Город теней
Шрифт:
– Вот именно, потому и не верю, что ученый. Сколько подобных уверений декларировалось за последние двести лет. А на деле все они оказывались блефом. Двадцать первый век на дворе, а тут какие-то заскорузлые истории про трухлявые... м-м... колоды. – Жора избегал произносить слова: «мертвецы», «мумии» или «зомби».
– Пойдем в музей, – неожиданно предложил Сергей.
– Зачем? У тебя там что, имеется экспозиция: «Возвращение оживших мертвецов»? Любопытно было бы взглянуть.
– Подобной экспозиции, конечно же, нет. Да и убеждать тебя больше не собираюсь. Сам скоро
Жора захохотал:
– Собираешься сражаться с нечистью? Готов встать под твои знамена! Хихикать больше не стану. Напротив, буду беспрекословно выполнять все руководящие указания. Словом, в моем лице ты обретаешь верного соратника.
– Тогда в музей! – в тон ему шутливо приказал Сергей.
В музее, как и всякий раз, когда в нем появлялся Жора, было безлюдно. Складывалось впечатление: сюда вовсе не забредают обычные граждане. Жора высказал подобное предположение, однако его немедленно одернули.
– Приходят к нам... – сообщил Сергей. – Особенно экскурсии из школ. Просто сейчас лето. Ребятишки разъехались по лагерям, дачам, деревням. Город наш, как ты видишь, хорошей экологией похвастаться не может, поэтому и стараются по возможности вывезти отсюда детей. Ну а взрослые в основном на работе. У каждого свои дела. Поэтому летом наступает полное затишье. В это время мы обычно обновляем стенды, проводим мелкий ремонт, и вообще...
– Лентяйничаете, – докончил за Сергея Жора.
– Так сказать, конечно, нельзя... Но где-то ты прав. А хочешь, я устрою экскурсию для тебя одного? Музей у нас довольно забавный.
– Ты же хотел заняться подготовкой к противодействию... этим.
– Ничего. Время терпит. Давай, давай, полюбопытствуй. Уверяю, подобного ты еще не видывал.
– В музейном деле я дока, – пренебрежительно хмыкнул Жора. – И экспозиций за свою жизнь насмотрелся в достатке.
– Ну уж не обессудь. Сделай милость...– Ладно, демонстрируй свою вотчину.
– Именно, что вотчину. Точно подметил. Следуй за мной. У нас каждая экспозиция находится в отдельном помещении.
Они остановились перед залом, возле двери в который висела табличка «Природа нашего края».
– И что за этой дверью такого особенного? – скривившись, спросил Жора. – Знаю. Чучело волка, траченное молью, облезлый беркут, сжимающий в когтях беднягу суслика, да пара замерших навсегда зайчиков со стеклянными, как у алкоголиков, глазами.
– Сейчас увидишь, – загадочно произнес Сергей и отворил дверь.
Жора шагнул вперед и остановился как вкопанный. Он вдруг очутился в самом настоящем лесу. И пахло здесь как в лесу – сосновой смолой, муравьями и брусничным листом. Рядом с ним торчал медно-красный сосновый ствол, чуть поодаль еще один. Сверху падал яркий, слегка рассеянный свет, очень похожий на солнечный. Жора задрал голову. Потолок не просматривался. Вместо него сквозь сосновый лапник виднелся кусочек голубого неба с крошечным, пухлым облачком. Внезапно он поймал на себе чей-то несомненно живой, пугливый взгляд. У подножия соседней сосны замерла белка. Жора сделал шаг
– Здорово! – в неподдельном восхищении воскликнул Жора. Такого он действительно никогда раньше не видывал. – Весьма остроумно живой уголок совмещен с экспозицией. Оригинально, ничего не скажешь. И лесом пахнет...
Он обернулся. Сергей стоял у него за спиной и загадочно улыбался.
– Вы что же, аэрозольный ароматизатор специальный разбрызгиваете? – поинтересовался Жора, взглянув на Сергея, и внезапно заметил, что не видит двери, через которую только что попал сюда. Кругом высились сосны, а на земле росли папоротники и удивительно крупные колокольчики покачивали своими головками.
– Что за черт?! – воскликнул Жора. – Да где мы?!
– Я же предупреждал, что подобного ты в жизни не видел.
– Нет, погоди!..
– Товарищ экскурсант, выражайте свои эмоции потише, – официальным тоном произнес директор музея. – Вы пугаете лесных обитателей. Проследуем дальше. Перед вами вполне обычный уголок местной природы, в котором представлена свойственная ей флора и фауна. Вот, обратите внимание, на ветке сидит филин-пугач – bubo ignavus, типичный обитатель здешних лесов.
Филин, как на шарнире, повернул ушастую голову, уставился на Жору желтыми, как маленькие фары, глазами и издал душераздирающий вопль. Жора попятился.
– Ничего страшного, – прокомментировал сзади Сергей. – Он на людей не нападает... в отличие от другого представителя местной фауны – волка, cards lupus, которого вы видите перед собой.
Крупный, по-летнему облезлый волк смотрел на Жору, как тому показалось, с явным плотоядным интересом. Но самое странное заключалось в том, что волк был явно живой. Внезапно он поднял верхнюю губу, оскалил желтые клыки, негромко зарычал и, развернувшись, бросился прочь.
– Ничего себе! – в смятении изрек наш герой.
– Встречается в наших лесах и такое зверье, – сообщил директор музея. – Конечно, оно представляет определенную опасность для окружающих, но, если вести себя выдержанно и не давать повода для нападения, конфликта можно избежать. А теперь следуем дальше.
По едва заметной тропке, поминутно оглядываясь, словно он боялся заблудиться, Жора вышел к небольшому быстрому ручью, почти скрытому зарослями поспевшей лесной малины. Ягод оказалось столько, что почти не было видно листвы. В кустах происходило какое-то непонятное шевеление и треск. Жора замер. Из самой гущи зарослей на него настороженно взирала морда здоровенного медведя. Это было уж слишком.
– Медведь бурый – ursus arctos, – прокомментировал Сергей. – Раньше встречался на всей территории Европы, от Пиренеев до Лапландии, в Сибири до Камчатки и в Азии от Атласских гор в Ливане до Гималаев. В последнее время в. Западной Европе весьма редок. В России пока еще обычен, хотя поголовье его сокращается в результате вырубки лесов и браконьерства. В наших местах все еще встречается, хотя и нечасто.
Медведь внимательно прослушал, что о нем говорили, а потом вновь занялся малиной. Жора перевел дыхание.