Гори
Шрифт:
– Мой меня убьет.
– Тебя… – она сказала это так горько, что сама удивилась. – От меня вообще мокрого места не останется. Городская шлюха. Тебя-то просто…
– …будет регулярно колотить местная полиция?
Она посмотрела на него. На короткие волосы, зверски выстриженные по бокам, на тощие руки, на пару робких волосинок, проклюнувшихся там, где теоретически могли бы колоситься усы.
Он прав. Она тоже. И ни один из них ничего не может с этим поделать.
– Тайна,
Она утвердительно промолчала, потом сказала:
– Нам пора.
Открыла черную дверь офиса, ту, что выходит в переулок с мусорными баками на задах закусочной – свет едва достигал туда от дальнего уличного фонаря. но и его оказалось достаточно, чтобы разглядеть помощника шерифа Келби с дубинкой наголо и ухмылкой на роже – ухмылкой, которая станет преследовать Сару Дьюхерст до конца ее дней.
– Шалава, – таким было его первое слово.
Очень емкое. Оно сообщило ей все что нужно относительно того, как события будут развиваться дальше.
– Сара… – за спиной у нее появился Джейсон и замер при виде Келби.
– Все знают, что такие, как ты, – сплошь шалавы, – возвестил Келби со спокойной радостью, которая нервировала куда больше его обычной тупой злобы. – Но заниматься этим с желторожим убивцем? Тут уж дальше падать некуда.
– Уж кому это знать, как не тебе, – процедил Джейсон.
На сей раз Сара даже не стала его предостерегать. Хуже так и так не сделаешь.
– Шалава, – повторил Келби все с той же довольной ухмылкой. – Твоему папочке это жутко понравится.
– Прекрати так с ней разговаривать, – сказал Джейсон.
– И кто же меня остановит? – полюбопытствовал Келби, делая шаг вперед и подкидывая дубинку в воздух с переворотом.
Поймал, надо же – точно в игру какую играет.
– Мы ничего плохого не делали, – заявила Сара – но дрожащим голосом.
– Тогда какого же вы прятались? – осклабился Келби.
– Зачем вы это делаете? – прошептала она (он уже шел к ней, тесня назад). – Почему вы такой?
– Мне причины не нужны. И уж точно не для такой грязной шлюхи, как ты.
– Не смей ее так называть, – Джейсон вклинился между ними.
Дубинка хлестнула так быстро, что у Джейсона не было ни единого шанса поднырнуть. Парню прилетело в кадык, и он рухнул на колени, выкашливая легкие.
– Прекратите! – завизжала Сара.
Келби повернулся к ней:
– Или ты – что?
Он снова принялся на нее надвигаться, пока девочке в поясницу не уперся мусорный бак. Близко, слишком близко.
– Эй, – сказал он почти шепотом. – Может, мы и сможем прийти к какому-то взаимному пониманию, а? Уделишь мне немножко того, что даешь ему…
Еще ближе. Из подмышек у него откровенно воняло, голодные хоречьи глазки так и рыскали по ней в скудном свете фонаря. Он сунул конец дубинки
– Нет, – сказала она.
Он не слушал.
– Нет.
Но он продолжал тянуть материю вверх.
В ужасе она пролепетала что-то, но слишком тихо – он не расслышал.
– Что ты там сказала?
– Я сказала, все тебя ненавидят.
Он остановился.
Она вся дрожала, голос тоже, но взгляд, встретившись с его, каким-то образом оказался тверд.
– Все в этом городе тебя ненавидят. Не замечал, как они глаза закатывают, когда слышат твое имя? Каким глупым тебя считают? Даже самые злые люди в городе знают, что ты идиот.
Это было уже слишком. И слово, и вся фраза. Да и весь абзац был уже слишком.
Сара и сама это знала – прочла у Келби на физиономии. Она сама сделала шаг с обрыва и могла теперь только гадать, сколько пройдет секунд, прежде чем она размозжит себе голову о камни внизу.
– Сара, – Джейсон, кашляя, подымался на ноги, но было уже слишком поздно.
Помощник шерифа Келби отступил, расстегнул кобуру и вытащил пистолет.
– Ты арестована, девочка.
– И за что же? – но Сара уже и так знала.
Никому, выглядящему как она, не дозволялось так говорить ни с кем, выглядящим как он.
– Нападение на офицера полиции, – возвестил Келби.
– Она на тебя не нападала, – прохрипел Джейсон.
– Правда? Тогда как так вышло, что мне пришлось защищаться?
Без предупреждения он размахнулся пистолетом и въехал ей по челюсти, опрокинув в грязь. Шок оказался сильнее боли – та была далекая и пришла не сразу. Голова словно отвалилась, кровь брызнула прямо из кожи, все тело возопило, протестуя против этого…
Откуда-то сверху доносились рычание и глухие удары, мяса об мясо, кулака о кость. Это Джейсон бросился на помощника шерифа Келби. Ох, как же она ошиблась. У ситуации оказалась куча способов стать еще хуже! Она понятия не имела, кто там побеждает, кто проигрывает в схватке, но у той не было исхода, благоприятного для нее или для Джейсона.
Сара попыталась перекатиться, перевернуться, держась за челюсть, гадая, сломана она или нет, все пытаясь выговорить: «Джейссссон…»
Они все еще мутузили друг друга.
– Джейсон, пусти его…
Раздался выстрел.
Сара заледенела.
Джейсон и помощник шерифа Келби так и цеплялись друг за друга, кажется, пребывая в глубоком шоке.
– Джейсон? – сказала она. – Джейсон!
Тот отшатнулся от Келби. Даже в этом чертовом полумраке она видела кровь, багровеющую на белой рубашке, которую Джейсон надевал в закусочную. Больше не белой.