Грабители
Шрифт:
Наконец все закончилось.
Изможденное тело Монро казалось лишенным крови и выглядело как восковая фигура.
— А теперь согрейте его, — сказала старуха. — Он потерял слишком много сил.
После чего старуха медленно удалилась, а серебристые нимфы, словно бабочки на цветок, осторожно опустились рядом с Жаком. Какое-то время они что-то нашептывали ему, а затем успокоились и вскоре заснули, сплетя воедино свои гибкие тела.
31
Последнее,
Жак хотел остановить ее и объяснить, что он вовсе не сукин сын, но в эту минуту послышался голос полковника Вильямса, который прозвучал для Монро как утренний горн.
Лейтенант вскочил на ноги, и его нежные нимфы испуганно запищали, попав под яркие лучи солдатских фонарей. Почти тотчас же под потолком зажглись тусклые люстры, и Жак с ужасом увидел, что перед ним стоит добрая половина отряда, а сам он в чем мать родила да еще окружен обнаженными девицами, которые доверчиво к нему жмутся.
— Вы были правы, сэр, — произнесла Бонн, к которой первой вернулась способность говорить. — Лейтенант Монро действительно выполнял роль специалиста по связям с общественностью. Нетрудно догадаться, что общественность этой связью вполне довольна.
— Отставить шуточки, лейтенант Клейст, — строго сказал полковник и, повернувшись к Мастару, спросил: — Где его одежда и оружие?
— Сейчас все принесут, — заверил староста. Саломея смотрела на голого Монро сквозь линзы набегавших слез.
— Какой же ты сукин сын, Монро… Какой же ты сукин сын, — говорила она.
Наконец разоруженные охранники принесли длинные ванночки, в которых под слоем розовой воды покоилась винтовка, рация и гранаты Жака.
И снова полковнику и всем его бойцам пришлось удивляться.
— Зачем вы положили все это в воду? — спросил Вильямс.
— У нас такой обычай, — пояснил староста города, — это делается только для лучших гостей. Их руки омываются розовой водой и все их вещи, кроме одежды и еды, опускаются также в розовую воду.
— Да, такой у нас обычай, — подтвердил Торрик слова Мастара.
Из-за спин солдат протиснулась старуха в черной накидке, держа в руках вычищенную и отглаженную форму Жака.
— Всем покинуть помещение! — приказал полковник, и тотчас все солдаты вышли. Вслед за ними убежали серебристые нимфы, старуха в черном и даже староста Мастар.
Двери закрылись.
— Ну, одевайся, — сказал Вильямс и тяжело опустился на низкую тахту.
Жак подошел к своей одежде и только сейчас заметил нашитые на нее разноцветные ленточки. Выругавшись, Монро стал в ярости срывать их и бросать на пол.
— Сам напился или они тебе чего-то подсыпали? —
— Не знаю, сэр, сам или нет. Просто в какой-то момент понял, что меня здорово ведет и целые куски реальности из памяти просто выпадают… То сидел, а то вдруг уже иду. Или наоборот — шел по коридору и уже стою в комнате Василия.
— Какого Василия?
— Да этого сержанта из Пятьдесят второго егерского… Он у них здесь вроде вождя был. Научил их языку. Слышали, как чисто говорит Мастар?
Наконец Жак очистил куртку от ленточек и, одевшись, почувствовал себя человеком.
— Не забудь выловить винтовку… — напомнил полковник, указывая на длинные ванночки, оставленные мемами. — Ну так что про Василия? Он жив? Ты его видел?
— Нет, Василий уже умер от старости, а его комнату они сохранили как музей. Там, кстати, я и прочитал его послание.
— Какое еще послание?
— Послание для тех, кто попадет сюда так, как попали мы.
— Он что же, был в этом уверен?
— Выходит так.
Жак достал из ванночки винтовку и подержал ее над емкостью, чтобы стекла вода. Затем положил оружие на пол и стал вылавливать гранаты и рацию.
— Странное дело, — вдруг сказал он, — я был уверен, что прочитал только пару отрывков из письма Василия, но теперь у меня такое ощущение, будто я помню весь текст.
— Нужно обязательно забрать это письмо с собой. Возможно, этот Василий написал о том, как нам отсюда выбраться.
— Я и так знаю, что он там написал, — заметил Монро.
Он сел на пол и, отстегнув у винтовки магазин, потряс его, чтобы избавиться от последних капель воды.
— Василий пытался найти способ вернуться назад, но поначалу у него ничего не выходило. Он перебирал все возможные причины, по которым его полк оказался на Ловусе… Ловус, сэр! Эта планета называется Ловус!
Жак даже вскочил на ноги, вспомнив об этом.
— Название не много нам дает, — охладил его Вильямс. — Продолжай, пожалуйста. Монро снова опустился на пол:
— В конце концов он пришел к выводу, что тут замешаны пирамиды.
— Для этого не нужно быть очень умным, Жак, — досадливо поморщился полковник. Ему хотелось услышать что-то более значимое.
— Да, сэр, но в своих поисках Василий пошел дальше. Он неоднократно посещал разрушенные пирамиды в одиночку…
Полковник с сомнением посмотрел на Жака:
— Ни за что бы на такое не согласился. Зачем он это делал?
— Думаю, от отчаяния. Однако дальше он пишет, что узнал там нечто такое, что заставило его изменить свою жизнь.
— Ты, Жак, когда рассказываешь, как будто к чему-то прислушиваешься… — заметил Вильямс. — Ты здоров? Не утомили тебя эти серебряные штучки?