Говорит Альберт Эйнштейн
Шрифт:
Однажды Вебер, отведя Альберта в сторону, говорит:
– У вас неплохие задатки, Эйнштейн.
– Благодарю, герр Вебер.
– Профессор Вебер. Но есть у вас и большой недостаток. Вы никогда не прислушиваетесь к чужому мнению.
Альберт расценивает эти слова как похвалу.
Причиной конфликта с другим профессором Политехникума – Жаном Перне – стали систематические пропуски Альбертом лекций по началам физических экспериментов. Пухлый коротышка Перне настаивает, чтобы Альберту объявили Verweis: официальный
Как-то раз Перне вызывает Альберта к себе в кабинет:
– В вашей работе заметно определенное рвение. Вы не лишены честолюбия. Но способностей не хватает. Почему бы вам не сменить физику на что-нибудь другое? Почему бы не выбрать, к примеру, медицину, филологию или юриспруденцию?
Альберт молчит.
– Так почему же? – не отстает Перне.
– Да потому, что я чувствую в себе способности к физике, – отвечает Альберт. – С какой стати я должен от нее отказываться?
– Как знаете, Эйнштейн. Как знаете. Но я вас предупреждаю. В ваших же интересах.
На следующей лекции он получает от Перне инструкцию по выполнению лабораторных работ, которую тут же с почестями отправляет в мусорную корзину.
Доходит до того, что в лаборатории Перне Альберт оказывается в центре скандала. Одна студентка изо всех сил пытается заткнуть пробкой лабораторный сосуд. Перне указывает ей, что пробирка разлетится вдребезги.
– Он же сумасшедший, – нашептывает ей Альберт. – На днях от злости грохнулся в обморок. Свалился замертво прямо в аудитории.
Пробирка взрывается. Осколки впились Альберту в правую руку. Из-за травмы он почти месяц не может играть на скрипке.
Зато преподаватель математики Герман Минковский, тридцатилетний еврей из России, никаких нареканий у Альберта не вызывает; впрочем, и его лекции Альберт прогуливает почем зря. Минковский называет его лентяем.
Ближайший друг Альберта, Марсель Гроссман, потомок старинной швейцарской династии, родился в Цюрихе. Альберт восхищается Гроссманом. И старается ему подражать. Оба – завсегдатаи кафе «Метрополь» на набережной реки Лиммат. Своих родителей Марсель уверяет: «Настанет день – и этот Эйнштейн покорит мир».
Спасение от всех издержек учебного процесса – музыка. Бах. Шуберт. Моцарт. А также одинокие прогулки под парусом по Цюрихскому озеру.
Альберт пристрастился к музыкальным вечерам в пансионе фройляйн Энгельбрехт на Платтенштрассе, 50, куда он приходит со своей скрипкой, прихватив и учебник физики. Милева играет на тамбурице и на фортепиано.
Вдобавок Альберт посещает заседания швейцарского отделения Общества этической культуры.
Роль политического наставника Альберта берет на себя Густав Майер, директор универмага «Бранн», известный в научных и художественных кругах.
Теперь Альберт собирается с духом, чтобы назначить свидание Милеве. Он приглашает ее на пешую прогулку в горы. Eine Wanderung. Посмотреть на мир с вершины цюрихского Утлиберга.
Они совершают однодневную вылазку: сев в поезд на Центральном вокзале Цюриха, доезжают до Утли и гуляют по склону, пестреющему цветочным ковром.
– Смотри-ка, – произносит Альберт. – Allium ursinum.
– Что-что?
МАРСЕЛЬ
– Черемша.
Утлиберг – высота 870 метров – вознесся над крышами Цюриха и живописными голубыми озерами.
Альберт обнимает Милеву за плечи.
– Это долина Реппиш, – рассказывает он. – Вот там Бернские Альпы, Эйгер, Менх и Юнгфрау.
Он берет ее за руку. Они смотрят друг другу в глаза.
Наклонившись, Альберт срывает цветок и протягивает его Милеве:
– Это тебе.
– Мне?
– Да, тебе.
– А это что?
– Myosotis alpestris. Незабудка. Даешь обещание?
– Какое угодно.
– Не забудь-ка.
Она притягивает его лицо к своим губам. Губы у нее мягкие, сочные. Игривый язычок. Альберт гладит ее по щекам. Вдыхает легкий аромат ее одеколона. Медленно проводит рукой по ее спине. Милева чувственно вздыхает. Они стоят молча и улыбаются.
Когда Альберт приезжает на каникулы в Милан, мать замечает, как он преобразился. Дом полнится шутками и смехом, звуками скрипки и фортепиано.
Альберт всерьез увлекается историей еврейской общины Милана, возникшей сравнительно недавно, в начале девятнадцатого века. До этого, во времена правления Сфорца и Висконти, евреям было дозволено задерживаться в городе не долее чем на несколько дней. Затем, в начале 1800-х годов, эти ограничения были сняты. В 1892 году в Милане открыли синагогу.
Альберту приятно думать, что нигде в мире больше нет такого города, в самом центре которого зеленел бы виноградник. Находится он во дворе дома Ателлани на Корсо Маджента. Самое примечательное – владельцем виноградника в свое время был не кто иной, как Леонардо да Винчи. Альберт мысленно переносится в 1490 год, когда Леонардо начал сажать виноградные лозы.
Он погружается в чтение сочинений да Винчи, выписывая те наблюдения и мысли Леонардо, которые, очевидно, служат подтверждением его собственных. Подборку цитат из Леонардо он озаглавил так: «Я знаю, что это верно».
Испытай один раз полет, и твои глаза навечно будут устремлены в небо. Однажды там побывав, на всю жизнь обречен тосковать о нем.
Тот, кто отдается практике без знания теории, похож на моряка, который отправляется в рейс без руля и компаса, не зная, куда его занесет.
Жалок тот ученик, который не превзошел своего учителя.
Перспектива света есть моя собственная перспектива.
Если Господь – свет всего сущего – удостоит меня просветлением, я осмелюсь трактовать свет; и потому разделю нынешнюю работу на три части… Линейная Перспектива, Перспектива цвета, Перспектива исчезновения.
Кто предложит мне жалованье, на которое можно было бы существовать? Крайне досадно, что необходимость думать о заработках вынуждает меня прерывать исследования и отвлекаться на всякие мелочи.