Город
Шрифт:
Через минуту мы вышли из архива. Инспектор посоветовал мне вернуться домой и отдохнуть. При этом он многозначительно посмотрел на мой карман и попросил воздержаться от экспериментов. Вздохнув, я вытащил монеты и пересыпал их в ладонь инспектора.
Домой пришлось ехать кружным путем, ведь вид мой не позволял показаться на центральных улицах. Времени ушел добрый час, зато удалось избежать позора. Дома, отмывшись и поев, я увалился на кровать. Признаться, эти чужие миры захватили мое воображение. Наш город, сумевший уцелеть в пожарище апокалипсиса, многие века жил обособленно и практически не меняясь. В умах людей именно такое устройство мира казалось нормой. Огромная бескрайняя пустыня, среди которой в редких оазисах живут дикие бедуины, они же рейдеры. Хотя между бедуинами и рейдерами была какая-то разница, но я ее не улавливал.
Но каков мир на самом деле? Наверняка были и другие обособленные места, достаточно большие, чтобы не деградировать в культурном и научно — техническом плане. Впрочем, дело даже не в них. Что это за существо, создававшее трансгресс — линию, где ему захочется? Что за странное сооружение в замерзшем чуть ли не до абсолютного нуля мире, оказывающее по — настоящему гипнотическое действие на мои мозги? И еще эти двое, видевшие костяного человека, пытавшиеся добраться до замерзшего замка и убивающие людей без всякой причины. Без всякой видимой мне причины.
В дверь постучали, и в комнату заглянул отец.
— Вернулся? Как успехи?
Я пожал плечами. Отец кивнул, поняв это как-то по — своему. Я тут же вспомнил, что отец видимо долгие годы помогал охранке и ни разу даже словом не обмолвился по этому поводу.
— К тебе тут приходили, — продолжил он. — Светленькая такая, волосы короткие, до плеч. Сказала, вы собирались куда-то, а ты не пришел, и на работе тебя нету.
— А ты что? — спросил я обеспокоенно.
— Сказал, что помогаешь в важном и очень секретном деле. И что бы она никому ничего не рассказывала. В общем, представил тебя героем со всех сторон. Кто она, кстати?
— Да так, — я неопределенно взмахнул рукой.
— Как так?
Я выразительно посмотрел на отца.
— Ты давай, это… — сказал отец после паузы, — не мальчик уже. Серьезнее будь.
Дверь закрылась, и мысли мои легко и непринужденно вернулись к замку. К Ирен завтра заскочу, объясню все. А вот эти изгибы, тянущиеся вверх, к звёздному небу… Представляя их я незаметно задремал, и проснулся, когда на улице уже стемнело. На цыпочках прокрался в кухню, зачерпнул поварешкой из кастрюли на плите. Заскочил в ванную, для вечернего туалета, и снова увалился в кровать. Уже засыпая, снова увидел пустоту огромных глазниц, из которых смотрело черное небо замёрзшего мира…
Ференц поднял голову на стук и на его лице на миг проступило неудовольствие. Потом он натянуто улыбнулся и показал на кресло перед столом.
— Когда в следующий Приемник? — спросил я, усаживаясь.
— Никогда, — ответил он коротко.
До меня не сразу дошло, что значит — никогда.
— Почему?
— Я
Я механически подписал подшитый в тетрадь бланк и посмотрел на инспектора.
— А что же эти? Их же не поймали.
— Обо всем позаботились, — отведя взгляд сказал Ференц.
— Каким образом?
Инспектор пристально посмотрел на меня.
— Прочитайте, что подписали, Валентин, — сказал он.
Я опустил глаза и прочитал.
— Я все понимаю, секретность и так далее. Но этих двоих-то не поймали. Завтра они снова кого-нибудь убьют…
— Не убьют, — сказал Ференц.
— Откуда вы знаете?
— Это бессмысленный разговор, Валентин.
Я посмотрел на сжавшего в тонкую линию губы инспектора и понял, что это правда. У него своя работа и не мне лезть в нее.
— Простите Ференц. Кажется, я увлекся. Я пойду тогда, не буду вас отвлекать.
Инспектор поднялся и с видимым облегчением протянул руку. Я пожал ее и вышел. Приключения закончились, пора вернуться в привычные будни, к любимой работе.
В библиотеке я собрал все незаполненные бланки на последние находки и принялся писать аннотации. После обеда их взял на проверку отец, смерил меня долгим взглядом и послал наводить порядок в архиве. Наверно где-то ошибся, равнодушно подумал я, уже садясь на велосипед.
В архиве, как всегда, был бардак, я рассовывал по углам мусор, гордо именуемый археологическими находками. Листки с измочаленными краями и стершимися буквами, закатанные в бесцветную смолу. Черепки с идеографическим письмом. Отец говорил, когда-то целые народы вот такими иероглифами писали, только более сложными. Надо будет почитать его монографии, а то все собираюсь, собираюсь, а сам то погулять с друзьями, то… Перед глазами как наяву встала дверь на первом этаже. Дверь-то самая обыкновенная, то ли из дерева, то ли вовсе из пластика. Понятное дело, это для маскировки, но, если кто узнает, открыть будет плевым делом. Хотя открыть не самое сложное. Насколько я помню, чтобы отправиться, надо код конечного пункта знать или хотя бы представить, куда отправляешься. А если ты не видел ни одного места, как я, куда ты отправишься? Хотя я видел два места, но в эти Приемники мне не охота. Что там интересного? Прирежут на раз — два. Вот если бы как тот, обросший костяными пластинами… Только, опять же, куда направляться? К тому здоровому истукану? Может там действительно портал есть? Может Давер был прав, и я не две отдельные истории видел, просто они переместились, а середина истории по какой-то причине стерлась? Кто его знает, как трансгрессирование на историю влияет… Я закрыл глаза и явственно увидел большой круглый зал с сидящим у стены круглощеким божком. На полу перед его скрещенными ногами валялась потертая дерюжина, рядом пара тарелок. И все это с отпечатками тех двоих. Дэнила и Чеслава.
Открыв глаза, я посмотрел на гвоздодер, которым обычно открываю ящики, присылаемые с раскопок. Надо только подцепить около язычка замка… Не до конца еще осознав эту мысль я взял гвоздодер и пошел вниз. На полпути остановился. Что я собрался делать? Взломаю дверь и отправлюсь куда глаза глядят? А если встречу там парочку сумасшедших убийц? Хотя нет, это глупо, с чего бы им там находиться? Просто история произошла у портала и все. Но подготовиться действительно нужно. Я положил гвоздодер на место, закрыл архив, сдал ключи охраннику и отправился домой, мысленно перебирая, что может пригодиться в таком путешествии. Так, в мыслях и сомнениях я проехал мимо дома, остановившись в конце улицы, напротив жилища старого друга. Постучал в дверь, но никто не ответил — я не сразу вспомнил, что все на работе. Пришлось посидеть часок на крылечке.
— Оу, Вал! — окликнули меня, когда я уже начал клевать носом. — Какими судьбами?
По ступеням поднимался Эндрю, мой бывший одноклассник. Мы просидели за одной партой последние пять лет школы, но потом попали в разные части Легиона, а после армии я пошел по стопам отца и деда, продолжив фамильное дело, а Эндрю получил какую-то должность в мэрии. Отношения у нас по — прежнему были дружескими, но что это за дружба, если видишь человека пару раз в месяц?
— Дело к тебе есть, — сказал я, пожимая протянутую руку. — Не помешал?