Грабитель
Шрифт:
– Ну вы только гляньте, – он икнул, – какая рыженькая! Иди сюда, рыжуленька!
Он потянулся к Эйлин, но та быстро и решительно отстранила его руку.
– Отвали, – сказала она. – Ты ошибся адресом!
Моряк покачал головой и захохотал во все горло.
– Ошибся адресом? – грохотал он. – Боже, так она приняла меня за обычного бандита!
Эйлин была абсолютно все равно, кем он себя считает, ей только нужно было, чтобы он не совал нос не в свое дело; ловко прошмыгнув мимо него, она зашагала дальше.
– Эй, –
За собой она услышала торопливые шаги, потом почувствовала, как её схватили за локоть. Обернулась и вырвала руку.
– Ну ты чего? – спросил он. – Тебе моряки не нравятся?
– Что вы, все прекрасно, – ответила Эйлин, – но лучше бы вам вернуться на корабль. А теперь отстаньте! – Она даже топнула ногой.
– Слушай, а ты не хочешь со мной переспать?
Эйлин не смогла сдержать улыбки.
– Нет, – сказала она. – Премного благодарна, но нет.
– А почему это нет? – спросил он, воинственно выставив челюсть.
– Я замужем.
– Ну и что? Я тоже женат.
– Мой муж – полицейский.
– А я ложил на копов. Мне беречься надо только тех свиней из береговой охраны. Их надо бояться. Ну, так что, малышка?
– Нет, – твердо ответила Эйлин. Отвернулась и зашагала дальше, но он обогнал её и загородил дорогу.
– Можем поговорить о твоем муже и о моей старухе, что скажешь? Ха, у меня лучшая жена на свете.
– Ну, так идите к ней домой, – сказала Эйлин.
– Не могу, черт бы их всех побрал! Она в Алабаме!
– Отвали, – сказала Эйлин. – Я серьезно. Отвали, пока не нарвался на неприятности.
– Не-а, – упрямо настаивал он, – я хочу с тобой в постель.
– Господи Боже мой!
– В этом нет ничего плохого. Все нормально.
– Кроме твоей морды поганой, – не выдержала Эйлин.
– Что?!
– Ничего. – Она обернулась и взглянула через плечо, где Уиллис. Того нигде не было видно. Он явно где-то подпирал стенку, давясь от хохота. Обойдя моряка, она зашагала по улице. Моряк, догнав её, шел рядом.
– Нет ничего лучше пеших прогулок, – заявил он. – Я буду гулять с тобой, пока не сотру ноги по самую задницу, или пока ты не согласишься залечь со мной в постель. Нагуляемся до обалдения.
– Ну смотри, ты у меня дождешься, – проворчала Эйлин и начала лихорадочно размышлять, как бы набрести на кого-нибудь из береговой охраны. Черт, полицейских никогда нет там, где они нужны!
“Нашла время глазки строить!” – подумал Уиллис.
Что ей, нечем больше заняться, чем трепаться с моряками! Двинула бы этого проклятого жеребца по голове и затащила в глухой переулок! Как, черт возьми, мы выманим Клиффорда, если она будет шляться с моряком? Может, вмешаться? Или она что-то задумала? Когда имеешь дело с бабами, хуже всего то, что они не в состоянии думать по-мужски.
Лучше бы он остался дома.
Глядя на все это, он молча проклинал моряка.
Откуда свалился этот
Может, он все же уйдет?
Может, девка даст ему по морде, и он смоется?
А может, и нет. Если она проститутка, то пойдет с ним, и тогда все.
Как это полиция позволяет всяким вшивым морячкам шататься по улицам?
Он видел, как девица крутит бедрами, и как с ней рядом идет вразвалку широким шагом моряк; проклинал полицию, проклинал моряков, а заодно проклинал и рыжеволосую красотку.
Когда они свернули за угол, он перебежал улочку и помчался проходным дьором, рассчитывая обогнать их нч пару кварталов и надеясь, что рыженькая тем временем избавится от моряка. Пальцы его просто ныли от желания схватить сумочку, все ещё болтавшуюся на её левом плече.
– С какого ты корабля? – спросила моряка Эйлин.
– С крейсера Соединенных Штатов “Хантаг”, – ответил моряк. – Что, кисонька, теперь тебе со мной интересно?
Эйлин остановилась. В упор глянула на моряка, и её зеленые глаза метали грозные молнии.
– Послушай, я работаю в полиции, понимаешь? Я сейчас на службе, и мне совсем не нравится, что ты путаешься под ногами!
– Что-что? – переспросил моряк. Собрался было дико заржать, но её ледяной голос его поразил.
– У меня в сумочке “38-спешл”, – спокойно продолжала она. – Я считаю до шести, потом его достану, выстрелю тебе в ногу, оставлю тебя валяться на тротуаре и вызову патруль береговой охраны. Считаю.
– Слушай, ты что…
– Раз…
– Что это все значит? Я только…
– Два…
– У тебя что, серьезно, пистолет…
В руке её тут же появилось оружие. Глаза у моряка полезли на лоб.
– Три…
– Да я уже…
– Четыре…
Ошеломленный моряк ещё раз взглянул на револьвер.
– Спокойной ночи, мисс! – Он развернулся на каблуках и пустился наутек. Эйлин смотрела ему вслед. Револьвер она сунула обратно в сумку, улыбнулась, свернула за угол и пошла по неосвещенной улице. Не прошла и пятнадцати шагов, как чья-то рука сдавила ей горло и втащила в переулок.
Моряк припустил с такой скоростью, что Уиллис прыснул от смеха. Форменка его так и раздувалась на ветру. Он мчался посреди улицы странным стилем: вразвалку – как моряк, спотыкаясь, как пьяница, и галопом – как трехлетка на Кентукки-дерби. Глаза вытаращены, волосы безумно растрепаны.
Заметив Уиллиса, он юзом затормозил и, переводя дух, посоветовал:
– Приятель, если увидишь вон ту рыжую девку, держись от неё подальше, честно тебе говорю.
– Что случилось? – с отеческим сочувствием спросил Уиллис, изо всех сил борясь со смехом, который так и рвался наружу.