Городская девчонка
Шрифт:
Я подумала, что дала прекрасное представление в машине. Хорошо держалась и не выказывала много эмоций, но глубоко внутри была совершенно разбита. Я взяла номер сотового Слизняка, когда покидала машину, и обещала позвонить им, если Сальзар свяжется со мной. Я пригнула голову и пробралась в пустую «беседку» у стены помещения.
Сотни тысяч смертей как расплата за мерзкую жидкость, распыленную в воздухе над городом, полном детишек и щенков. Ужасно и вызывает тошноту. Я не планировала вставать на путь спасения мира, но собиралась убрать этот один контейнер с его вредоносного пути.
Тут зазвонил мой сотовый, и я испуганно
– Мисс Барнаби?
– Да.
– Вы пропустили вечеринку. Все уже собрались… ваш брат и ваш дружок. Не хотели бы присоединиться к ним?
– Кто это?
– Вы знаете, кто я. И знаете, что я ищу, верно?
– Мистер Сальзар.
– Я могу сильно испортить жизнь вам и людям, которые вам дороги, если не получу то, что хочу. Ни в одном ночном кошмаре вы не смогли бы представить, как я могу испортить вам жизнь. Вы понимаете?
Я выключила телефон и поискала в бумажнике карточку Чака Девулфа. Руки тряслись, и я все никак не могла ее найти. Она же была где-то здесь. Я вывалила все себе в подол и пошарила в куче. Наконец, я обнаружила визитку пилота вертолета и набрала номер.
Девулф ответил после третьего звонка.
– Привет! – поздоровался он. – Чак на проводе.
– Привет, – ответила я. – Это Барнаби. Мне нужна помощь.
* Карибский кризис — чрезвычайно напряжённое противостояние между Советским Союзом и Соединёнными Штатами относительно размещения Советским Союзом ядерных ракет на Кубе в октябре 1962. Кубинцы называют его «Октябрьским кризисом» (исп. Crisis de Octubre), в США распространено название «Кубинский ракетный кризис» (англ. Cuban missile crisis).
Кризису предшествовало размещение в 1961 году Соединёнными Штатами в Турции ракет средней дальности «Юпитер», напрямую угрожавших городам в западной части Советского Союза, доставая до Москвы и основных промышленных центров.
Кризис начался 14 октября 1962 года, когда самолёт-разведчик U-2 ВВС США в ходе одного из регулярных облётов Кубы обнаружил в окрестностях деревни Сан-Кристобаль советские ракеты средней дальности Р-12. По решению президента США Джона Кеннеди был создан специальный Исполнительный комитет, в котором обсуждались возможные пути решения проблемы. Некоторое время заседания исполкома носили секретный характер, однако 22 октября Кеннеди выступил с обращением к народу, объявив о наличии на Кубе советского «наступательного оружия», из-за чего в США немедленно началась паника. Был введён «карантин» (блокада) Кубы.
Вначале советская сторона отрицала наличие на острове советского ядерного оружия, затем — уверяла американцев в сдерживающем характере размещения ракет на Кубе. 25 октября фотографии ракет были продемонстрированы на заседании Совета Безопасности ООН. В исполкоме всерьёз обсуждался силовой вариант решения проблемы и его сторонники убедили Кеннеди как можно скорее начать массированную бомбардировку Кубы. Однако очередной облёт U-2 показал, что несколько ракет уже установлены и готовы к пуску, и что подобные действия неминуемо привели бы к войне.
Президент
Карибский кризис продолжался 13 дней. Он имел чрезвычайно важное психологическое и историческое значение. Человечество впервые в своей истории оказалось на грани самоуничтожения. Разрешение кризиса стало переломным моментом в Холодной войне и началом разрядки международной напряжённости.
Никита Хрущёв и Джон Кеннеди «Николаев» в порту Касильда. На причале
видна тень от RF-101 «Вуду», самолёта-разведчика,
сделавшего снимок.
Глава 13
Я предпочла, чтобы меня забрали с «Фанданго», поскольку много раз проезжала мимо него и иногда замечала прилетающий или улетающий с крыши вертолет. Это была огромная, дорогая, высотная гостиница и, разумеется, у нее имелась вертолетная площадка. Чак Девулф подтвердил мои подозрения.
По сути, мой план был прост. Забрать контейнер, пока кто-нибудь не опередил меня. Выяснить, что делать дальше, когда контейнер надежно спрятан. Придумать-то план труда не составляло. Он был ясен, как божий день. Благополучие каждого упиралось в контейнер… Билла, Марии, Хукера, мира.
Я поговорила по телефону и пересекла вестибюль, направляясь в гостиничный сувенирный магазин. Мое сердце билось с тошнотворным стуком, и я изо всех сил старалась не обращать на него внимания. Я купила шорты и переодела розовую юбку. Вернулась обратно в кресло и позвонила Розе.
– Я тут размышляла о собственности Сальзара, – сообщила я Розе. – Некоторые его финансовые сделки проходят через холдинговые компании и потом отфильтровываются назад к его жене под девичьей фамилией.
– Я тебя поняла, – провозгласила Роза. – Я как раз этим и занята. Я покопаю под девичью фамилию и проверю еще имущество.
– Я особенно интересуюсь владениями к северу от стадиона «Оранж Боул».
Это там я потеряла «линкольн».
Час спустя я вышла к бассейну и села в тени ждать. Через сорок пять минут я услышала вуп, вуп, вуп. Это приближался вертолет. Я быстренько вошла в лифт и поехала на крышу. И вышла именно в тот момент, когда вертолет приземлился.
За штурвалом был Чак. Он улыбнулся и дал мне знак, чтобы я не подходила. Рядом с ним сидел парень. Паренек вылез и подбежал ко мне, пока лопасти замедляли ход.