Город (Крысолов - 1)
Шрифт:
Впереди опять показались три зеленых задницы с желто-красными хвостами. Лобастый пискнул - но на этот раз пищал он не угрожающе. Не отгонял любопытных диких крыс, а предупреждал, что впереди что-то есть. Что-то, посерьезнее диких и трусливых одиночек.
Стас дошагал до крысиного авангарда и остановился.
Теперь, когда звук шагов и дробные эхо перестали наполнять уши постоянными шорохами, стал слышен писк. Тихий, но во много глоток.
Кажется, метров через двадцать впереди вправо шло ответвление.
– Ушастик! Скалолазка!
Арьергард
– Охранять, - скомандовал Стас.
Поставил Серого на землю между крыс и отстегнул карабин поводка от пояса. Поставил сумку, снял рюкзак с аппаратурой. Сунул руки под полы куртки и взвел "хеки". В принципе, не должны понадобиться. Но лучше не рисковать.
Пошел вперед, - медленно, медленно, чтобы не спровоцировать атаку, заглянул в ответвление.
Так и есть. За поворотом решетка, в ней приоткрытая дверца, рядом сбитый и давно заржавевший замок. Отсюда и пищало. За решеткой три десятка крыс перегородили путь. Стояли четко - в пять линий по шесть морд.
Нет, не тридцать. Одной крысы в последнем ряду не было.
Побежала докладывать?
Здесь коммуникационный туннель смыкался с туннелями метро - бывшего метро. До резиденции Арни, бывшей станции Арбатской, рукой подать.
Стас оглянулся назад, на свою личную гвардию. Напряженно застыли, как бегуны перед стартом.
У них-то тепловизоров нет, и им в этой кромешной тьме ничего не видно. Полагаются только на слух, запахи и память.
– Все в порядке, - сказал Стас.
– Ждать!
Личная гвардия расслабилась. Белоснежка тут же уселась, облизала ступню задней лапы и начала мыть-вычесывать бок.
Стас вернул "хеки" на предохранитель. Привалился плечом к стене. Надо подождать.
Минут через пять показалась сначала одна крыса, за ней и вторая. Вид в тепловизоре был совсем не такой, как глазами в обычном световом диапазоне но, кажется, эта вторая крыса знакомая. Тот офицер, главный в крысиных войсках Арни.
Точно. Крыса приветливо шмыгнула носом, потом запищала - этаким хорошо поставленным командным писком - на своих. Взвод, охранявший туннель, разлетелся по краям туннеля. Встали на задние лапки, вытянулись - и резко, все как один, рухнули обратно на четыре, цокая когтями по мерзлому бетону.
Дробный стук когтей унесся в коридоры, прилетая обратно затихающими эхо... Отдали честь. Ох уж этот Арни, фантазер. Не только тех, отборных крыс внутри станции вымуштровал? Всех своих крыс научил отдавать честь?
Стас сунул руку в карман, за красным фонариком...
Дьявол! Ну конечно, что-то да забыл.
Фонарик остался в доме. Выложил на столик, когда укладывал в сумку обычный плащ. Да так и забыл его прихватить...
Ладно, обойдемся.
Стас пошел обратно.
– Серый, давай ко мне...
– Стас чуть прикоснулся к шерстяной макушке, чтоб не напугать. Серый-то без тепловизора, ничего не видит.
Уговаривать его не пришлось. Тут же схватился за ладонь, пробежался лапками по руке, по животу - и вскарабкался по ноге, как по дереву, занял привычное место
Стас подхватил с земли рюкзак и сумку и вернулся к развилке. Одевать рюкзак не требовалось. Здесь нужды в свободной руке нет, здесь не опасно. Тут ситуацию целиком и полностью контролировали цивильные крысы.
Крысиный офицер еще раз приветливо фыркнул - видно, принял Серого тоже за вполне "высшее существо", вроде Арни или его друзей, - и засеменил прочь по туннелю.
Идти по шпалам в полной темноте неудобно - даже с тепловизором.
Во многих случаях тепловизор куда лучше обычного прибора ночного виденья. Но иногда прибор ночного виденья с активной подсветкой просто незаменим. Хоть температуру тел не различить, а активная подсветка выдаст врагу, если у него есть прибор ночного виденья, - но зато можно нормально рассмотреть холодные вещи, даже если они одной температуры.
А тут спотыкайся... Температура у шпал и земли одна и та же, и очень маленькая. В тепловизор они были одинаковым, сплошным черным фоном. Идти совершенно невозможно. Когда ноги ступали то на шпалы, то между ними, казалось, что это сама земля ходит ходуном, и то подпрыгивает вверх, то уходит вниз.
Стас промучился метров двадцать, а потом взял рюкзак и сумку в одну руку и пошел по краю туннеля, сбоку от рельсов, где шпал не было.
Серый закрутил головой, завозился на груди. Вдруг радостно выдал:
– О-у-а! О-у-а!
– Что такое?
– О-у-а! Айт, айт!
Стас остановился. Ага, вот оно что. Стены туннеля впереди стали едва заметно красными. Словно чуть теплее. Но ведь Серый не мог видеть в инфракрасном диапазоне...
Стас стянул с глаз тепловизор. Поморгал, привыкая к обрушившейся темноте. Потом заметил.
Впереди разливалось едва заметное свечение. Где-то далеко впереди был поворот или ответвление, и за углом светила лампа. Оттого и стены были чуть теплее - не сами стены, конечно, а их тонюсенький поверхностный слой.
Значит, уже совсем близко.
– Радуйся, Серый, радуйся. Почти пришли.
Откуда-то из темноты раздался писк. Не родной - своих пятерых-то и по писку различить, и даже на ощупь. Крысиный офицер. Зовет идти дальше, что ли?
Стас натянул тепловизор. Пошел за офицером.
Точно, вот и поворот. Вон и яркая, синяя-синяя полоска люминесцентной лампы. По стенам вокруг нее разлилось красное свечение, тускнея по мере удаления. От света лампы покрытие стен чуть нагревалось и светилось в инфракрасном диапазоне.
– О-у-а!
– радостно оповестил Серый.
Но когда поравнялись с лампой, заволновался. Вдруг отлип от груди, спрыгнул вниз и зашмыгал носом, принюхиваясь.
Стас остановился.
– В чем дело?
Снял тепловизор. Всем он хорош, кроме одного. Черта с два в нем разберешь выражение лица. Все выглядит совсем не так, как глазами при обычном свете. Наверно, теоретически это и возможно, но тренироваться надо годами. Фактически заново учиться смотреть.