Город костей

Коннелли Майкл

— А когда они уехали оттуда?

— О, по меньшей мере десять лет назад. Когда последний из тех детей вырос, большой дом стал им не нужен. Они продали его и уехали.

— Не знаете куда? Они в Лос-Анджелесе?

— Я припоминаю, — сказал Гийо. — Я определенно должен знать.

— Не спешите, доктор, — попросил Босх, хотя его мучило нетерпение.

— Рождество! — воскликнул Гийо. — Рождество. Я храню в коробке все поздравительные открытки, чтобы не забыть, кого нужно поздравить в будущем году. Жена всегда делала так. Не кладите трубку, я сейчас схожу за этой коробкой. Одри до сих пор

каждый год меня поздравляет.

— Пожалуйста, доктор. Я подожду.

Босх услышал, как Гийо положил трубку. Итак, он получит нужные сведения. Начал размышлять, что они дадут ему, но решил подождать. Сначала получить их, потом просеять.

Гийо вернулся через несколько минут. Босх все это время держал ручку над листом блокнота.

— Ну вот, детектив, нашел.

Гийо продиктовал адрес, и Босх едва удержался от шумного вздоха. Дон и Одри Блейлок уехали не на Аляску или еще в какой-нибудь далекий край. К ним можно было ехать на машине. Он поблагодарил доктора и положил трубку.

49

В субботу в восемь часов утра Босх сидел в служебной машине, глядя на маленький деревянный дом в квартале от главной улицы городка Лоун-Пайн, находящегося в трех часах езды к северу от Лос-Анджелеса, в предгорьях Сьерра-Невады. Пил холодный кофе из пластиковой чашки, другая стояла наготове. Кости ныли от холода, ночной езды и попытки поспать в машине. Он приехал в маленький горный городок, когда все мотели были уже закрыты. К тому же ему было известно по опыту, что, не забронировав номер, на выходные в Лоун-Пайн лучше не ездить.

Когда рассвело, Босх увидел синевато-серую гору, вздымающуюся в дымке за городком и подчеркивающую его ничтожность перед временем и естественным ходом вещей. Глядя на гору Уитни, высочайшую вершину Калифорнии [11] , он понимал, что она существовала задолго до того, как ее увидел человеческий глаз, и будет существовать еще целую вечность после того, как ее станет некому видеть.

Босх проголодался, ему хотелось отправиться в какую-нибудь закусочную, съесть бифштекс с яичницей, но он не покидал своего поста. Из Лос-Анджелеса в Лоун-Пайн люди едут не только потому, что терпеть не могут многолюдье, смог и ритм жизни большого города. Дело еще в том, что они любят эту гору. И Босх не мог позволить себе риска допустить, чтобы Дон и Одри Блейлок ушли на утреннюю прогулку в горы, пока он будет есть. На пять минут Босх завел мотор и включил отопление. Таким образом он грелся, экономя бензин, всю ночь.

11

4418 метров.

Босх наблюдал за домом, ждал, когда там загорится свет или кто-нибудь выйдет взять газету, брошенную из проезжавшего пикапа на подъездную аллею два часа назад. Босх знал, что это не «Лос-Анджелес таймс». Людям в Лоун-Пайн нет дела ни до Лос-Анджелеса, ни до совершающихся в нем убийств, ни до работающих там детективов.

В девять часов Босх увидел, что из трубы дома заклубился дым. Через несколько минут появился мужчина лет шестидесяти в нижней рубашке и взял газету. Он взглянул на машину Босха и вернулся в дом.

Босх

понимал, что его машина бросается в глаза, но не собирался прятаться. Он просто ждал. Теперь завел мотор, подъехал к дому Блейлоков и свернул на подъездную аллею.

Когда Босх подошел к двери, мужчина, которого он уже видел, открыл ее раньше, чем он успел постучать.

— Мистер Блейлок?

— Да, это я.

Босх показал ему полицейский значок и удостоверение.

— Можно поговорить с вами и с вашей женой несколько минут? Меня привело к вам дело, над которым я работаю.

— Вы один?

— Да.

— Долго сидели там в машине?

Босх улыбнулся:

— Часов с четырех. Приехал слишком поздно, чтобы снять номер.

— Входите. Кофе у нас сварен.

— Если горячий, с удовольствием выпью.

Блейлок провел Босха в комнату и указал ему на стулья и кушетку возле камина.

— Я схожу за женой и кофе.

Босх подошел к стулу, стоявшему ближе всех к огню. Собираясь сесть, увидел фотографии в рамках на стене за кушеткой. Подошел и стал разглядывать их. На фотографиях только дети и молодые люди. Всех рас. У двоих явно физические или умственные недостатки. Приемные дети. Он вернулся к стулу и сел.

Вскоре появился Блейлок с большой кружкой дымящегося кофе. Следом за ним в комнату вошла женщина. Она казалась немного старше мужа. Глаза у нее были еще заспанными, но лицо добрым.

— Это моя жена, Одри, — сказал Блейлок. — Вы пьете кофе черным? Все полицейские, которых я знал, пили черный.

Муж с женой устроились на кушетке.

— Черный, пожалуйста. Вы знали полицейских?

— Когда жил в Лос-Анджелесе, многих. Я тридцать лет работал в пожарной охране. Уволился начальником депо после беспорядков девяносто второго года. Решил, что с меня хватит. Поступил на работу как раз перед началом волнений в Уоттсе [12] , а ушел после случившихся в девяносто втором.

12

Большой негритянский район Лос-Анджелеса, где в 1965 году происходили беспорядки.

— О чем вы хотели поговорить с нами? — спросила Одри, видимо, раздраженная болтовней мужа.

Босх допил кофе и произнес:

— Я служу в группе расследования убийств. В голливудском отделении. Работаю над...

— Я шесть лет работал там в тысяча девятьсот пятьдесят восьмом году, — сказал Блейлок, имея в виду пожарное депо, расположенное позади голливудского отделения.

Босх кивнул.

— Дон, дай человеку рассказать, зачем он приехал в такую даль, — промолвила Одри.

— Прошу прощения, продолжайте.

— Я работаю над одним делом. Убийством в Лорел-каньоне. Мы опрашиваем людей, живших на той улице в восьмидесятом году.

— Почему в то время?

— Потому что убийство произошло тогда.

Хозяева дома в недоумении уставились на него.

— Это что, одно из сокрытых дел? — спросил Блейлок. — Я не помню чего-то такого в то время в нашей округе.

— В определенном смысле оно сокрытое. Только тело было обнаружено меньше двух недель назад. Оно было похоронено в лесу. На склоне холма.