Говорящие с...
Шрифт:
– Погоди, - Эша села обратно на пол.
– Вообще теперь то, что стало с бедным Игорем, кажется мне еще более нелепым. Тренировался он, что ли, на нем?
– Может, вы и с нами поделитесь?
– мрачно осведомился Артем, нежно растирая позвоночник.
– Какие у вас еще теории имеются?.. уй-уй!
– Что с вами еще?!
– Похоже на радикулит, - озадаченно ответил он.
– Странно, у меня ведь только однажды...
– У меня левая рука не работает!
– испуганно перебила его лимонный костюм.
– С пальцами что-то... Господи, вы посмотрите! Это
– Очень может быть, - вступил в разговор стоматолог, издалека авторитетно прищурившись на продемонстрированную руку. Его собственная рука пребывала в области желудка, тщательно эту область прощупывая.
– Меня вот больше беспокоят боли в желудке. Такие, знаете ли, специфические боли. И что-то меня подташнивает. И ноги мерзнут.
– Так обрежьте ногти и наденьте ботинки!
– машинально буркнула Юля, устраиваясь поудобней на своем диванчике, но тут же вытаращила глаза и схватилась за живот.
– Вы что... вы хотите сказать, что нас еще и отравили?!
Неспящая пара, поедавшая апельсины, разом уронила дольки на стол, а Коля-второй, задумчиво подчищавший чье-то мясное ассорти, подавился ветчиной, и Коля-первый услужливо похлопал его по спине.
– Я не знаю, - жалобно сказал стоматолог.
– Может, и да... только, я думаю, уж не язва ли у меня? Конечно, гастрит у меня был... но я постоянно... Ой, ну это слишком уже - мало того, что годов накинули, так еще и...
– он махнул рукой и углегся на диване, свесив ноги с подлокотника. Спец по фильмам, из бодрого парня с пышной шевелюрой превратившийся в растерянного мужичка с приличными залысинами, попытался было схватиться за голову, но неостриженные ногти не дали ему этого сделать.
– А у меня голова болит! А вдруг у меня там опухоль?! На нас наслали не только старость, но и болезни!
– Ничего на нас не насылали!
– возразил стоматолог.
– Я ж говорил - это интересное воздействие химического...
– Это черная магия!
– Нет, это химическая реакция...
– А часы?!
– пискнула администраторша.
– Как же часы?!
– Думаю, это просто шутка.
– Да?! Посмотри в зеркало! Смешно тебе?! Я только позавчера завивку сделала! И какой, интересно, мне теперь придумывать макияж?!
– Черная магия!
– бубнил свое спец по фильмам.
– Отравляющее вещество!
– скрипел с дивана стоматолог.
– А часы, часы?!
– не унималась администраторша, атонально бряцая цепью.
– Сходил бесплатно покушать!
– сокрушался Артем, растирая спину.
– Выигрыш, называется! Не могли устроить все это хотя бы после сауны! Даже в сауну не попал!
Кремовый и лимонный костюмы вновь дали волю слезам, к ним присоединилась официантка, Юля тоже завсхлипывала, роняя слезы в десертное вино. Неспящая пара вернулась к апельсинам, переругиваясь вполголоса, пышнотелая дама придвинула к себе блюдце с орешками и принялась их грызть, жалобно кривя лицо. Петр Семенович на фоне общего гвалта неожиданно рявкнул:
– Дайте и мне что-нибудь! Вам хорошо - вы хоть возле столов!
– Вы б, кстати, на припасы особенно не налегали, - заметила
– Во-первых, их мало. А во-вторых, ночных горшков-то нам не определили.
– Гадость какая!
– возмутилась Юля.
– Сейчас думать о... ф-фу!
Стоматолог сказал, что он, между прочим, думает об этом уже минут десять, и это совершенно естественно. Спец по фильмам пробормотал, что мужики, ежели прицелятся, вполне могут попасть в бассейн, а вот дамам, конечно, хуже, хотя, коли захочется по-большому, то плохо будет всем. Официантка сквозь слезы сообщила, что за это положен штраф и вообще так нельзя, после чего Петр Семенович довел до сведения остальных, что никому не позволит гадить в своем ресторане. После этого все ругались до тех пор, пока пышная дама не озвучила свежую мысль:
– Нет, ну надо же что-то делать!
– А ты вообще помолчи!
– вскинулся Артем.
– Ты-то не постарела! Вполне возможно, что это ты маньяк и есть!
– Сам маньяк!
– Ничего подобного, маньяк - хозяин гостиницы! Он ведь все это устроил! Это же его была акция!
– спец махнул на Петра Семеновича, который сардонически ухмыльнулся и сказал, что, будь он маньяком, не сидел бы сейчас на цепи. Стоматолог возразил, что для маньяка находиться на одном положении со своими жертвами - обычное дело. Петр Семенович ехидно поведал, что общества таких жертв, как они, не вынес бы ни один маньяк.
– Ой, дурдом!
– задумчиво произнес Коля-первый.
– Посплю пока, а ты посмотри, что там еще можно сделать?
– Ну конечно, всегда я!
– сказал Коля-второй. Напарник махнул рукой и растянулся на диване. Сева, пронаблюдав, как его голова исчезла за диванной спинкой, тихонько спросил у Эши:
– Как думаешь, если этот тип здесь, то кто из них?
– Не знаю, - Шталь пересчитала сигареты и отодвинула пачку подальше, - но еще минут десять, и я сама стану маньяком. Я не слышу мебель. Она что-нибудь говорит?
– Она напугана, - сказал Сева с самым серьезным видом, - особенно вон те два дивана, но я не могу понять, почему. Бормочут чего-то... А что твой хризолит? Что он считает для тебя сейчас наиболее благоразумным?
– Не знаю, - Эша сочувственно погладила камешек, сияющий в вырезе платья.
– С тех пор, как все началось, он в обмороке... Но при чем тут, все-таки, Игорь? Знаешь, на что все это похоже? Газ, цепи, люди, запертые ночью в одном помещении, и с этими людьми постепенно происходит что-то мистически страшное...
– Прямо сценарий к фильму ужасов, - Сева глянул на остриженные ногти, сложенные на полу аккуратной кучкой, и сморщился.
– Даже, я бы сказал, к нескольким фильмам ужасов.
– Это не просто сценарий. Это похоже на спектакль, - Эша покосилась на другую сторону зала, где по-прежнему происходила ругань, разбавленная версиями - одна диковинней другой.
– Заранее продуманный, отработанный. Человек знал, что, как и когда. Он имел доступ в гостиницу. Может, их даже несколько...