Gothick
Шрифт:
Покончив с трофеями и с собственным малодушием, я еще немного погулял по плато и обнаружил две странности: во-первых, чуть севернее обнаружились некие развалины, от которых меня отделяла здоровенная пропасть, на дне которой шумел быстрый поток; во-вторых, я обнаружил пещеру, охраняемую еще одним кровососом. Снять мне его труда не составило, и я прошел внутрь пещеры, дивясь на обилие скелетов. Оказывается, все же не я один дурак, что блуждает по этим, Инносом забытым местам. По крайней мере, обнаружилось три обглоданных скелета и несколько мелочевок, валявшихся неподалеку. Гораздо важнее для меня было,
– А ну, выходи по одному, подонки!
Пустое помещение ухмыльнулось мне в лицо. Как здорово - никакого "один дома", даже запах стоит такой, будто я попал в старый архив. И неудивительно - у стены комнаты, размером где-то пять на пять метров, стоит шкаф с небольшим количеством книг и свитками. Рядом парочка столов и разбитые алхимические принадлежности. Рядом со шкафом - сундук. Вот это здорово! Сундуки меня что-то в последнее время привлекают гораздо больше шкафов со знаниями давно исчезнувших предков. Сундук даже не был заперт, а в нем помимо всякой мелочи обнаружился странного вида молот с покрытой узорами рукояткой.
– Орков глушить, что ли, этим молотом?
– пробормотал я, засовывая оружие в рюкзак.
Пора было навестить конечный пункт моего сегодняшнего путешествия - горный форт. Особенных проблем я пока не испытывал, здоровье во мне кипело, как брага в перегонном кубе. Иными словами, меня снова переполняла жажда приключений. Полный радужных надежд, я вступил на мост, что отделял плато от земель форта. Как и какие строители осуществляли постройку этого моста - мне неведомо, ибо ревущий внизу водопад отбивал охоту задерживаться в этом мрачном месте в принципе. Да и гора камней, лежащая поперек моста, создавала дополнительные трудности...
Майн готт! Не успел я поставить ногу на первый камень, чтобы перелезть через эту россыпь, как она начала оживать. Сначала из лежащих валунов сформировались ноги, затем кусок скалы превратился в грудь, а затем... а затем передо мной возник самый натуральный голем, про которых я читал лишь у самых отчаянных фантастов. Возрожденный голем секунду прислушивался к своим ощущениям, затем его правая лапища отошла назад. И тут же это каменное отродье нанесло мне удар такой силы, что если бы я не уклонился - то лежать бы мне на дне водопада.
– Эй, боксер хренов!
– проорал я, возникая у него за спиной. Недовольный голем оборотился, и вот тут мне удалось нанести ему разящий удар мечом. Ни-хре-на!!! Нихрена себе! Этот болван даже не поморщился. Неуловимое движение левой рукой - и вот я уже лечу куда-то в сторону, со сбитым дыханием и желаньем отлежаться часиков пятьдесят.
Я перелетел каменные перила моста и оказался на той стороне реки, с которой и начинал свое наступление. К моему счастью, голем решил, что прикончил меня, поэтому уже не преследовал. Мне еще ни разу в этом мире не приходилось выдерживать такую мощную плюху, поэтому я и встал не сразу. Казалось, в моем теле вообще не осталось целых костей. Грудные пластины моих доспехов были вдавлены так, что я едва снял верхнюю часть своей одежки. Морщась и кривясь от боли, стянул панцирь и обнаружил на своей груди синяк размером с футбольный мяч.
– Вот, мать твою!
– сплюнул я сквозь зубы, - как же
Разложив грудные пластины на скале, я принялся изучать повреждения. Если бы найти неподалеку хороший такой камушек, то можно было бы их и слегка поровнять, отрихтовать, так сказать. А то в таком виде я похож на "Запорожец" клюнувший в зад горбатого "Москвича". При этом оба летчика погибли. Да-с! И чего это я разнылся? У меня ведь в рюкзаке лежит отличный молот - мечта любого смита: будь то Гуно или будь то Стоун.
Потянувшись к рюкзаку, я извлек из него молот и принялся аккуратно ремонтировать свои доспехи. Эх, сюда бы еще горн да наковальню! Спасибо старине Гуно, что некогда научил меня зачаткам этого почетного ремесла. Несколькими точными ударами я поравнял вмятины на доспехах и принялся менять наполовину разорванные ремешки креплений. Внезапно надо мной нависла громадная тень. Я буквально задницей ощутил пронизывающий холод, который особенно чувствуется в каменных подвалах - ни с чем не сравнимое ощущение сырости и промозглости. Быстро развернувшись, чуть не сел от испуга на задницу. Надо мной нависала громада голема - он смешно крутил своей короткой головой, как бы пытаясь рассмотреть: чем это я там занят.
Отпрыгнув с испугу на добрых три метра, я отмахнулся тем, что было у меня в руках. Как вы помните, в руках у меня был молот - именно его я недавно нашел в пещере. Странное дело, но голем как бы даже и струхнул. По крайней мере, больше он не лез на меня, как КВ-2 на финский ДОТ. Наступать наступал, но уже без прежней оголтелости. Каменные ступни его осторожно подбирались ко мне, а могучая правая кисть начала понемногу отходить назад для замаха.
– Я каменщиком в прошлой жизни был!
– постарался напугать я голема, но тот не реагировал, - эй, болван! Жопу береги!
Ноль эмоций. Хоть бы для приличия обернулся. Я продолжал отступать, махая перед собой молотом. Топающий вслед за мной голем внезапно зацепился ногой за небольшой скальный выступ и едва не потерял равновесие. Воспользовавшись этим моментом, я забежал ему за спину и изо всей силы врезал молотом по каменному туловищу.
Вы когда-нибудь видели, как рушатся доминошные крепости и прочие фигурки? Я сам не видел, но народ рассказывал, что весьма эффектно. Голем разваливался так же эффектно, по крайней мере, мне казалось, что более приятной моему сердцу картины я не видел лет десять. Наверное, то же самое чувствовал архаичный герой, сразивший в первый раз дракона. Казавшись неуязвимой, махина оседает под твоим молодецким ударом на истоптанную почву, а в голове одна мысль: до чего же пописать охота! Если, конечно, содержимое вашего мочевого пузыря не замочило колени ранее.
Путь был свободен. В который раз я силой своих мускулов пробивал себе дорогу сквозь непреодолимые преграды! Нацепив доспехи и затянув все пряжки, до которых только смог дотянуться, я осторожно ступил на мост. Предварительно, сменив молот на ставшим родным меч. Что у нас здесь? Вдруг, еще какая война, а я уставший! Никого. Фу, ты! Позвольте, как - никого? А это что за знакомая фигура маячит справа. Поначалу даже и не заметная на фоне скал. Послушник монастыря имени Спящего, дважды краснознаменного и отмеченного доской почета...