Грабитель

Макбейн Эд

– Ну, разумеется, я попытаюсь.

– Для меня это очень важно. Я просила Питера нанять частного детектива, но он сказал, что мы не можем себе это позволить. Он прав. Нам едва хватает на жизнь. – Она опять вздохнула. – Но я очень беспокоюсь за Дженни. Ели бы я только могла узнать, что с ней, почему она так изменилась. Она такой не была, Берт. Так стало только… ну, думаю, с год. Она как-то сразу превратилась в девушку, и между нами возникла пропасть.

Белл вернулся в комнату с бутылкой и бокалами.

– Ты

выпьешь, милая? – спросил он Молли.

– Нет. Мне нужно быть осторожной. – Она повернулась к Клингу. – Доктор мне сказал, что я слишком набрала вес.

Белл налил пиво. Подал бокал Клингу.

– В бутылке ещё осталось, – сказал он. – Я оставлю её на столике.

– Спасибо. – Клинг поднял бокал. – За здоровье малыша!

– Благодарю, – улыбнулась Молли.

– Знаешь, кажется, мне стоит только об этом подумать, и Молли уже готова, – подхватил Белл. – Просто фантастика.

– Ну, Питер… – со смущенной улыбкой остановила его Молли.

– Достаточно нам разок покрепче обняться, – и она в положении. Она отнесла пробу моей спермы в больницу, и ей сказали, что её бы хватило обрюхатить всю женскую половину Китая. Как тебе это нравится?

– Ну, знаешь, – растерялся Клинг.

– Нет, ты просто невыносим, – для виду пожаловалась Молли. – Но потом вынашивать-то их мне.

– Она тебе уже рассказала про Дженни?

– Да, – ответил Клинг.

– Сейчас я её позову. – Он взглянул на часы. – Мне нужно выгнать машину и отвезти Молли в кино. Потом ты сможешь поговорить с Дженни наедине… пока не придет наша няня.

– Ты часто работаешь по ночам? – спросил Клинг, только чтобы поддержать разговор.

– Раза три-четыре в неделю. Смотря сколько у меня получается днем. Это мое собственное такси, так что я сам себе хозяин.

– Понимаю, – сказал Клинг. Отхлебнул пива. Оно было отнюдь не таким холодным, как обещал Белл. Клинг начал наперед сомневаться во всей исходившей от Белла информации и ждал встречи с Дженни с известным скептицизмом.

– Я её позову, – сказал Белл.

Клинг кивнул. Молли замерла на краешке дивана. Белл вышел из комнаты и исчез в глубине квартиры. Клинг услышал, как он стучит в запертую дверь и повторяет: “Дженни! Дженни!”

Что-то пробурчали в ответ, что – Клинг не разобрал. Тогда Белл сказал:

– Тут пришел мой друг, я хотел бы вас познакомить. Он отличный парень. Ты придешь, правда?

Снова что-то буркнули, а потом Клинг услышал, как щелкнул замок, двери открылись, и молодой девичий голос спросил:

– Кто там еще?

– Мой приятель, – сказал Белл. – Пойдем, Дженни.

Клинг услышал приближающиеся шаги. Сосредоточился на своем бокале с пивом. Когда он, наконец, поднял голову, в дверях стоял Белл, а рядом с ним – девушка, и Клинг больше уже не сомневался в его правдивости.

Девушка была чуть выше Молли. У нее, как и у сестры, были русые

волосы, только гладко причесанные, и это были самые светлые волосы, которые когда-либо видел Клинг. Почти золотые, как зрелая пшеница, и он сразу понял, что никакая краска здесь ни при чем. Волосы были такими же натуральными, как и лицо, очерченное правильным овалом, с мило вздернутым носиком и большими голубыми глазами. А вот брови были темными, словно природа что-то перепутала. Сочетание их с голубыми глазами и золотистыми волосами было необычайно красиво. Полные губы накрашены светлой помадой, и на них ни следа улыбки.

На ней была прямая черная юбка и синий свитер с подвернутыми до локтя рукавами. Она была девушкой стройной, но с удивительно красивыми бедрами и крепкой пышной грудью, растягивавшей свитер. И ноги у неё тоже были хороши. Колени круглые, икры плавно округлые, и даже простые шлепанцы, в которых она стояла, не убавляли их красоты.

Это была женщина, и красивая женщина. Питер Белл не солгал. Его родственница была лакомым кусочком, просто люкс.

– Дженни, это Берт Клинг. Берт, позволь тебе представить – сестра Молли Дженни Пэйдж.

Клинг встал:

– Мне очень приятно.

– Привет, – ответила Дженни, не отходя от Белла.

– Берт служит в полиции, – продолжал Белл. – Наверно, ты о нем читала. Его ранили в баре в центре города.

– Перед баром, – поправил его Клинг.

– Ну, ладно, – согласился Белл. – Золотце, Молли и мне уже нужно идти, а тут как раз зашел Берт, так что я подумал, что ты не будешь против побыть с ним немного, пока не придет наша няня. Не возражаешь?

– А вы куда? – спросила Дженни.

– Мне уже пора ехать, и заодно я отвезу Молли в кино.

– Ага, – протянула Дженни, подозрительно взглянув на Клинга.

– Ну так как? – не унимался Белл.

– Разумеется, – фыркнула Дженни.

– Я переоденусь и причешусь, – сказала Молли.

Клинг присмотрелся к ней, когда она встала. Теперь он заметил сходство между ней и Дженни, и теперь поверил, что Молли когда-то могла быть очень хорошенькой. Но замужество, материнство, работа и заботы сделали свое дело. Теперь она уже не слишком походила на свою младшую сестру, если когда-то и было так. Выйдя из гостиной, она скрылась за дверью, где, как полагал Клинг, была ванная.

– Прекрасный вечер, – растерянно произнес Клинг.

– Вы так думаете? – спросила Дженни.

– Да.

– Молли! Пошевеливайся! – крикнул Белл.

– Уже иду! – донеслось в ответ из ванной.

– Очень приятная погода. Для осени, разумеетя, – сообщил Клинг.

Дженни молчала.

Вскоре Молли вышла из вацной, причесанная, свеженакрашенная. Набросив жакет, она сказала:

– Если пойдешь гулять, Дженни, допоздна не задерживайся.

– Не волнуйся, – ответила Дженни.