Город Антарктида

Каганов Леонид Александрович

— Слушаюсь, Дмитрий Борисович. Виноват, больше не будем. — ответил Гусев покорно.

Дмитрий Борисович отсоединился. Играются, значит, бездельники. Служба охраны! Или решили развлечь босса?

И тут на крышу вышла толпа журналистов. Когда улеглась суматоха, расстановка аппаратуры, ссоры за место, Дмитрий Борисович начал говорить, попутно демонстрируя ролики.

— Вы находитесь на крыше главного здания проекта. Это огромное здание служит основой башни одного из пяти плазмогенераторов. Первые этажи занимают лаборатории, жилые отсеки, администрация. Следующие шестьдесят этажей будут заняты после открытия

Города. Посмотрите на территорию вокруг — на сады, парки. Все это было построено за полгода. Вы видите, что природа Антарктиды вполне позволяет здесь жить. Пока эта территория ежедневно обходится в большую сумму — на обогрев тратится колоссальная энергия. Мы же планируем осваивать территорию, по площади чуть больше Франции, а в дальнейшем освоить весь континент. Как обогреть все это? Это под силу только дешевой энергии плазмы. Посмотрите на экран — по краю выбранной территории установлены пять станций плазмогенераторов. Пока это пять автономно отапливаемых оазисов, но после запуска системы между ними возникает плазменный поток, раскаленное одеяло плазмы, висящее на высоте десять тысяч километров над всей территорией. Это пока все, для чего мы здесь работаем. Теперь я жду ваших вопросов.

— Журнал «Экономикс». Скажите, чего ради осваивается территория Антарктиды?

— Ее освоение с помощью наших технологий не требует огромных средств, за всю историю человечества гораздо большие средства требовались на освоение космоса, да и той же Антарктиды, кстати, тоже. А для чего — полезные ископаемые, возможность уникальных исследований, проблема перенаселения в конце коцов. Мы здесь строим новую страну, новую природу, новый климат. Возможно здесь будут жить новые люди, элита человечества. Вообще, человечеству постоянно требуется экспансия, деятельность. Победы, войны. Что лучше — война или Антарктида?

— Журнал «Вестник экологии». Я знаю, что спектр излучения свободной плазмы губителен для всего живого. Объясните, как вы это преодолеете?

— Хороший вопрос. Снизу «одеяло» плазмы прикрыто «наволочкой» из силового поля, не позволяющей проникать жесткому гамма-излучению. Это защитное поле, наподобие того, что накрывает сейчас наш маленький оазис, будет конфигурировано таким образом, чтобы пропускать лишь свет видимого спектра и тепловое излучение.

Вперед вышел высокий бородатый мужчина, открыл рот и произнес хорошо поставленным женским голосом:

— Добрый день! Я представляю телекомпанию новостей Австралии. Как будет влиять плазменное солнце на близлежащие континенты?

«Идиот, — подумал Лебедев, — Ты не мог взять автопереводчика с мужским голосом?»

— С верхней стороны плазма тоже закрывается таким же полем. Таким образом, над Антарктидой будет висеть гигантское одеяло плазмы, накрытое со всех сторон наволочками, излучающее только свет и тепло. Жесткое излучение не пойдет ни на Антарктиду, ни на близлежащие территории, это мы гарантируем.

— Спасибо. Еще вопрос — планируется строительство территорий других государств?

— Да, по проекту через пять лет после пуска первой территории начнется ее расширение за счет строительства японского, английского, американского, австралийского и китайского секторов.

— «Радио Москва». Солнце будет включено постоянно?

— Нет, мы установим двенадцатичасовой световой день, каждую

ночь по московскому времени солнце будет отключаться.

— Визоканал «Новости со всего света» Не растопятся ли льды и не поднимется ли уровень океана?

— Сразу видно, что вы дилетант. Нет, этого не произойдет.

— Журнал «Аналитик». Чем вызвана задержка запуска солнца?

«Так. Начинается», — подумал Дмитрий Борисович. Но ответ у него был готов.

— В целях обеспечения стопроцентной безопасности, мы, так сказать, не можем пустить в эксплуатацию солнце если есть хоть э-э-э… мизерная возможность сбоя. Сейчас заканчивается отладка системы конфигурации и защиты. У нас есть четыре слабых места в защите — это расчетная цифра для комплекса из пяти конфигураторов. Однако где они локализованы мы заранее не знаем — это зависит от размещения магнитных полей ландшафта. Чем на большую мощность включается солнце, тем более вероятен пробой. Три точки мы уже обнаружили и укрепили — вот они на карте — поиск четвертой продолжается.

— Когда она будет найдена?

— Я думаю в течении трех недель она точно проявится. Когда она проявится, система управления поставит на нее защиту и солнце автоматически будет включено на полную мощность.

— Еженедельник «Ведомости неведомого». Скажите, а где может быть эта точка и как она проявится? Может воспользоваться услугами экстрасенсов?

Журналисты захихикали и оживились.

— Э… Видите ли в чем дело. Пробой может быть в любом месте, хоть над вашей головой. Но экстрасенсам мы предпочитаем академиков, все-таки это надежнее.

Журналист испуганно взглянул вверх, задрав смешную козлиную бородку. «Кто его пустил в правительственную группу журналистов?» — подумал Дмитрий Борисович и улыбнулся:

— Не волнуйтесь, пока солнце не включено. Сейчас мы его включим в демонстрационном режиме на одну сотую мощности. Это не опасно.

Он театрально взмахнул рукой — в этот же миг включилось солнце — в рубке ждали этой команды. В небе развернулось тусклое алое облако — прямо высоко-высоко над головой, немного на запад и к востоку — сколько хватало глаз. Стало чуть светлее. Журналист «Ведомостей неведомого» испуганно задергался и незаметно перекрестился.

— Агентство «Кэнеди Ньюс». Скажите, вы планируете как-то изменить проект когда станете Президентом?

— Об этом рано еще говорить.

— «Час новостей». Какие у вас отношения с кандидатом Кучковым?

Дожили. При чем тут? Тут же в ухе заработал микрозвучок и раздался голос агента аналитического отдела — вопрос был провокационный и тут отвечать самостоятельно было опасно. Дмитрий Борисович выслушал аналитика и повторил за ним:

— Отношения со всеми кандидатами позволяют надеяться что может быть достигнут конструктивный диалог.

— «Канада-таймс». Вы имеете образ крупнейшего ученого и благотворителя в средствах массовой информации, какова ваша реальная работа в области благотворительности?

Дмитрий Борисович удовлетворенно кивнул.

— Я являюсь организатором «Фонда детей-инвалидов».

— Спасибо. Не связано ли это с тем, что ваш сын с рождения болен церебральным параличом?

Дмитрий Борисович опешил. Вот сволочь! В ухе заговорил аналитик.

— Вероятно в данном случае это не имеет значения. — повторил Дмитрий Борисович.