Город
Шрифт:
— Он по четвергам и понедельникам принимает.
— Знаю, — соврал я, — но я не по личному делу. Это по работе. Вместо отца пришел.
— Зачем дяде Артуру к Шремпу? — удивилась девушка. Кажется, она не в курсе местной моды говорить загадками.
— Мне нельзя об этом говорить, — ответил я просто.
Девушка нахмурилась и поджала губки. Потом нажала на кнопку коммутатора и сообщила о моем приходе. Заместитель удивился, но принял меня.
— Здравствуйте, господин Шремп, — поздоровался я переступив порог. — Простите за вторжение, но это действительно важно.
Господин Шремп был невысоким дородным мужчиной лет
— Чем обязан, молодой человек?
— Тут, в общем, такое дело, — прогундел я, приняв сконфуженный вид. — Мне неудобно об этом говорить… в нарушение всех инструкций…
— Ну же, — поощрил меня улыбкой господин Шремп, — не стесняйтесь, молодой человек.
— Я сын Артура Уилкинса, — начал я, сделав вид, что решился, — работаю, как и он, в библиотеке. Смотрю истории. А они разные попадаются. Хоть редко, но бывает, такие попадаются… Ну, вы понимаете.
Шремп кивнул.
— Вот мне и попалось… — продолжил я. — Одним словом, мне к господину Бергеру.
Заместитель мэра аж подскочил, и оглянулся себе за спину, как будто нас кто-то подслушивал.
— К кому? — переспросил он враз охрипшим голосом.
— К господину Бергеру, — повторил я печально. — Это очень важно и срочно. Простите.
Шремп посмотрел на меня недоверчиво, словно ожидая, что эта глупая шутка сейчас раскроется.
— Зачем?
— Этого я вам не могу сказать, извините. Не имею права.
Заместитель протянул руку к ящику стола, потом опомнившись, отдернул ее.
— С чего вы взяли, что я знаю господина Бергера? — спросил он.
— А вы что, его не знаете? — удивился я.
Шремп открыл рот, но, похоже, понял, что сморозил глупость.
— Не в этом дело, — недовольно скривился он. — Почему вы вообще ко мне пришли?
— Я вас в неудобное положение поставил, понимаю, — кивнул я. — Простите, но у меня срочное дело, не до сантиментов. Когда все разъяснится, вас никто ни в чем не упрекнет. Думаю, наоборот, спасибо скажут.
Шремп открыл рот, но тут за моей спиной открылась дверь и его глаза открылись шире чем рот.
— Добрый вечер! — доброжелательно произнес незнакомый голос. — Не помешал?
— Э — э-э… — кажется, господин Шремп был в состоянии когнитивного диссонанса.
— Валентин Уилкинс? — спросили за спиной.
Я поднялся и обернулся. Передо мной стоял молодой, может быть чуть старше меня, человек в дорогом белом костюме свободного покроя, под который вместо рубашки была надета серая футболка. Светлые волосы уложены волосок к волоску, но в целом прическа оставляла смутное впечатление некоторой небрежности. Серые глаза глядели приветливо, тонкие губы изогнулись в улыбке. Человек протянул руку, и мы обменялись коротким рукопожатием.
— Антон, — сказал вошедший деловым и в то же время дружелюбным тоном.
— Валентин, — ответил я, не сразу вспомнив, что человек и так знает меня по имени.
Антон ухмыльнулся.
— Я с вами заочно знаком. Такие люди как вы редкость…
— Как я?
— Со способностями. А к господину Шремпу вы по какому поводу? — он перевел взгляд на заместителя.
— По вашему… — наконец обрел способность говорить тот.
— Вы меня искали? — повернулся ко мне удивленный Антон.
— Господина Бергера.
— А, понимаю. Значит
Новый знакомый подхватил меня под локоть и вежливо, но решительно вывел из кабинета. В приемной он подмигнул секретарше и через мгновение мы очутились в коридоре.
— Не удивляйтесь, — сказал Антон, отпустив мою руку. — Такая у меня работа, быть непонятным. Я сам себя порой не понимаю.
— Это как? — спросил я, находясь в некоторой прострации.
— Иногда приходится играть роль. Сам не понимаешь, что делаешь и говоришь, ориентируешься только на восприятие окружающих. Для них все понятно и привычно, а для тебя… Главное результат есть, остальное вторично. В общем, не удивляйтесь Валентин.
— Я не удивляюсь, — сказал я растерянно.
Антон ободряюще улыбнулся. Мы тем временем спустились по лестнице и оказались в холле. Мой спутник быстро и целеустремленно шагал к выходу.
— Куда мы? — спросил я настороженно.
— Тут рядом, — небрежным тоном откликнулся Антон. — Я в соседнем здании работаю.
Рядом городской банк, вспомнил я. Зачем мне в банк?
— Вы же к господину заместителю шли, у вас, наверное, к нему дело…
— Пустяки, — отмахнулся Антон. — Можно сказать, от нечего делать пришел.
— А там я. Какое совпадение.
— Совпадений не бывает, — легко согласился Антон. — Есть только не просчитанные закономерности. Но давай об этом в более подходящем месте. Для остальных это должно оставаться совпадением.
Мы вышли на улицу, но спустившись по лестнице, Антон повернул не к зданию банка, а пошел меж домов на задворки. Проход быстро стал узким, мне пришлось притормозить и идти следом. Через полсотни метров мы вышли к непримечательному двухэтажному зданию. Крыльца при нем не было, только широкая железная дверь и матовая табличка рядом. Когда Антон открыл дверь я глянул на табличку, чтобы понять куда попал, но та была совершенно пустой. В общем-то, ничего удивительного. Странное место для странных людей. Внутри ни холла, ни прихожей — сразу начался коридор, словно переднюю часть здания обрубили, а проем заложили кирпичом, оставив лишь место для двери. Коридор шел прямо, дальний конец его исчезал в сумраке. Мы шли не меньше минуты, мимо совершенно одинаковых дверей без надписей и номеров, пока мой проводник, не толкнул одну из них, как мне показалось, выбрав ее случайно, и мы вошли в странное помещение. Стены в комнате от пола и до уровня моего плеча были выкрашены грязно — зеленой краской, а выше шел, отделенный то ли черным, то ли темно — коричневым кантиком, неровный слой извести. Посреди комнаты, на коричневом дощатом полу стояли два стула с высокими спинками, и на этом внутреннее убранство комнаты, если не считать плинтусов, заканчивалось.
— Я сторонник минимализма, — сказал Антон. Он уселся на один из стульев и жестом предложил мне сделать то же самое. — Ну, рассказывайте.
Я уселся и испытующе посмотрел на человека напротив. С одной стороны, он вызывал у меня безотчетную симпатию. Ни излишней важности, присущей многим чиновникам, ни развязности, которая считается у большинства моих сверстников признаком крутости. Свободные, естественные жесты, идущая фоном легкая доброжелательность. Но с другой стороны, все это выглядело как-то дико. Зашел незнакомый человек, увел меня в странное место. Я конечно сам начал эту катавасию, но уж слишком вразнос все пошло…