Город Мёртвых
Шрифт:
– Жаль, что собаку пришлось оставить, – быстро предложила я другую тему для разговора. – Она меня спасла.
Я отошла и зажгла горелку, ставя кипятиться воду. Том, хранил таинственное молчание, а я смотрела на синее пламя как завороженная, словно этот процесс был самым важным действом во всей вселенной.
Одному Великому Всемогущему разуму известно, каким образом нам так до сих пор везло. Впереди нас ждал трудный путь, и я не старалась загадывать, останемся ли мы в живых. Мою голову начинали посещать странные мысли о том, что лучше что-то сделать и сказать сейчас, пока не стало поздно.
– Странно, что ты не задаёшь больше вопросов… неужели тебе не интересно, что произошло? – усмехнулась я себе под нос, не выдержав молчания.
Наконец, боковым зрением я увидела, что Том поднялся. Он медленно подошёл ко мне сзади и молчаливо замер, всего в паре каких-то чёртовых сантиметров от меня. Сердце учащённо забилось от ощущения трепета, порождённого его близким присутствием. Запах влажного пара от горячей воды глубоко проник в мои лёгкие и вырвался тяжёлым вздохом. Его руки легли мне на плечи, заставив меня вздрогнуть, и, чуть сжав их, медленно поползли вниз по бокам, словно вжимаясь в моё тело. Дойдя до уровня талии, они уверенно скользнули вперёд и обвились вокруг, заключая меня в объятия. Я судорожно выдохнула, настойчиво прогоняя ощущение назойливых бабочек в животе. Том, изрядно наклонившись, практически невесомо поцеловал меня в затылок, согрев своим горячим дыханием кожу головы, чем чуть не отправил мою душу вон из тела.
– Не хочу, чтобы ты опять злилась, – мягко проговорил он. – Главное, что с тобой всё в порядке. Подробности не так важны.
– Вот как… – с трудом выдала я.
На самом деле, мне действительно было о чём ему рассказать. О странном поведении зомби в том числе. Но слова, так навязчиво кружившиеся в голове до этого, почему-то категорически не хотели оглашаться. Наоборот, скорее хотелось просто помолчать.
Но тут всё испортила закипевшая вода, норовившая вырваться из ёмкости. Я вынырнула из временной ямы и лихорадочно заметалась по кухне. Томас же, как ни в чём ни бывало, уселся обратно, закинул ногу на ногу и с интересом наблюдал за мной, облокотившись о стол.
– Тин, – наконец подал он голос, спустя долгое молчание. – Полагаю, это не твоё настоящее имя?
– Да, – как можно спокойнее ответила я на неожиданный вопрос, убирая нависающие на лицо волосы.
– А могу я узнать твоё настоящее имя? – с надеждой спросил мужчина.
– Нет, – я постаралась, чтобы мой ответ звучал как можно мягче.
– Почему?
Я осмелилась встретиться с ним глазами и сказала, как можно убедительнее:
– Это не важно, – и тут же отвернулась, потому как выглядел он сейчас просто обезоруживающе.
– Мне важно, – не согласился Томас. – Кого ты играешь под этим именем? Ты ведь очевидно пытаешься закрыться за выдуманным образом. Зачем?
– А ты всё копаешь, – нервно усмехнулась я. – Я-то думала, что мы договорились…
– Конечно, – даже не стал отпираться англичанин. – Ты интересна мне. Естественно, что я буду продолжать это делать и дальше.
– Послушай, – вздохнула я, почувствовав, как от его слов звонко брякнула
– Что ты имеешь в виду? – нахмурился Стенсбери, предчувствуя что-то не совсем приятное.
– Будь на моём месте любой другой человек – ты бы общался с ним, – пояснила терпеливо я. – Будь на моём месте любая другая девушка, ты бы тоже ей интересовался. Да ещё бы, что скорее всего, избежал лишней нервотрёпки.
– Или я бы погиб в тот же день, как мой самолёт приземлился в этом городе, – судя, по изменившейся интонации голоса, всплывшая тема Тому явно не понравилась.
– В любом случае…
– Бред!
Стенсбери резко поднялся и решительно вышел из кухни. Моё скромное кулинарное творчество мирно докипало на горелке, причудливо шевелясь, и совершенно не подозревая о разгоравшихся вокруг страстях.
– Большего бреда в жизни не слышал! – приглушённо донеслось из комнаты.
Не знаю почему, но мои губы вдруг тронула улыбка. Том снова злился, но гнев его был праведным и не сулил ничего плохого. Необъяснимая теплота разлилась внутри, даря чувство пьянящей нежности по отношению к этому человеку. Это было совсем не похоже на всё то, что я чувствовала к нему до этого. Кажется, я была бесповоротно влюблена в этого негодяя. Вот дура.
Отключив горелку, я оставила своё варево остывать, прихватила несколько рожков с патронами и изоленту. Автомат ожидал меня там же, где я его и оставила. Небрежно схватив его за ремень, я втащила всё это в зал, где Том восседал в кресле в образе, не больше, ни меньше – точно обиженной принцессы. Обратив на меня внимание, он красноречиво посмотрел на автомат, вновь на меня и отвернулся.
– Ты ревнуешь меня к автомату? – не преминула пошутить я, располагаясь на полу.
– Не замечал за собой такого порока, – деловито заметил Том, всё же одарив меня лёгкой улыбкой. – Ты можешь играться со своими железками сколько угодно.
Посмеявшись своим мыслям, я принялась за дело. Нужно было смотать всё имеющиеся боеприпасы по два рожка вместе так, чтобы при опустошении одного, можно быстро переставить другой. Это спасёт при случае кучу времени, а возможно и жизнь. Том вполоборота наблюдал за процессом, но вопросов не задавал, очевидно, стесняясь своей некомпетентности.
Когда дело было сделано, я, не без удовольствия, зарядила автомат, огласив комнату приятными щелчками, и подошла к окну. Лучи закатного солнца падали прямиком в нашу комнату, заставляя щуриться от яркого света. Внизу был хорошо виден проспект и главные ворота парка. Красное солнце, словно издеваясь, сливалось с виднеющимися то тут, то там, багровыми пятнами на асфальте.
– Вот чего я до сих пор не могу понять, так это то, почему зомби съедают жертву полностью, – огласила я мысли вслух.
Я не ждала, что Том ответит мне. Скорее, я сказала это самой себе, как бы констатируя факт своих наблюдений.
– Может быть, они не могут… остановиться? – не слишком охотно предположил англичанин.
– Но не логичнее было бы для вируса, оставлять тела хотя бы в относительной целости, чтобы распространяться? Это поведение идёт наперекор моим представлениям и всем канонам фильмов про зомби.