Горячее прошлое
Шрифт:
– Вот, приобрел по случаю. – Он выставил на стол бутылку, уже опустошенную примерно на треть. – Вам не предлагаю. Вы же при исполнении.
– А вы, значит, на выходном? – не удержался от комментария Гуров.
– У нас тут все гораздо проще, чем у вас. Моя работа заключается в том, чтобы дважды в день пути проверить, молоточком специальным по рельсам постучать, да за лампочками на семафоре следить. Глоток вина этой работе не помеха.
Крячко украдкой ткнул Гурова локтем в бок. Не нарывайся, мол, единственного волонтера спугнешь. Лев Иванович замолчал, предоставил другу возможность
– Ну, выкладывайте, что у вас стряслось, – наполнив граненый стакан до краев, произнес путеец.
– Вопрос деликатный, Дмитрий Тимофеевич. Вы как человек, близко знакомый с оперативной деятельностью, должны это понимать, – польстил ему Крячко.
– Это я понимаю. Поверьте, трепаться о том, что обсуждал с уголовным розыском, не стану, – заверил мужичок сыщиков. – Можете быть уверены, все, что будет сказано в этой комнате, в ней навеки и останется.
– Отлично. С формальностями покончили, можно переходить к делу. – Стас выдержал небольшую паузу, потом продолжил: – Несколько дней назад на Старо-Марковском кладбище был обнаружен автомобиль с трупом в багажнике.
– Так вы убийц того мальчика ищете? Ого, вот это поворот! – воскликнул путеец.
– Вам известно об этом деле? – с удивлением спросил Крячко.
– Да кому же о нем не известно? Весь интернет кишит этой новостью, – возбужденно проговорил мужичок. – Такая жестокость! Мало им было избить парня, так они его еще и пытали, а потом обрекли на медленную мучительную смерть. Что за изверги совершают такое?
– Именно это нам и предстоит выяснить, – вступил в разговор Гуров, но мужичок словно не услышал его.
Он развернулся лицом к Крячко и спросил:
– Правда, что мальчишку пытали несколько дней?
Стас переглянулся с товарищем, получил утвердительный кивок и ответил:
– По данным экспертизы получается, что около суток.
– А зачем, уже известно? У нас болтают, что просто ради удовольствия. Отморозки такие, кайфуют они от чужой боли, – продолжал путеец.
– Я не могу ответить на этот вопрос, Дмитрий Тимофеевич. Следствие пока не установило причины расправы над жертвой.
– А что установили? Свидетелей нашли, кто-нибудь видел, как парнишку в багажник запихивали?
– Дмитрий Тимофеевич, давайте я вам расскажу, как все было, а потом мы вместе помозгуем, как выйти на преступников, – предложил Крячко, когда понял, что поток вопросов не иссякнет.
– Так я только «за», – сказал мужичок и одобрительно закивал. – Давайте, излагайте. Я могила!
Крячко начал рассказ с сигнала в полицию, поступившего от сторожа Старо-Марковского кладбища. Эпизод с отцом Веденеева он намеренно пропустил, старался упоминать лишь о том, что и так просочилось в прессу, добавлял некоторые подробности для поддержания интереса у путейца. Он сообщил ему о дружбе Никифорова и Веденеева, естественно, не называя фамилии подозреваемого, потом об изысканиях, проведенных накануне поездки в Икшу, о том, что машина Веденеева прошла до самого
– Вот мы и решили, что эти сутки автомобиль с преступниками и жертвой находился где-то здесь, в районе Икши, – заявил Крячко.
– Это понятно. Где же ему еще быть? – заметил мужичок. – Нашли отморозки уединенное местечко, что хотели там с мальчонкой сделали, а потом в город его оттащили. Согласен, искать место пыток нужно здесь.
– Вот мы и хотели с вами посоветоваться, – заявил Крячко. – Надеялись, что вы подскажете, где поискать в первую очередь.
– Дайте подумать. – Мужичок сосредоточился, наморщил лоб. – Место-то при желании найти можно. Наш район не настолько заселен, чтобы не нашлось укромного уголка. Проблема в том, что для того, чтобы его отыскать, нужно быть тут своим, излазить все вдоль и поперек, с людьми общаться, рыбачить, охотиться или просто работать. А кто же станет гадить там, где живет?
– Вопрос хороший. По уму так и должно быть. Если не хочешь засветиться в первый же час, то ищи место подальше от своего жилья, – проговорил Гуров. – Только не всегда это срабатывает. Обстоятельства иной раз складываются так, что преступникам приходится рисковать. Быть может, это как раз наш случай.
– Ладно, давайте помозгуем, – сказал путеец и принялся размышлять вслух: – По окрестным деревням заброшенных домов хватает, да там любой чужак словно бельмо на глазу. Появился новый человек, и за ним тут же самая настоящая слежка начинается. Скучно местным, вот они к приезжим и цепляются, надеются развлечение получить, посплетничать и все такое.
– Хорошо, дома в деревнях отметаем, – проговорил Крячко. – Что еще?
– По железке сторожек путейских довольно много. Не сотня, конечно, но с десяток наберется. Они не заброшенные, но посещаются редко. Сейчас в них нужда отпала, у каждого уважающего себя путейца авто имеется. Зачем ночевать в сторожке, когда за час до дома добраться можно?
– Как их отыскать? – задал практический вопрос Гуров.
– Ты погоди искать-то, – заявил мужичок. – Они, конечно, имеются, только вряд ли вашим преступникам подойдут.
– Это почему? – спросил Крячко.
– Да потому, что места в них не больше, чем в этой халупе. – Путеец обвел рукой комнату. – Сами видите, тут втроем не развернуться, а моя хибара еще не самая маленькая. А эти ироды, насколько я понял, основательно парнишку обработали. Нет, сторожка им вряд ли подошла бы.
– Тесно, но уединенно. Если ничего другого нет, то сойдет, – сказал Стас.
– Да ты сам посмотри, здесь для удара не развернешься, – заметил путеец. – Замахнуться и то негде, а без этого какой удар?
– В общем-то да, верно, – вынужден был согласиться Крячко. – Парень умер от обильной внутренней кровопотери. Почки, печень, селезенка, все ему отбили. Для таких ударов замах должен быть серьезный.
– Есть еще место ближе к водохранилищу. Раньше там сельхозугодья были, остались дощатые амбары. Они не маленькие. Однако дорога совсем паршивая. На низкой машине не пройдешь, только на джипе или на «Ниве».
– Какие-то ориентиры подскажете, чтобы нам по темноте не плутать? – спросил Гуров.