Город костей
Шрифт:
В восемь часов Босх собрался ехать к ней, но Эдгар все не появлялся. Он доел пончик и решил подождать напарника еще минут десять, а затем уже отправляться без него. Он работал с Эдгаром больше десяти лет и до сих пор нервничал из-за его непунктуальности. Одно дело опаздывать на обед, другое — на службу. В медлительности Эдгара он видел недостаток преданности их миссии поисков убийц.
Зазвонил его прямой телефон, Босх ответил раздраженным тоном, думая, что это Эдгар оповещает его об опоздании. Но
— Значит, бросил женщину в постели одну-одинешеньку? Босх улыбнулся, и его досада на Эдгара мгновенно улетучилась.
— У меня напряженный день, — ответил он. — Надо пошевеливаться.
— Знаю, но мог бы сказать «до свидания».
Босх увидел идущего от двери Эдгара. Ему хотелось отправиться в путь до того, как напарник примется за свои ритуальные кофе с пончиком и просматривание спортивных новостей.
— Ну, я говорю «до свидания» сейчас. У меня множество дел, и нужно бежать.
— Гарри...
— Что?
— Я подумала, ты хотел швырнуть трубку.
— Нет, но я спешу. Слушай, приезжай до переклички, ладно? Я, наверное, уже вернусь к тому времени.
— Хорошо. До встречи.
Босх положил трубку и поднялся в тот момент, когда Эдгар подошел и бросил на свое место за столом сложенную газету.
— Готов?
— Да, я только хотел...
— Поехали. Я не хочу заставлять женщину ждать. И возможно, у нее будет кофе.
По пути Босх заглянул в корзинку файла для входящих бумаг. Судья Хьютон подписал его приложение к ордеру и вернул.
— Порядок, — сообщил Босх, показав Эдгару документ, когда они шагали к машине. — Видишь? Рано приезжаешь и все успеваешь.
— Это что означает? Выпад в мой адрес?
— Означает то, что означает.
— До чего ж кофе хочется.
24
Шейла Делакруа жила на так называемой «Миле чудес». Этот район к югу от Уилшир-бульвара не столь привлекателен, как соседний Хэнкок-парк, но застроен аккуратными домами на одну или две семьи со скромными архитектурными украшениями для придания индивидуальности.
Делакруа обитала на втором этаже двухэтажного дома с безвкусной отделкой. Она дружелюбно пригласила детективов войти, но на первый вопрос Эдгара о кофе ответила, что этот напиток возбраняется ее религией. Предложила чаю, и Эдгар неохотно согласился. Босх отказался. Ему стало любопытно, какая религия запрещает пить кофе.
Детективы сидели в гостиной, пока женщина готовила на кухне чай Эдгару. Она крикнула им оттуда, что в ее распоряжении всего час, а потом нужно ехать на работу.
— А что у вас за работа? — спросил Босх, когда она вошла с кружкой горячего чая, через край ее свисал ярлычок чайного пакетика.
Шейла поставила кружку на подставку на пристенном столике, рядом с которым
— Я агент по подбору актеров, — ответила Шейла, сев на кушетку. — Главным образом для независимых киностудий, телесериалов. Кстати, на этой неделе распределяю роли для фильма о полицейских.
Босх увидел, как Эдгар отхлебнул чай и скривил губы. Затем поднял кружку, чтобы прочесть надпись на ярлычке.
— Это смесь, — пояснила Делакруа. — Земляника и мята. Нравится?
Эдгар поставил кружку на подставку.
— Замечательный чай.
— Мисс Делакруа, вы работаете в развлекательной индустрии, может быть, знали Николаса Трента?
— Называйте меня, пожалуйста, Шейла. Так, Николас Трент. Имя кажется знакомым, но где его слышала, не припоминаю. Он актер или распределитель ролей?
— Ни то ни другое. Это человек, живший на Уандерланд-авеню. Он был декоратором — то есть оформителем декораций.
— Да, его показывали по телевидению, тот самый человек, который покончил с собой. Вот почему мне знакомо это имя.
— Значит, по работе не знали его?
— Нет, совершенно.
Ладно, собственно, об этом незачем было спрашивать. Давайте перейдем к вашему брату. Расскажите нам об Артуре. У вас есть его фотография?
— Да, — ответила Шейла, встала и направилась к стулу, на котором сидел Босх. — Вот он.
Она подошла к невысокому шкафчику, которого Босх не заметил у себя за спиной. Там стояли фотографии в рамках примерно так же, как у Джулии Брейшер на камине. Взяла одну, повернулась и протянула Босху.
На снимке мальчик и девочка сидели на лестнице. По ней Босх и Эдгар сюда поднимались. Мальчик был значительно меньше девочки. Оба улыбались в объектив, как дети, которым велели улыбаться, — видны были зубы, но уголки губ не загибались вверх.
Босх передал фотографию Эдгару и уточнил у Шейлы:
— Эта лестница... снимок был сделан здесь?
— Да, мы росли в этом доме.
— И отсюда он исчез?
— Да.
— Какие-нибудь его вещи сохранились?
Шейла печально усмехнулась и покачала головой:
— Нет, ни одной. Я все отдала на благотворительный базар в церкви. Давно уже.
— Что это за церковь?
— Уилширская церковь природы.
Босх молча кивнул.
— Это в ней запрещают пить кофе? — поинтересовался Эдгар.
— Все, что с кофеином.
Эдгар поставил фотографию возле своей кружки с чаем.
— Есть у вас еще его снимки? — спросил он.
— Конечно, у меня целая шкатулка старых фотографий.
— Можно мы поглядим на них? По ходу разговора.
Женщина в замешательстве нахмурилась.