздна много народа, по сути притоном наркоманов и различных темных личностей. Но Дементьеву сейчас было наплевать на все. Он прошел в кафе, сохранившее так неуместное сейчас название «Солнечный зайчик». В кафе нашелся свободный столик. Возле стойки, заголив до трусов задницы, в ряд стояли три девицы. В «Зайчик» еще не набилась молодежь. Капитан заказал триста граммов водки, салат, минеральной воды. Официант быстро выполнил заказ. Выпив рюмку и бросив в рот кусок помидора, Андрей закурил. Тут же напротив него присела молодая, размалеванная, лет двадцати девица, из тех, что паслись у бара. По ее виду нетрудно было догадаться, чем она зарабатывает себе на жизнь. И не только себе. Девица поздоровалась:
– Привет!
Достала длинную сигарету, нагнувшись к Дементьеву:
– Мужчина не откажет даме в огоньке?
Андрей щелкнул зажигалкой:
– Пожалуйста.
Выпустив струю дыма в потолок, проститутка продолжила:
– А мужчина не угостит даму вином?
– И что пьет дама?
– Здесь подают неплохое полусладкое французское вино.
– Здесь – и французское вино?
– По крайней мере, этикетка заграничная, и на вкус напиток приятный. Так угостите?
– Заказывай сама, я оплачу!
– Прекрасно!
Она повернулась к бармену:
– Вадим! Бутылочку фирменного!
Бармен кивнул, и вскоре официант поставил перед проституткой бутылку вина, фужер и тарелку с шоколадными дольками. Видимо, это был стандартный набор проститутки, зацепившей клиента.
Андрей налил в фужер прозрачного вина. Девица сделала несколько глотков, продолжая курить свою тонкую длинную сигарету. Затем, затушив окурок, спросила, перейдя на «ты»:
– Как тебя зовут?
– Андрей!
– Хорошее имя! Мне всегда оно нравилось. А я – Лена.
– Очень приятно.
Елена расстегнула пуговицу и так сильно декольтированной, почти прозрачной кофточки, практически оголив небольшие, но упруго торчащие
– Как жарко! Наверное, опять сломался кондиционер.
– Ты здесь часто бываешь?
– Почти каждый день.
– Учишься?
Проститутка рассмеялась:
– Еще чего? Мне восьмилетки по уши хватило.
– Значит, оказываешь всевозможные услуги?
Глаза Елены блеснули похотливым огоньком. Она улыбнулась:
– И как ты только догадался? Кстати, нам незачем терять время в этом гадюшнике. За кафе, и сразу за парком, в неказистом с виду двухэтажном доме я снимаю очень уютную квартиру. Мы могли бы продолжить вечер там. Одни, Андрей, при свечах.
– Вечер, плавно переходящий в ночь, а ночь в утро?
– Почему бы и нет?
– И сколько это будет стоить, дорогая?
– Недорого. Червонец, плюс оплата спиртного, кроме того, что уже есть на хате. А там бутылка шампанского.
– Маловато!
– Вот и я говорю. Но разве это проблема? Все необходимое можно купить здесь. Бармен Вадим упакует в лучшем виде.
– И какие же ты услуги оказываешься за десять тысяч?
– Любые, Андрюша!
– Даже так?
– Да! Ты можешь делать со мной все, что захочешь, естественно, не причиняя боль, но на сексуального маньяка ты не похож. При желании и за отдельную плату мы можем обойтись без резины.
Дементьев посмотрел на проститутку:
– А сколько тебе лет, Лена?
Девица фыркнула капризной кошкой:
– Фу! Что за вопрос? У женщин не принято спрашивать о возрасте, это неприлично.
– И все же?
– Какая тебе разница? Я молода, красива, стройна, в сексе опытна. Что еще надо, чтобы хорошо провести время?
– Какая, спрашиваешь, разница? Отвечу. А если тебе нет восемнадцати лет? И ты после первого же траха вдруг вызовешь милицию? Я же тебя не знаю. Не знаю, что у тебя на уме. И вот, если тебе нет восемнадцати лет, меня легко обвинят в совращении несовершеннолетней. И вы с ментами решите доить меня, как бестолковую корову. Теперь понятен мой интерес к твоему возрасту?
– Мне что, паспорт тебе показать?
– Свидетельство о рождении.
На этот раз проститутка внимательно и подозрительно посмотрела на Дементьева:
– Ты что, издеваешься надо мной?
Андрей, которому порядком надоело вынужденное общение со шлюхой, сказал:
– Вот что, девочка! Забирай-ка ты свое французское вино, шоколад и иди, найди себе другого клиента, а лучше отправляйся домой и подумай, как дальше жить будешь. Ведь лет через пять за тебя не то что червонца, а пятьсот рублей давать не будут. Если ты еще проживешь эти пять лет.
Елена сжала шубы, прошипела:
– Ты, козел! Чего муму травил, если не хотел трахаться?
– Уйди! Надоела.
– Да пошел ты сам, импотент задроченный!
– Проваливай! И следи за базаром, кому как не тебе должно быть известно, что за него иногда приходится ответ держать. Да не смотри на «быков», что у стойки на нас пялятся, они тебе не помогут.
– Слушай, а ты не мент случайно?
– Все! Сказал, проваливай!
Девица схватила бутылку, тарелку, пачку сигарет и отошла к стойке бара. К ней подошел один из накачанных молодых парней, что-то спросил. Проститутка объяснилась, кивая на Дементьева. Парень, выслушав ее, подошел к дружкам. Посоветовавшись, они остались на месте. Видимо, поднимать шум в начале вечера не входило в их планы. Ну, сорвался клиент, черт с ним, другой крючок заглотит. Позже.