Город в степи
Шрифт:
— Как ты мог так опростоволоситься? — покачав головой, осуждающе спросил Алексей. — Ведь не мальчик уже и знаешь, что в отряды наемников темных лошадок не берут.
— Так-то оно так. Да только господин Варакин говорил, что под свою руку возьмет любого. Вот я и решил, что если парню податься некуда, то пойдет работать на копи, мужик-то сильный, да и возраст уж такой, что пора о покое подумать. Но… Правы вы, моя вина, лукавый попутал. И потом, обыскал я его сам лично. Не было у него оружия.
—
— Он двойное дно в своем саквояже устроил, там и прятал. А я про такое и не слышал никогда. Впредь наука будет, — почесал в затылке десятник.
— Ну а переселенцам-то зачем все это было знать? Нам привечать людей нужно, а не отпугивать.
— Да как-то само собой все вышло. Тут же все как на ладони. Мы ведь с ним по душам беседовали, а он шепотом не хотел разговаривать. Да и кто бы стал шептать, когда нож под ногти загоняют.
— Понятно, — вздохнул Алексей. — Уверен, что он не знает имя настоящего нанимателя?
— Знал бы, рассказал. Он одного Мойсеса знает, да и то лишь его имя, хотя и много лет уж вместе.
— Это если он обычный наемник.
— Можете не сомневаться, наемник и есть. Как и его дружок, что с нанимателем остался. Вот Мойсес тот другое дело.
— Команда вся погибла?
— Помощник капитана выжил, но его ошпарило, когда котел взорвался. Вроде должен оклематься.
— Господин, нам тут сказали, что вы за главного будете, — подошел к ним один из переселенцев, невысокий крепкий мужик.
— Пока так и получается, — подтвердил Алексей.
— Вы же в Крумл путь держите. Стало быть, и нас туда же отвезете?
— Нет. Раз такое дело, то развернемся и доставим вас в Домбас, а уж потом назад, — пресекая жестом возражения Боланя, ответил Алексей.
— А чего кружиться-то? — удивился мужик. — Если из-за нас, то не стоит беспокоиться. Нам бы побыстрее в Крумл попасть.
— А как же Домбас?
— Так мы за лучшей долей в Новую Рустинию пришли, а не на погибель. На кой нам тот Домбас, где людям, как курятам, головы отрывают?
— Понимаю. Но придется потерпеть. На барже имеется груз, который ждут в городе, и его нужно непременно доставить. А уж потом отвезем вас, если пожелаете.
— Да мы уже желаем. А что до груза, так там железо сплошное, нешто с людьми его на одну доску можно поставить? Везите нас в Крумл, господин хороший.
В тоне мужичка уже начали проступать злые нотки. Но фронтир пока не успел оказать на него влияние, как и на остальных переселенцев, свыкшихся со своим бесправием. Поэтому Алексею достаточно было строго взглянуть, как мужик тут же стушевался.
— Груз нужен в Домбасе, и он будет туда доставлен. Не хотите туда идти, дело ваше. Можете высаживаться
— Так, а здесь уже не земли этих арачей?
— Отчего же. Их земли и есть.
— А как же…
— Да как хотите, — пожал плечами Алексей.
— Но нам же говорили…
— А вы уж дошли до Домбаса? Нет? Так чего тогда возмущаешься? Десятник, наведи порядок на борту, а то сам лукавый не разберет, что тут творится. Пленника беречь как зеницу ока. Все, Болань, нам пора.
Хор не скрывал своего возмущения. Возвращаться в Домбас у него не было никакого желания. Даже дополнительное вознаграждение не могло его убедить в необходимости развернуть пароход. Уже и вторая баржа была взята на буксир, но старый упрямец ни в какую не хотел сдаваться, упрямо ведя караван к слиянию Мравы и Изеры.
Алексей не сразу сообразил, что причина упрямства Хора заключается в Рваном Ухе. Одно дело — помочь пострадавшим и доставить их до Паюлы, где безопасно. Это его долг, и поступить иначе он не может. Но совсем другое — терпеть Рваное Ухо двое суток до Домбаса.
— Хор, это уже переходит все границы. Ты же его даже не видишь.
— Мне достаточно знать, что этот гад в моем караване.
— Господи, ну как дитя малое. Ладно, давай так. Согласно договору ты всю нынешнюю навигацию обязался работать с нами. Ведь твое слово все еще крепко? Вот и хорошо. Я, как один из твоих компаньонов, решил развернуть караван обратно, разумеется, за дополнительную плату. Здесь все нормально?
— Здесь нормально. Ненормально с этим ублюдком, — вновь набычился Хор.
— Понимаю, тебя волнует, что о тебе скажут люди. А они скажут, что Хор настоящий мужик. Который наступил себе на горло и не оставил на пинкской территории даже того, кого люто ненавидит. Учти, на подобное способны только сильные люди.
— Хм… Так-то оно вроде по-другому получается, — пробормотал Хор. — А этих зачем сюда притащил? — указал он на четырех наемников, деловито располагавшихся на палубе.
— О твоей «Розе» пекусь. Дополнительная охрана. А то еще кто-нибудь решит вплавь подобраться со связкой бура. Из всякой беды нужно уметь делать правильные выводы.
— Ну, чего ушами хлопаешь? Разворачивай, идем на Домбас! — приказал капитан помощнику.
Болань положил руль вправо, начиная плавный разворот. Хор же извлек из кармашка часы, взглянул на циферблат и, тяжело вздохнув, направился в свою каюту. До его вахты осталось всего ничего, а нужно отдохнуть, река не любит халатности и пренебрежения, с ней всегда нужно держать ухо востро.