Город богов
Шрифт:
Так и не добившись ответа, горожанин недовольно поморщился.
— Идите за мной. Быстрее, — он схватил юношу за руку, увлекая за собой, не давая караванщикам более ни одного мига на то, чтобы прийти в себя, привыкнуть к новой незнакомой обстановке.
— Вы покажете нам город? — с трудом поспевая следом, спросила Сати.
Но чужак не ответил ни взглядом, ни движением головы. Он слишком торопился уйти подальше от городской площади и расположившегося на ней каравана.
Спустя некоторое время блужданий в сумраке тесных каменных комнат — пещер
Горожанин оглянулся, затем поспешно закрыл за собой дверь. — Уф, - облегченно выдохнул он, опершись спиной о стену.
Юноша и девушка смотрели на своего проводника, терпеливо ожидая, пока он будет готов вести их дальше.
— А где у вас сад? — Сати побывала не в одном городе и знала: сколь бы они ни были разными, во всех есть и общие черты, нечто незыблемое, неизменное — священный холм и возвышавшийся над ним храм, городская площадь и фруктовый сад — незабываемый в своем цвету, прекрасный, полный жизни и свежести.
— Что? — чужак удивленно взглянул на девушку.
Караванщики переглянулись. Нет, бывало, что речь горожан чуть отличалась от диалекта, использовавшегося торговцами, но всегда можно было разобрать смысл… К тому же, им казалось, что до этого момента они прекрасно понимали друг друга.
— Идите за мной. Вас ждут, — горожанин вновь зашагал вперед, всем видом показывая, что нет никакого смысла говорить сейчас о чем-то вообще.
Ри поспешил за ним следом, стараясь не отставать, и лишь Сати замешкалась:
— Но у нас ведь нет знакомых в этом городе… — удивленно глядя на проводника, проговорила она.
Юноша быстро вернулся к ней, схватил за руку, видя же, что та продолжает сопротивляться, не желая делать следующий шаг, хотя первый и был уже пройден, проговорил на ухо:
— А вчера? Разве вчера мы никого не встретили, ни с кем не познакомились?
— Хозяин города? Ты думаешь, с нами хочет поговорить маг?
— Почему бы и нет?
— Но мы даже не прошли испытание и не имеем своей судьбы!
— Разве это помешало ему вчера разговаривать с нами? Он видит в нас взрослых людей, а не сопливых малышей. Представляешь, сколько всего он может нам рассказать! А что, если он согласится показать храм? Мы с тобой будем единственными караванщиками, побывавшими в нем! Нам будет завидовать даже Мати!
— Идем скорее! Мы не можем заставлять его ждать! — и, оставив позади все страхи, она поспешила вперед.
И никому из них не пришло даже в голову удивиться: зачем нужно было петлять по лабиринту города, когда караван стоял у самого подножия священного холма, и оставалось только подняться, чтобы попасть в храм.
Впрочем, у всего могли быть свои причины.
Горожанина, который на сей раз не стал дожидаться своих спутников, заранее
Он был высок и могуч. Серый камень, сменивший привычную зеленую траву, делал его мрачным и, в то же время, подчеркивал силу и неведомую доселе, тайную, наполненную ожиданием чуда, власть над разумом и душой.
Чужак сразу же повел их к храму.
Поднимаясь наверх по узкой, извилистой дорожке, Ри с Сати с нетерпением предвкушали то, что ждало их впереди. Их глаза горели. Они не скрывали своей радости: на их долю выпало такое удивительное приключение!
Горожанин подвел их к вратам, отворил тяжелые золоченые створки дверей и, введя в просторный зал-преддверие, бросив через плечо:
— Ждите здесь, — поспешно устремился к двери, ведущей во внутренние, закрытые для ока посторонних, покои.
Оставшись одни, Ри и Сати, сжав пальцы в кулаки, стараясь унять вдруг накатившую дрожь, стали восхищенными взглядами осматривать место, в котором они никогда и не мечтали побывать, но оказались волей судьбы.
Воистину, их глазам предстало потрясающее зрелище. Высокие стены были покрыты раскрашенными яркими насыщенными красками барельефами, которые придавали изображенным на них картинам из легенд объем и жизнь, так что казалось, будто Гамеш, замерший на нарисованном царском троне, пронзал пришельцев внимательным взглядом. Пол, покрытый отполированными до блеска камнями, не просто отзывался гулким голосом-эхом на каждый шаг, но и отражал все, возвышавшееся над ним, являя собой тонкую затуманенную грань между двумя мирами — верхним, реальным, и нижним, зеркальным.
— Ух ты! — только и мог произнести Ри. Его взгляд упал на золотой, покрытый причудливыми узорами чеканок и черни трон Хранителя, стоявший у дальней стены залы. Он был поднят на помост, так, чтобы хозяин города, даже сидя, был выше пришедших к нему советников или застывших на страже, охраняя покой, воинов. Вот и сейчас несколько стражей молчаливо стояли по обе стороны трона, глядя перед собой остановившимися, безучастными ко всему происходившему, взглядами.
На воинах были беленые туники из овечьей шерсти по середину бедра, а поверх них — тяжелые доспехи из металлических пластинок. К толстому кожаному поясу крепились длинные богато украшенные ножны, на щиколотках босых ног поблескивали золотые шнурки, концы которых были вдеты в бусины-талисманы.
Заробев, Ри поспешно вернулся ближе к двери, более не мечтая приблизиться к трону Хранителя, чтобы не только получше его рассмотреть, но и коснуться рукой.
Не смея произнести ни слова, боясь нарушить величественную тишину, караванщики замерли, терпеливо дожидаясь прихода хозяина.
Прошло несколько мгновений, и вот послышался тихий шелест-скрип приоткрывшихся золотых створок. Однако это была не дверь внутренних покоев, а входные врата.
Ри и Сати повернулись, услышав шорох несмелых шагов у себя за спиной.