Горячее прошлое
Шрифт:
– Зачем горячку пороть? – спросил он. – Утро вечера мудренее. Поспешишь, людей насмешишь. Слышал такие пословицы?
– Слышал. Но мы и так потеряли слишком много времени, – заявил Лев Иванович. – Раз уж речь зашла о пословицах, то как тебе такая: дорога ложка к обеду!
– Да ни хрена с этой ложкой не сделается. Поедем утром, на свежую голову, – настаивал на своем Крячко. – Куда ты сейчас? Темень на дворе. По кустам как шариться будешь?
– Еще час до захода солнца. Мы вполне успеваем, – отстаивал свое мнение Гуров.
– Пока доберемся,
Он знал, что Лева скорее один рванет на поиски, чем согласится отложить поездку. Но попыток образумить друга Стас не прекращал.
Время, которое Гуров считал упущенным, они провели не в праздности.
Валера Жаворонков с заданием справился за пятнадцать минут. Ровно столько времени ему понадобилось на то, чтобы отсортировать важные кадры и слепить из них короткометражный фильм.
На кадрах, показанных Жаворонковым господам полковникам, путь автомобиля Веденеева отслеживался довольно четко, но недостаточно далеко, чтобы определить, в каком направлении дальше собирать записи с камер. Он выехал с набережной на Кутузовский проспект, с него, скорее всего, должен был уйти на Третье транспортное кольцо, но записей с камер, расположенных там, у сыщиков не было. С этого и начались долгие поиски.
Гуров связался с районным отделом инспекции дорожного движения и оформил запрос на изъятие видеозаписей с камер, расположенных по Кутузовскому проспекту. Надо отдать должное сотрудникам этой службы. К просьбе Гурова они отнеслись с пониманием и переслали записи в течение тридцати минут.
Но это было только начало. Дальше Гуров действовал по отработанной схеме. Он, восемнадцать раз повторив запрос, менял только отрезок пути.
Так до тех пор, пока след не вывел сыщиков на Дмитровское шоссе. Из поля зрения камер машина Веденеева исчезла где-то в районе Икши.
Крячко вздохнул с облегчением. Гуров уже потирал руки. Тут-то Валера Жаворонков и подбросил им новую мысль. Почему бы не попробовать отследить обратную дорогу автомобиля? Ведь попал он как-то на Старо-Марковское кладбище.
Крячко застонал, Гуров вздохнул, и все началось сначала. Хорошо хоть, что от Икши до кладбища путь почти не менялся. Зато временной диапазон увеличился. Но оперативники справились и с этой задачей. В результате они выяснили путь автомобиля практически до самого кладбища, вместе со временем и датой, когда он туда попал.
Теперь Гуров настаивал на том, что в Икшу следует поехать именно сейчас. Крячко, измотанный кропотливой работой по составлению целой картины из кусков, требовал заслуженного отдыха.
– Криминалистов с собой брать не будем. Сперва найдем место, потом вызовем их. – У Гурова уже имелся четкий план действий. – А что поздно, так есть дежурные бригады. Работа у них такая, ненормированная. Когда поступает сигнал, тогда они и выезжают.
– Давай хоть генералу доложим, прежде чем с места
Втайне он надеялся на то, что генерал не одобрит ночных похождений и в приказном порядке запретит им ехать в Икшу сейчас, на ночь глядя.
– Он согласится, Стас, напрасный труд. – Гуров легко разгадал расчет напарника. – Я приведу ему пару-тройку аргументов, и он даст добро.
– Ладно, Лева, твоя взяла. Но учти, завтра раньше полудня меня в управлении можешь не искать. В конце концов, я имею право на сон! – заявил Крячко.
– Не бузи, Стас. Мы быстро управимся. Туда и обратно, – сказал Гуров. – В дороге сможешь подремать.
Ехать они решили на «Пежо» Гурова. Время для поездки оказалось не слишком удачным. Трудовой народ как раз начал разъезжаться по домам, пробок хватало, так что из города сыщики выбирались часа полтора, а то и все два. Только выехав за МКАД на Дмитровку, они вздохнули с облегчением.
Вернее сказать, это сделал Лев Иванович. Станислав Васильевич же сразу, как только в машину сел, глаза закрыл и захрапел. Гуров его не тревожил. Ему было о чем поразмышлять, и в компании он сейчас не особо нуждался.
Больше всего тревожили его два пункта. Почему Веденеев не сказал негодяям, пытавшим его, то, что они хотели узнать? По какой причине они оставили его в живых?
Первый пункт не вписывался ни в один сценарий, составленный сыщиком накануне. Второй же можно было вставить в тот, где Никифоров проходил как убийца. Однако тогда становилось непонятно, почему Веденеев предпочел выдержать пытки.
Если его пытали незнакомые люди, то он мог молчать из страха, считал, что, как только мучители получат свое, они с ним расправятся. Классика жанра, так сказать. Но ведь с Никифоровым все иначе. Он не убийца, а человек, доведенный до отчаяния. Так должен был рассуждать Веденеев. Почему не дать ему то, о чем он просит, и не уйти? Странно все это и непонятно.
К повороту на Икшу подъехали в половине девятого. Гуров растолкал Стаса.
План, разработанный Львом Ивановичем был прост. Он собирался проехаться по улицам поселка, пообщаться с местными жителями и получить информацию о домах, которые стоят бесхозными. Сыщик никогда не был в Икше и представлял себе этот поселок с населением в четыре тысячи человек чем-то вроде деревеньки со старенькими домишками, разваливающимися от времени.
Реальность оказалась несколько иной. Наличие в поселке Икшинского водохранилища и шлюзов при нем дало толчок развитию этой местности. Муниципальные санатории, частные загородные клубы, современный жилой комплекс – все это никак не вписывалось в представления Гурова и нарушало его планы. Он проехал Икшу из конца в конец, но пообщаться с местными жителями так и не смог.
Крячко давно понял, что намерения друга провалились, и веселился от души. В кои-то веки он оказался прав, и его предложение действовать без спешки себя оправдало.