Город
Шрифт:
Дэнил проскочил через последний небольшой лесок и выбежал на окраину деревни. Здесь ещё кричали, но всё нечеловеческими голосами. От двух домов валил густой дым. Дэнил перепрыгнул через высокий, в человеческий рост, забор. В сторону отлетел попавшийся под ногу кочан капусты. Уже тяжёлый и плотный — лето почти кончилось, если бы не черноголовые, местные сейчас бы убирали урожай. За капустой тянулись грядки с морковью, свеклой, луком и прочей растительностью — настоящая сельская идиллия. Не хватало только крестьянки с объёмным задом, согнувшейся над своим богатством.
Крестьянку Дэнил обнаружил во дворике за сараем. Та лежала в луже крови и
Дэнил выбил ногой калитку и выбежал на улицу — широкую, с глубокими колеями и обширными лужами. Повертел головой, соображая, что делать. Понятно, что он не успел. Совсем. Если Чеслав и успел найти кого-то из людей ещё живыми, то справился и сам. У Дэнила же появилось немного времени для любимого занятия. Он пошел по улице, прислушиваясь к крикам. Свернул в ближний закоулок, и губы его расплылись в довольной улыбке.
— Вот вы где, мои хорошие… — ласково сказал он.
Черноголовые обернулись. Их было около полусотни, несколько секунд они, опешив, стояли, потом бросились к Дэнилу. Тот уже успел вытащить левой рукой очень длинный нож, а правой неторопливо махал, рисуя цепью восьмёрки. Толпа налетела, тут же рассыпалась под ударами неожиданно очень тяжёлой цепи. Дэнил завертелся, узкое источенное лезвие ножа сначала сверкало, отражая солнечные лучи, но через несколько мгновений блеск потускнел, сменившись ровной матовой краснотой.
Оставшиеся черноголовые попытались наброситься одновременно со всех сторон. Дэнил ушел в сторону, снова запела — засвистела цепь, с гортанными криками нападавшие падали на землю.
Дэнил остановился и медленно выдохнул. Вокруг него на десяток метров земля стала похожа на плаху мясника: куски мяса с лохмотьями кожи, раздробленные кости и сизые внутренности. Препаршивое до этого настроение немного приподнялось. По крайней мере эти наспех собранные из мертвечины куклы получат, что заслуживают. Дэнил увидел, кто выходит из переулка и едва слышный смешок сорвался с его губ. Четверка отборных черноголовых — примархов, смотрела на него, сжимая длинные мечи. Сильно вытянутые назад черепа прикрывала черная роговая броня, такие же тёмные латы блестели, словно лакированные. Эти четверо были выше Дэнила на голову, умны, умнее обычного человека и имели повышенную ментальную чувствительность. Теперь понятно почему они управились так быстро. Если бы здесь был только обычный сброд, Дэнил наверняка бы успел. Что ж, тем приятнее будет месть. Вторая цепь появилась из заплечной сумы и Дэнил двинулся к четверке.
Те стояли на месте, пытаясь мысленно прощупать Дэнила. Глупая затея, о него и не такие зубы обламывали, или что там должно ломаться в мозгах… Какие-то картинки он смутно видел, кажется ему пытались показать, что случилось с жителями: кричащие бабы, которых куда-то волокут; матерящиеся и стонущие мужики, неумело размахивающие косами и топорами, падающие под ударами черноголовых; вопящие дети, попавшиеся в черные, обожжённые чужим солнцем, руки.
— Да мне плевать… — пробормотал Дэнил и взмахнул цепью.
Первый примарх ловко уклонился, подставил под вторую цепь меч, но явно не оценил тяжесть удара. Меч дёрнуло вбок, едва не вырвав из огромной ладони. Примарх покачнулся и сделал быстрый шаг назад. Трое его спутников, бросились вперёд, обходя с боков: двое справа и один слева. Дэнил и не подумал отступить из уязвимой позиции. Цепи, как живые, полетели
Выдернув нож, Дэнил быстро обернулся. На него наступали трое оставшихся противников, двое совсем рядом, третьему хорошо досталось брошенной цепью, и он замешкался. Дэнил рванул вперед, тут же отпрянул от молниеносно выброшенных мечей и бросил нож в левого примарха. Нож попал в самое уязвимое место — в глаз. Примарх пошатнулся, схватившись за рукоять ножа. Дэнил снова бросился вперед, подбив вверх меч черноголового. Левой рукой схватил примарха за голову, большой палец при этом до конца залез в целую глазницу, а правой выдернул нож. Второй примарх ударил мечом, очень умело, раскроив Дэнилу правое плечо до самой кости. Но черноголовый явно ждал от своего удара большего, на мгновение застыл в недоумении и тут же упал, как и предыдущие, с проткнутым до самого мозга глазом.
Теперь они остались один на один. Последний примарх явно понимал, что его шансы ничтожны, но отступить и не подумал. Впрочем, ему бы никто и не дал бы отступить. Дэнил покосился на разрубленное плечо, пробормотал недовольно:
— Шрам теперь останется… — Потом поднял взгляд на примарха и приветливо улыбнулся. — Что, до этого люди были малость податливее? Вот что значит не везёт…
Примарх бросился вперёд, уклонился от брошенного ножа, но его меч прошел над пригнувшимся Дэнилом. Тот ударил снизу — вверх раскрытой ладонью в челюсть, там что-то хрустнуло. Примарх вздрогнул, но резко повернулся, попытавшись ткнуть мечом, как копьём. Но в этот раз его размер сыграл против него — более верткий Дэнил поднырнул под огромные руки, схватил черноголового за нижнюю челюсть и одним резким движением свернул её набок. Примарх захрипел, схватил Дэнила за шею, но было уже поздно: Дэнил воткнул в нёбо черноголовому два пальца, резко надавил, так, что в черной продолговатой голове едва не скрылась вся кисть, выдернул руку обратно и легко толкнул примарха в грудь. Массивное тело тяжело ударилось о землю. Дэнил вытер руку о штаны.
— Мозги — самое слабое место, — сказал он глубокомысленно. — Чем больше думаешь, тем легче тебя победить. — Потом повернулся и пошел вдоль улицы.
Крики черноголовых стихли — видимо допёрло, что пришел кто-то пострашнее их и самое время сматываться. Теперь, в пустой деревне, Дэнил легко определил, куда идти. Он достал из сумки щепотку чёрной, как будто жжёной, травы, разжевал и залепил получившейся массой чудовищный разрез на плече. Оттуда и до этого до странности мало текло крови, а теперь тонкие ручейки и вовсе иссякли, оставив лишь разводы до самых пальцев.
Оторвав взгляд от раны, Дэнил увидел Чеслава. Тот шел с другого края деревни, неся на руках девочку — подростка. На вид ей было лет тринадцать, не больше. Простое белое платье на худеньком тельце испачкала кровь, голова бессильно запрокинулась и длинные черные волосы едва не касались земли.
— Успел? — подойдя, спросил Дэнил.
Чеслав покачал головой.
— Убить не убили, но напичкали какой-то отравой, что-то вроде консерванта…
— Это чтобы запчасти не испортились, пока их домой тащат, — со знанием дела сказал Дэнил. — И что теперь делать? Мы её не вылечим. Она так важна для нашего плана?