Госплан
Шрифт:
Рома заметил вывеску Кофейня Сибиряк, на которой вспыхивало “Настоящий Сибирский кофе! Почувствуй дух Сибири”. Недолго думая, Рома свернул и вошёл внутрь. Кофейня была полностью автоматическая без участия людей:
— Что пожелаете господин?
— Сделайте мне ваш фирменный сибирский кофе.
Манипулятор робота взял пригоршню свежего кофе, перемолол, набил рожок и поставил стаканчик. Рома подумал, что сибирский кофе — это видимо как-то особый сорт кофе, тем более что запах от зёрен шёл обалденный. Но какого же было его удивление, когда машина насыпала в чёрный кофе пригоршню кусочков льда:
— Ваш кофе —
Отойдя от неожиданности Рома взял стаканчик и сделал глоток — на удивление сорт кофе и правда был необычным, а сам напиток вместо горечи скорее бодрил. Выйдя из заведения “Кофейня сибиряк” Рома продолжил путь.
Черех пятнадцать минут Рома подошёл к небоскрёбу на Советской. Квартира на последнем этаже должна быть арендована на его имя, так сказал Иван. Рома приложил чип к считывателю и двери открылись. Холл выглядел дорого, не то, что его эконом жильё в Москве — мраморный пол, отделка стен натуральным камнем, золотистые лифты, симпатичная девушка на ресепшен. Правда в чём заключались её обязанности для Ромы так и осталось тайной — наверное, чтоб глаз радовала.
Молодой человек подне кисть к пластине считывателя в лифтовом холе и приятный женский голос пропел: “Лифт номер 2. Ваш этаж восьмидесятый” — двери второго лифта открылись. В этом лифте были сиденья по периметру. “Займите свободное место, лифт начинает подъём”.
Такого Рома ещё не видел, но когда лифт поехал вверх сразу понял для чего. Подъём занял всего 20 секунд, если бы в этот момент Роман стоял на ногах, то его бы вдавило со всей силы в пол, и он, скорее всего, потерял бы равновесие и ударился о каменную плитку пола.
Этаж ничем не уступал холлу — плитка на полу, натуральный камень по стенам коридора. На полу вспыхнули линии неоновой подсветки показывая направления к квартире.
Войдя в квартиру Роман, почувствовал знакомый запах сигарет. Неужели это Иван?
В гостиной сидел незнакомый мужчина, потягивая, судя по количеству бычков, уже пятую папиросу.
— Заждался я Вас, Роман Александрович. Неужели пешком с поезда? Меня зовут Пахомов Евгений. Я начальник новосибирского отдела Федеральной Службы Безопасности.
— Для сотрудников спецслужб это норма так проникать в чужое жильё? — Почему-то Роман даже не удивился.
— Роман Александрович, Вы же понимаете…
— Что у вас есть досье на меня и вы можете посадить меня лет на десять.
— Вот именно.
— Что вам от меня нужно? Я думал ФСБ уже давно не при делах.
— Держимся понемногу на плаву. У нас есть интерес к Системе, к управлению ею.
— С чего вы решили, что Системой можно управлять?
— С того же, что и Ваш наниматель Иван. У меня к Вам деловое предложение.
— Какое? — без явного интереса спросил Рома.
— Как только Вы найдете брешь, ключ к системе, — передайте его нам.
— Вы хотите стать богом? — Не удержался Рома.
— Роман, мне нравится Ваш юмор. Мы хотим иметь контроль и действовать во благо страны.
— Во благо страны? А что будет если я откажусь?
— Мы Вас ликвидируем. Если согласитесь мы сможем прикрыть Вас от Ивана. Поместим Вас в программу защиты свидетелей, дадим новую личность. Служба Безопасности Системы Вас никогда не найдёт. Я Вам гарантирую. Будете потягивать коктейли на тёплом песчаном пляже.
— Разве у меня есть
— Нет, — затушив сигарету сказал Евгений, — Вот и договорились. Отдыхайте, вводные передадим позже.
Вечер был безоблачным, через панорамные стены было прекрасно видно информационное кольцо Госплана. Казалось, что в разноцветном сиянии можно разглядеть, как система передаёт данные из кольца в центр: вот прогноз развития экономики США на ближайший месяц, а вот прогноз для Китая, там бегут данные от Центробанков, а там светятся отчёты предприятий. Центр обрабатывает и выбирает наилучший вариант развития, отдаёт приказы государственным структурам всего мира, регулирует государственные закупки и работу тысяч предприятий. Вот оно то будущее, о котором мечтали наши предки — будущее без коррупции и воровства. Будущее, которое не смогли построить в Советском Союзе и почти полностью развали в России. Машине не зачем красть у себя, машине не нужны золотые унитазы, элитные машины и роскошные виллы.
Панорамная стена гостиной потеряла прозрачность и на ней загорелся экран. “Срочные новости. Париж ответил ядерным ударом по Берлину”.
“Разве можно отдавать ключ управления Системы этим маньякам? Нужно что-то придумать” — пронеслась мысль в голове у Ромы. Не заметно для себя он оказался в кровати и заснул. Завтра предстоял первый день в самой влиятельной корпорации мира — Госплане.
Роман получил должность системного администратора 2 кластера Системы Госплан. 2 кластер находился в здании Новосибирского Приборостроительного Завода рядом со станцией метро Заельцовская. Само здание очень хорошо охранялось — высокий забор, весь периметр просматривался камерами, были и вооруженные бойцы у каждого входа. Рома слышал, что внутри располагалась небольшая армия — несколько танков, боевых вертолётов и даже своя мини система ПВО. В общем кластеры охранялись, лучше, чем Кремль десятилетия назад. У Ромы три раза проверили личность, пока он смог дойти до входа в административное здание.
На проходной сотрудник в очередной раз просканировал Ромин чип:
— Вам в отдел кадров, это на третьем этаже. Лестница справа. Там получите дальнейшие инструкции.
Здание явно требовало ремонта. Бетонные стены, пол и потолок. Такая же бетонная лестница с ржавым ограждением и перилами, деревянные разваливающиеся двери, которые периодически подкрашивали белой краской. Всё от былых Советских времён.
Отдел кадров находился за такой же старой деревянной дверью, обитой дешёвым дермантином, местами порвавшимся, с торчащиими оттуда клоками ваты.
— Роман Фадеев, прибыл на должность младшего системного администратора.
— Давай документы, — бесцеремонно ответила полная женщина лет 40, — сядь там и жди.
Рома посмотрел в направлении куда показала не очень-то вежливая дама — там находился ряд пожелтевших деревянных кресел.
— Не очень-то тут у вас удобно…
— А ты сюда не расслабляться пришёл — также бесцеремонно оборвала его женщина — здесь конкурс один из ста тысяч.
Женщина, прихрамывая, ушла в глубь жёлтых стеллажей, оттуда что-то посыпалось, послышалась ругань “Верка опять журналы учёта не туда поставили. Вот бы руки поотрывать”. Наконец, женщина вернулась назад, положила перед Романом большой пыльный журнал учёта: