Город часов
Шрифт:
Но сейчас я почувствовал страх. Неопределённый, он холодком пробежал по спине, поднимаясь, как тёмная вода. Страх шёл от туч.
Похоже, его чувствовал не я один – и без того немноголюдная улица стремительно опустела. Желание поскорее оказаться дома нарастало, но пока я держался, прежним неторопливым шагом идя по тротуару.
Гром рявкнул, казалось, прямо над головой, трескучими отзвуками раскатился над домами. Белый всполох молнии ударил по глазам. Это было последней каплей – я не выдержал, развернувшись, бросился к ближайшему спасительному
Домой я вернулся только спустя часа три, когда ярость дождя стихла, сменившись мелкой моросью, насквозь промокший и замёрзший. Термометр за окном показывал всего плюс десять. К счастью, в своё время Александра Павловна озаботилась установкой газовой колонки, поэтому следующие полчаса я отогревался в ванне, потом пил обжигающе горячий и очень сладкий чай.
За окном клубился туман, скрадывая очертания соседних домов. Я мельком глянул на улицу. Ничего. Тихо и спокойно. Мелкий дождь навевал грусть.
Движение я засёк краем глаза. Словно что-то полупрозрачное мелькнуло за окном. Вгляделся в наступающие сумерки – ничего, только кисея тумана колышется. Стало неуютно, и я поспешил выйти из кухни. Самым странным было то, что сознание упрямо доказывало мне – то, что мелькнуло за окном, было похоже на всадника, сотканного из тумана…
Глава 3
Первый звонок
Парусники скользили вдалеке, то полыхая белыми крыльями, то слепя глаза солнечными искрами на острых гранях ветроуловителей и солнечных панелей. Стайка разноцветных грависёрфов носилась над лёгкими волнами, на почтительной дистанции от них двигались две оранжевые полусферы робоспасов.
Оранжевый же, немного похожий на большой апельсин, волейбольный мяч перелетел сетку. Я успел поднырнуть, принимая его на раскрытые ладони, и свечой послал мяч в небо. Уф, пронесло… Разыгрывался первый тайм волейбольного матча между сборными Города и обсерватории «Сфера».
Я никогда особо не любил спорт. В детстве я имел достаточно плотную комплекцию, из-за чего постоянно подвергался насмешкам. Да и потом отдавал предпочтения интеллектуальным его видам. Скажи мне кто, что за неделю можно создать сильную и сыгранную команду – никогда бы не поверил. Да, в обычном мире нельзя. Но не в Городе…
Здесь были доступны маленькие хитрости со временем – его можно было растягивать и сжимать. По крайней мере, я понимал это так. В течение дня происходило такое количество событий, что их хватило бы на неделю, не меньше. Да и тренировки не были бездумным процессом, сами походя на некую игру. Да и я сам изменился. Мышцы налились упругой силой, стала отточенной реакция.
Первый тайм завершился вничью - 13:13.
Пятиминутный перерыв обе команды провели, поглощая мороженое и болтая обо всём на свете. Свисток автосудьи разогнал нас по площадкам, и снова мир наполнился стремительными бросками и не менее стремительными контратаками.
Подавал
Меня подняли, посадили, подбежала Алиса с оранжевым кубиком диагноста. Я поднёс ладони к лицу – ничего себе. Кровавые точки густо усеяли кожу.
– Ну-ка, - Алиса поднесла к моим ладоням диагност. Дохнуло прохладой, чуть защипало. Алиса убрала кубик, я недоверчиво осмотрел руки – ни единого следа. Колени подверглись той же процедуре, правда, чуть дольше. Я тем временем осматривал импровизированные зрительские трибуны.
Я увидел его. Он резко выделялся среди по-летнему одетых зрителей и игроков мышиного цвета глухим костюмом, такой же шляпой, низко надвинутой на лицо. И, похоже, его никто кроме меня не замечал. А я видел. Более того, я чувствовал его тяжёлый взгляд. Но стоило чуть отвести глаза, и серый человек размывался, исчезал. Только в упор его можно было увидеть.
– Всё, - произнесла Алиса, убирая аппарат.
– Спасибо.
Я вскочил, лишь на секунду отвёл взгляд, а когда повернулся, серого человека уже не было…
Наша команда выиграла с минимальным перевесом – 51:50. Витька Мохов от имени команды «Сферы» пригласил нас на матч-реванш, на что мы сразу согласились. Потом мы отправились на пляж, но я всё не мог забыть серого человека. Там, в моём мире, после той грозы ничего особого не происходило, если не считать, что август окончательно расклеился и каждый день серая морось и туман висели над улицами. Немного поплавав, я выбрался на солнцепёк и, прищурив глаза, стал рассматривать скользящие вдали корабли.
– Может, всё-таки сам расскажешь? – Алиса в своём алом купальнике присела рядом.
– Что, так видно? – уныло поинтересовался я.
Алиса кивнула. Я несколько секунд молчал, потом рассказал всё – и о странной грозе в нашем мире, и об ощущении, что за мной наблюдают, появившееся после сегодняшней игры, и о сером человеке. Во время рассказа Алиса молчала. Потом произнесла:
– Я никогда не слышала о подобном. Хотя в последнее время в Городе что-то происходит…
– Что?
Я приподнялся на локтях.
– Что происходит?
Алиса пожала плечами.
– Разное. Аварий много на море и в космопорту. Корабли пропадают…
Она закусила губу, отвернулась. Тогда я ещё не знал, что уже три дня как потеряна связь с кораблём космобиологической экспедиции «Синяя звезда», на котором летел отец Алисы... Но её тревогу я почувствовал, словно тёмную волну.
А в следующий момент я вновь ощутил тяжёлый липкий взгляд «серого человека». Я завертел головой. Вот он. В своём нелепом глухом костюме он смотрелся на пляже как белый медведь в тропиках.